Вторая попытка (СИ)

— Мы не должны отпускать Того, но корабли Фелькерзама скоро сдадут — держать четырнадцать узлов смогут только полчаса, не больше, — Макаров задумался, оценивая ситуацию. А она ему не понравилась — Степан Осипович не понимал маневра неприятеля, именно маневра, потому что происходящее нисколько не походило на паническое бегство.
— Я думаю, Камимура хочет вернуться обратно и прикрыть «Ясиму» от «Сисоя» и атаки наших миноносцев. Да и «Асама» под огнем «рюриковичей» сильно сдала — едва отбивается, Рейценштейн на нее наседает. И еще может добить «Рюрика», тот управляется машинами, а прикрыть могут только крейсера Иессена — «богини» боя с Камимурой не выдержат.
— Хорошо, — кивнул в ответ Степан Осипович. — Продолжаем в прежнем порядке — мы преследуем Того, а Безобразов пусть погоняет Камимуру, у него броненосцы чуть побыстрее наших, сильно не отстанут от неприятеля. «Сисой» прикроет «Рюрика». Мы на «Ретвизане» с «Цесаревичем» выходим в голову колонны, «святители» ее замыкают, сдали в ходе и шестнадцать узлов не удержат. Поднимите сигналы к выполнению! И дать полный ход!
Щенснович держал свой корабль почти в идеальном состоянии — броненосец через четверть часа уже шел на семнадцати узлах, обгоняя корабли Фелькерзама с подветренной стороны, чтобы не мешать их стрельбе. На короткое время два лучших броненосца русской эскадры «выпали из боя», но когда вышли вперед, сразу начали пристрелку по «Микасе», что медленно уводила свою эскадру на юг. А вот отставший «Ясима» попал в скверную ситуацию — по нему уже бил полными залпами подошедший «Сисой Великий», и на волнах были заметны маленькие силуэты миноносцев — атаковать русским «дестройерам» японцы явно старались помешать.
Вдали, еде видимые даже в мощную оптику бинокля, сражались крейсера, и там японцев явно одолевали — сообщения по беспроволочному телеграфу поступали бесперебойно. «Асама» была сильно повреждена, однако «Токива» поддерживала ее, и вместе они отбивались он наседавших русских крейсеров. И теперь все могло решиться в одночасье — к месту боя шел Камимура с четверкой «асамоидов», но вражескую эскадру догонял отряд вице-адмирала Безобразова — «Император Николай I» со всеми тремя «пересветами». А продолжение баталии с ними не сулило японцам ничего хорошего, все же пушки главного калибра в десять дюймов, снаряд вдвое тяжелее, и попадания чреваты тяжелыми повреждениями…
— «Ясима» торпедирована! Броненосец тонет!
От доклада флаг-офицера командующий флотом испытал неимоверное облегчение — теперь у японцев не шесть, а всего пять первоклассных броненосцев, а они из разряда тех кораблей, которые заставили себя уважать. И сейчас Степан Осипович стал понимать, что остановить Того, выбить хотя бы еще один броненосец вряд ли удастся — отряд Фелькерзама начал отставать. И тут его огорошили слова командира «Ретвизана»:
— В погребах осталось полтора десятка снарядов на каждый ствол, ваше превосходительство. А там только сегментными стрелять по противнику.
— У японцев не больше нашего осталось, к тому же они вчера обстреливали Дальний и Порт-Артур. Стреляют редко уже…
— Степан Осипович, вдвоем с «Цесаревичем» мы ничего противнику сделать не сможем — отряд Фелькерзама отстал, его броненосцы никак не могут дать больше четырнадцати узлов, но и то скоро сбросят ход до тринадцати — вмешался Молас, и негромко добавил:
— Преследование не дает результата, броненосцы слишком хорошо защищены, чтобы мы могли потопить их одной артиллерией. «Ясиму» торпедами топили — «Сисой» ничего сделать не мог. А тут их пятеро, а у нас всего два быстроходных броненосца с двенадцатидюймовыми пушками, других просто нет. А японцев даже «пересветы» уже не догонят.
Хотелось выругаться, зарычать, но командующий понимал, что «зарываться» не стоит — первоклассных броненосцев у него только два, и потеря одного из них будет крайне неприятна. С трудом обуздав бушевавшие эмоции, он сквозь зубы буквально выдавил из себя:
— Возвращаемся обратно, Михаил Павлович, прекращаем преследование. Может, кого из крейсеров Камимуры перехватим, а нет, так нет…
 
— Только сейчас сообщили ваше превосходительство — японцы сняли экипаж «Асамы», корабль потерял ход, накренился. И добили торпедами!
— Хоть так-то, два лучше одного, а у нас потерь нет. Подойдут броненосцы Чухнина и будет двойное превосходство. Вот только им воспользоваться нужно, мне сегодня не удалось…
Русские броненосцы в Цусимском бою — пожары на них шли беспрерывно…
 Глава 39 
— Ваше императорское величество, победа действительно одержана более чем убедительная. Потому флоту следует как можно быстрее воспользоваться ее плодами, и сорвать высадку неприятеля в корейских портах Мозампо и Фузан. Там успела высадиться всего одна усиленная дивизия неприятеля, пусть даже две, но не скажу, что это плохо. Сладить с ними войска 3-го сибирского корпуса вполне смогут, к тому же в Чемульпо высажена еще 5-я стрелковая дивизия, доставленная транспортами прибывшей эскадры вице-адмирала Чухнина. Но сие совершенно не означает, что нам нельзя перенести действия на территорию противника, и не захватить силой оружия острова, и наиболее выгодные для нас стоянки.
— Высадка в Японии сейчас? Зиновий Петрович, но ведь острова битком набиты отмобилизованными дивизиями, которые сбросят наш десант в море. Слишком велико у них превосходство в силах!
— Я не говорил о высадке на собственно японские острова, это совершенно незачем — победа в войне должна быть достигнута малой кровью, нужно беречь матроса и солдата, что еще верно послужат вашему императорскому величество. Просто следует как можно скорее воплотить в жизнь гениальную идею вице-адмирала Чухнина.
— Вы имеете в виду захват Формозы, Зиновий Петрович?
— Государь, вы абсолютно правы, но не сразу, а постепенно, и причем никто не обвинит нас в экспансионизме. Вначале следует взять под контроль цепочку островов Рюкю, которые были насильственно присоединены к Японии совсем недавно, и вернуть на трон королевскую династию, которая будет признательна вашему императорскому величеству. Реставрация лояльной монархии, на островах которой наш флот получит передовые базы, полностью запирающие подходы к островам Страны Восходящего Солнца.
— Хм, это совершенно иное дело — нужно ограничить аппетиты самураев, я вас понимаю. Они хотели с нами войны, так пусть потерпят значительный ущерб от оной — так будет вполне справедливо!
— Государь, нужно обессилить Японию, она и так опутана займами и кредитами. И нам следует сделать, чтобы после войны эта страна жила, как поговорка гласит — «в долгах, как в шелках». А для начала полностью нарушить ее торговлю, установив морскую блокаду ее портов нашими вспомогательными крейсерами. Таких у нас на Дальнем Востоке шесть, еще имеются быстроходные транспорты «Монголия» и «Маньчжурия» меньшего водоизмещения, но скоростью в семнадцать узлов. Командующим дивизией можно назначить контр-адмирала великого князя Александра Михайловича — он как никто лучше подходит для этой должности.
Рожественский «забросил», как говорится, «пробный шар», и, судя по задумавшемуся над предложением императору, тот воспринял идею вполне благосклонно. Карьера дяди и зятя в одном лице будет обеспечена, вплоть до вице-адмиральского чина, береговая безопасная должность, в его руках и «призовые суды», ведь военная контрабанда подлежит конфискации с последующей оценкой. Хорошая такая должность, которая не только прославит «Сандро», но и сулит ему неплохие перспективы — хоть на должность генерал-адмирала, либо на пост наместника ЕИВ на Дальнем Востоке. И последнее наиболее вероятно в свете возможных перспектив.
— Блокировав Японию, мы сделаем невозможной отправку войск на острова, как на Рюкю, где будет править прежняя династия, так и на Курилы, которые должны возвратиться под скипетр вашего императорского величества. Ведь архипелаг был отдан по воле вашего царственного деда, а так как японцы повели себя нелояльно, то и островами владеть права не имеют. А для высадки и занятия оных достаточно будет формируемых батальонов и рот морской пехоты, и не потребуется помощь армии.