Пленница драконьего короля. Во власти любви (СИ)
— Кто он?
— Никто. — Размах, удар. Наотмашь, по лицу. Больно…
— Кто. Он. — Альварес сверкает глазами так, что хочется провалиться сквозь землю. В ад, куда угодно. Лишь бы не с ним! Не рядом… Виетта прижимает ладонь к горящей щеке, боясь вздохнуть.
— Я жду. — Его голос — арктические льды. А в голове, как назло, пустота. Ни единого имени, кого можно подставить, оболгать так, чтобы он поверил… Внутри растет жуткое ощущение, что деваться некуда. Что именно сегодня, именно сейчас Повелитель попросту вытряхнет из нее заветное имя. И тогда — хоть в петлю…
«Не даст в петлю… Вытянет…»
Альварес медленно подходит к ней еще ближе. Походкой опасного хищника.
— Ты думаешь, я не понимаю, зачем ты убила Дэва и Майка? — Его голос мягок и вкрадчив. — Чтобы они не заговорили в моих руках. Не открыли мне имя… — Ви немилосердно кусает губы под слишком внимательным, цепким взглядом желтых драконьих глаз. Рядом снова безжалостный дракон, не человек…
Глава 47
— Зарин… — Одно — единственное имя в отчаянии срывается с губ. И трясет так, словно она стоит на ветру.
— Ты начала эту игру, Ви. Я продолжу ее… в твоем родовом замке. Одно перемещение — и мы там. В замке я снова задам тебе тот же вопрос. И если ты не ответишь, кто-то поплатится за твое упрямство. Жизнью. Мать. Сестра. Отец. Я буду спрашивать до тех пор, пока ты не ответишь…
— Нет! — То ли крик, то ли стон срывается с губ. И Ви падает на колени, бессильно рыдая. Уничтожена. Сломлена. Повержена. Все ее жертвы не стоят и гроша. Альварес выполнит свою угрозу. На этом красивом, мрачном лице — смертный приговор всем ее близким. Он убьет… убьет тех, кто так дорог ей. Включая отца, которого она так отчаянно защищает! Убьет без капли сожаления — Виетта читает это в горящих ненавистью желтых драконьих глазах с вертикальными зрачками. Голова кружится от осознания, что на этот раз ненависть эта — предназначена ей. Вся, до остатка…
— Встань! — Ярость Альвареса плещется через край, ядом обжигая кожу. Он хватает ее за запястье, рывком вздергивая вверх. Не давая ни капли поблажки.
— Имя! — Виетта уже просто не может говорить, легкие разрывает истерика, а слезы, кажется, никогда не кончатся. Но ему все нипочем…
— Просто ответь, и я его пощажу. — Вдруг цедит Повелитель и зрачки Виетты расширяются.
— Я тебе не верю!
— Мне плевать! — Он встряхивает ее грубо, как тряпичную куклу. И пристально смотрит в лицо, как вампир, питаясь эмоциями. Пытаясь уловить, считать правду.
— Ответь, кого ты так защищаешь… Это Лиетта? — Ви моргает, не в силах скрыть недоумение. При чем тут ее сестра? Зарин на секунду ослабляет хватку. Но и не думает отпускать.
— Ты же никого в этой жизни не любишь… — Презрительно бросает он ей в лицо, как плевок, эти слова.
— Хотя о чем это я? — Продолжает он насмешливо и зло. — Ты и ее не любишь. Раз готова была отдать мне, под удар клинка, тогда, в спальне… — Ви отворачивается, но Зарин снова заставляет смотреть на него. Прямо в глаза, не отрываясь.
— Отвечай, кто? Твоя мать? — Снова изумление на лице девушки невозможно скрыть даже под маской. Кажется, она начинает понимать, куда клонит Альварес, и на ее лице явственно читается ужас. Зарин умеет задавать вопросы. А что бы Виетта не говорила, она не умеет врать. Не умеет настолько хорошо, как требуется перед лицом этой давящей опасности.
— Кто? Отец? — Его пальцы больно впиваются в плечи, до синяков. Ви вздрагивает, не в силах скрыть выражение вины, на мгновение мелькающее в ее черных глазах. Мгновение, отозвавшееся шальным ударом сердца, которое он успевает перехватить. И в темном золоте его гневного взгляда где-то глубоко внутри прячется понимание. Понимание, ставшее смертным приговором предателю… Андрэ Грансону.
— Значит, отец… — Слова Зарина падают глухо, как комья земли разбиваются о крышку гроба.
— Это было ожидаемо. Как я сразу не догадался. Ты так трепетно защищала его тогда, в замке… — Руки Зарина разжимаются, и он почти отпихивает девушку от себя.
— Ты останешься здесь. — Приказывает он.
— Но… — Виетта осмеливается возразить. Зря.
— Или ты хочешь со мной, в Замок Грансон? — Недобро, хищно усмехается Альварес, снова подходя ближе к девушке. — Понаблюдать за арестом?
Конец