Первый среди равных. Книга VII (СИ)

— Нужно торопиться, — ответила девушка. — Ласточка нервничает. Этот взгляд… Нас видят. Это очень плохо.
— Ускорились! — отдал я общий приказ. Отряд перешёл на бег. Беспокойство Нюши передалось всей её стае. Начали нервно подёргиваться россожи, а Шустрик за нами громко булькала и пускала грязевые пузыри. Хуже всех приходилось Огоньку. Волк ещё не адаптировался к новым условиями и нервничал вдвое сильнее остальных. К тому же, он явно ощущал раньше этот странный взгляд. А может даже оказался на нашей стороне границы, пытаясь от него скрыться.
— Почти на месте, — когда до схрона оставалось около сотни метров, сообщил я. И через пару шагов будто вылетел за пределы полосы дождя. Сразу стало легче дышать. Только в этот момент понял, насколько тяжёлым было это странное ментальное внимание. И в очередной раз подумал, что у меня слишком скудный набор аспектов, чтобы надёжно противодействовать большинству угроз. — Семьдесят метров.
В землянке, которую построил прежний глава рода Разумовских, ничего за это время не изменилось. Мы быстро перетаскали на поверхность ящики с серым кристалидом и распределили их между членами отряда.
— Можно возвращаться, — с ощутимым облегчением, что ничего страшного так и не случилось, произнёс я. — Улитка, строй коридор к роще огнеростов.
— Минуту. Минуту… — вторая фраза девочки звучала уже совсем иначе и она вдруг испуганно посмотрела на меня. — Они не могут, Яр. Россожам что-то мешает. Ты чувствуешь?
— Взгляд вернулся, — тихо произнесла Настя. Княжна мгновенно окуталась сиянием и в ту сторону, откуда мы пришли, ударила волна света. Заклинание Ласточки будто разбило зеркало реальности, за которым открылись десятки и сотни дымящихся чёрных отростков, появляющихся из земли. — И он не один.
— Чарыги! — морщась от чудовищной головной боли, произнёс Рыков. — Охрененно большое сплетение чарыгов. Что будем делать, Сокол?
Пару мгновений я смотрел на пробивающихся к поверхности монстров и вспоминал первую встречу с подобным чудовищем. Тогда в бой вмешался Семикрылый и только это спасло отряд. Но сейчас рассчитывать на помощь не стоило. А оставаться на месте было равносильно приговору.
— Идём на прорыв, — коротко приказал я и, наполняя тело энергией трёх аспектов, первым двинулся к уродливому полю.
  
Глава 22
 
Тверская аномальная зона.
В десяти километрах от границы.
Вепрь задал вопрос без особой надежды на то, что князь сможет что-то ему ответить. Ситуация, в которую угодил отряд, была откровенно дерьмовой. Чарыги крайне редко прятались и ещё реже поджидали свою жертву в засаде. Но и такое случалось. Главной особенностью такой тактики монстров была их полная неподвижность и незаметность. В целом, очень подходящий вариант для гона девятого уровня. Так можно было пережить это страшное время, когда даже такое огромное сплетение может запросто стать чьим-то обедом. Или, как сейчас, дождаться чего-то вкусного.
Молодому Разумовскому вряд ли было известно, что в первые месяцы существования бригады Витязей около четверти всего численного состава погибла в таких вот засадах. Твари были другие, но тактика очень похожая. Вот только Сокол сумел удивить командира Витязей.
— Идём на прорыв, — хладнокровно, будто вокруг отряда не десятки тварей четвёртого ранга головы поднимали, а князь за чаем у камина сидел, произнёс Разумовский. В стороны от Сокола разошлась ощутимая даже простыми людьми волна энергии. Холод воды, искры огня и струи ветра. Странное сочетание, вызывавшее желание спрятаться подальше от этого страшного человека. Ну, или идти за ним умирать.
Первыми, без слов и возражений, за главой рода последовали сёстры. Улитка звонко цокнула и громадный огненный волк хищно оскалился, ускоряя шаг. Идущая рядом с сестрой Ласточка слегка развела руки и Рыкову вдруг показалось, что у него двоится в глазах. За спиной старшей княжны на несколько мгновений проявились острые светящиеся крылья.
— Что за… — почти беззвучно выдохнул Вепрь и вдруг понял, что уже шагает следом за своим князем. Рядом шли остальные дружинники и никто из них не смотрел под ноги. Взгляды людей не отрывались от трёх фигур впереди.
— Ласточка, поток вдоль земли, — прошелестел в воздухе холодный голос князя. — Улитка, направленный ментальный удар по ходу движения. Отряд, в колонну по четыре, «лесенкой», разберите фланги. Стрелять по маякам.
Ратай обладал огромным опытом. Он прошёл десятки сражений и не раз был на грани смерти. Но даже ему вдруг почудилось, что он чужой в этом сражении. Зачем он пошёл с отрядом сегодня?
В воздухе ещё звучали слова Сокола, а старшая княжна уже нанесла свой удар. Две тонкие изящные ладошки коснулись земли и вперёд ударила поток густого, почти материального света. В воздухе родился мучительный визг. Твари, попавшие под удар начали извиваться, стараясь поскорее вытащить свои тела из земли. Только в этот момент Рыков понял, что будь малейшая задержка в принятии решения и монстры успели бы выбраться. Пока над поверхностью торчали только уродливые пасти, но и они вовсю щёлкали громадными челюстями, пытаясь добраться до сладкой добычи.
Два удара сердца. Улитка внезапно встаёт в седле и широко разводит в стороны руки. Огненный волк ускоряет бег, но девочка будто зависает в воздухе.
Хлопок!
— Твою мать!!! — слышится потрясённый возглас Змея. Раскрашенная разноцветными символами физиономия Мастера маячит в паре метров, но даже так сложно не заметить восхищение в глазах дружинника.
А потом выползшие почти наполовину из земли здоровенные твари неожиданно вцепляются в друг в друга. В ушах уже звенит от рёва и визга, но это только начало. Князь резко ускоряется. Руки Сокола мелькают в воздухе, как размытые линии. Даже Ратаю, с его обострённым восприятием, сложно было уследить за главой рода. Шаг, касание, шаг, касание.
— Змей, держи Улитку! — гремит в воздухе голос князя. Вепрь ещё даже не успел додумать мысль о том, что действия главы рода ничего не дают, как головы тех чарыгов, которых мимоходом коснулся Сокол, начали взрываться. Одни при этом горели, а другие разлетались ледяными осколками, но итог был одни — отряд бежал по чудовищному коридору из обезглавленных аномальных червей. А потом над уязвимыми точками тварей второго ряда начали возникать маленькие оранжевые огоньки.
— Он изучал их! — произнёс кто-то из дружинников. — Клянусь, он изучал их.
— Огонь! — рявкнул Вепрь. — Все слышали приказ князя? Огонь, огонь, огонь!!! Змей!!!
Алексей уже почти добежал до стелющегося над землёй волка. Младшая княжна явно перенапряглась и потеряла сознание, почти вывалившись из самодельного седла. Но едва парень протянул руку, волк громко клацнул челюстями, едва не лишив Витязя конечности. От рыка чудовища начинали вибрировать внутренности людей вокруг.
— Да понял я, понял… — на бегу воскликнул Змей. — Но если свалится, то ты сам виноват будешь.
Волк презрительно фыркнул и тряхнул плечами, устраивая свою наездницу поудобнее. Бежавшие рядом россожи тут же запрыгнули на огненного зверя и ловко упёрлись в свою хозяйку с боков. Шустрик резко ушла в отрыв, заливая корчащихся чудовищ потоками грязи. Команда эвакуации княжны Разумовской работала просто отлично.
— Прибавили! — рявкнул Сокол и весь отряд в несколько раз увеличил скорость. Будто у Вепря на плече сидел злой зверь, готовый откусить ему голову, если Ратай не будет держать заданный темп.
Сколько это всё продолжалось? Десять-тридцать секунд? Минуту? Александр видел впереди только мечущегося из стороны в сторону главу рода Разумовских и сияющий силуэт его старшей сестры, от которого твари в ужасе расползались в стороны. А потом всё резко закончилось.
— Вепрь! — произнёс князь и Александр ускорился вдвое, только чтобы не заставлять Сокола ждать. Ярослав Константинович посмотрел на Ратая чёрными от чудовищной перегрузки энергией Тьмы глазами и коротко приказал. — Выводи отряд.