Вторая попытка (СИ)

— Алексей Николаевич, посмотрел я на грязь после дождя, на грунтовые дороги размытые — как по ним пушки тащить? А в Корее, как мне сказали, вообще дорог нет, одни направления. И дожди идут, и шторма бывают — там тащить пушки на упряжках сплошная тягомотина. Посмотрел на учения артиллерийского дивизиона — пока все восемь трехдюймовок вытянули по линейке, полчаса прошло — смотрел за временем. И зачем такое нужно на открытой позиции — ведь шрапнелью моментально накроют. Вы уж меня простите, но я артиллерист, и сообразуюсь с ситуацией. Батареи должны быстро маневрировать на поле боя, а какой там маневр, когда восемь орудий. И тем более скорострельных — да четыре пушки любого противника снарядами запросто забросать могут. У французов недаром столько орудий в батарее, маневр огнем исключительно быстрый.
— Наши восьми орудийные батареи можно на две поделить, вот только такая реорганизация расходов потребует, ведь шесть батарей в дивизионе будет, а это слишком много для управления.
— Так поделить дивизион на два, распределив поровну офицеров и нижних чинов. И в артбригаде будет не два дивизиона, а четыре, по одному на полк для поддержки. Новые скорострельные трехдюймовки плотный огонь обеспечить могут, а 48 стволов против 36 японских орудий обеспечат нашей дивизии солидный перевес над неприятельской. И количество «очагов» вдвое увеличится, и маневр с сосредоточением огня быстрее станет. А что со старыми 4-х фунтовыми пушками делать будете?
— Как перевооружение закончится, на склады пойдут, да в крепости. У них дальность стрельбы меньше…
— Зато гранаты есть, а к трехдюймовкам только шрапнель. И сами пушки много легче, их силами расчета по полю боя таскать можно, в боевых порядках пехоты. Я японцев ведь пулеметы, вот гранатой его и попотчевать, прямой наводкой с версты. Только стальные щиты на них подвесить обязательно, хорошей защитой от пуль будут. Особая дальность стрельбы тут не нужна — вижу цель, стреляю. По батарее в штаты каждого полка пехоты ввести — пользу огромную принесут, чем на складах пылится.
— Полковую артиллерию ввести по примеру Петра Великого, — военный министр задумался, и через минуту подытожил. — Расходы небольшие, только на организацию и переписку штатного расписания, но польза несомненная — в дивизиях будет 64 орудия вместо 48, над японцами преимущество почти двойное в огне. А так не слабее германской дивизии, в которой 72 орудия в двенадцати батареях, против наших шестнадцати, пусть четырех орудийных. Хм, а ведь тогда нет нужды по четыре батальона в полках содержать, трех будет вполне достаточно, как везде в армиях принято. Обязательно подам государю докладную записку по приезду, а там обсудим на заседании Государственного Совета — думаю, для сибирских дивизий новые штаты разработаем спешно, а там посмотрим…
Куропаткин не договорил, но адмирал понял, что тот его мысль воспринял, и теперь начал обдумывать. Но сам Зиновий Петрович просто озвучил то, что предлагали после войны, он тоже ведь интересовался, почему собранные в Маньчжурии три русские армии с десятком корпусов, с миллионным составом, не смогла наступать на меньшую в два раза японскую группировку, и покорно дожидалась окончательного разгрома русского флота. И лишь спустя время, посмотрев на бунтующих запасных, осознал — нижние чины, что солдаты, что матросы, призванные на войну, воевать не хотели. И объяснение простое — череда отступлений по «гениальному» плану сидящего перед ним генерала лишили всех веры в победу.
Революционеры этой возможностью сразу же воспользовались, умело проведя свою пропаганду. Недаром на «Потемкине» матросы восстание подняли, известие о Цусиме на всех тягостное впечатление произвело. Потому он и настаивает сейчас на увеличение флота до максимальных размеров, нужно бросить все, до последнего корабля, сокрушить противника банальным перевесом в силах. Победа на море главная цель войны, она позволит просто «запереть» японцев на островах, и там потихоньку «удушить». А корабли не жалко, особенно старые — ведь скоро придет время дредноутов. Так что пусть пользу в войне принесут, для которой они и строились, чем в гаванях попусту стоять, а потом на слом пойти.
 
— Давить японцев огнем надо, снаряды везти, а не запасных солдат перебрасывать по железной дороге. И обойтись без всякой мобилизации, она не нужна, больше вреда от нее будет.
— Какое хорошее высказывание — «давить огнем». Пожалуй, вы тут полностью правы, Зиновий Петрович — для этого у нас возможности есть. А раз четвертые батальоны сокращению подлежат, вот их на войну и отправим. Только лучшие возьмем в каждой дивизии, чтобы негодный элемент туда не «сбросили» — сам прослежу строго.
Рожественский постарался незаметно вздохнуть — Куропаткин на совещании все же согласился не создавать отдельную Маньчжурскую армию, и сосредоточить всю полноту военной власти в руках адмирала Алексеева, как наместника, что по закону является главнокомандующим сухопутными и морскими силами, имея для управления штаб. Командовать корпусами станет через генерала Линевича, с прозвищем «Папаша» — старик бодр и энергичен, и возглавлял все союзные войска в походе на Пекин три года тому назад. Так что Алексей Николаевич в Маньчжурии без надобности, слишком печальным для России оказалось его полководческое «искусство». Также самого Витте тоже держать от власти подальше, чтобы графом «Полусахалинским» не стал невзначай, самый позорный титул в истории России.
Первый «расхлебывал» как умел ту «кашу», которую «заварил» второй, а все последствия от деяний этих сановников оказались катастрофическими. Так что сейчас большого вреда они не должны принести!
— Пожалуй, вы правы, Зиновий Петрович — Морское ведомство должно взять на себя оборону побережья и все приморские крепости, по крайней мере, на Дальнем Востоке для начала. Мне государственный контролер докладывал, что в Сучане добывают превосходный уголь, возят его на подводах в бухту Находка, а оттуда баржами во Владивосток. Нужно узкоколейку проложить, угольные склады поставить, и береговыми батареями защитить. Вот и занимайтесь — уголь флоту нужен, не армии, препятствовать тому не стану.
— Пехота нужна своя, и для охраны, и для отражения неприятеля, и для высадки собственных десантов…
— Создавайте, были же морские пехотные полки, с Наполеоном воевали. Помощь окажу, «охотники» найдутся — рапорта подадут, переведем во флот. Артиллеристы у вас свои, на кораблях десантные партии имеются, есть кому пополнение готовить. Есть Офицерская стрелковая школа, возьмут на годичный курс обучения. Давайте на Совете вопрос и поставим…
Морская пехота была создана в России самим Петром Великим. В войну 1812 года с неприятелем воевали четыре полка и гвардейский флотский экипаж. Вот только в 1833 году регулярная морская пехота была заменена десантными партиями с кораблей, которые позже героически обороняли Севастополь в Крымскую войну, и Порт-Артур в 1904 году…
 Глава 23 
— Зиновий, ты с ума сошел! И так все говорят, что ты япошек боишься!
— Плевать я на них хотел, Федор Васильевич, с высокой колокольни, как только все, что есть из вымпелов, на Дальнем Востоке окажется. А ты учти — что делать будем, если у японцев неожиданно не двенадцать кораблей окажется, больше на полудюжину — у них просто экипажей столько не наберется. И броненосцы если не купят, то в долг получат. Сам знаешь, у какого короля много кораблей, что шесть штук легко пожертвовать сможет!
Улыбка моментально сползла с лица начальника МТК вице-адмирала Дубасова, взгляд потемнел. Отрывисто спросил:
— Ты что-то узнал в своем визите на Дальний Восток?
— Не только, агенты главморштаба вполне официально во многих странах находятся, а у них там свои шпионы имеются. А у кого не будет, или информацию лживую либо непроверенную доложат, загоню в самый дальний угол — есть Каспий, пароходы на Аральском море, али Петропавловск, тот, что на Камчатке. Там променады хорошие, на фоне вулканов.