Невинная для Сурового (СИ)

Иду вперёд, прохожу мимо гостей. И завернув за угол, резко останавливаюсь.
Потому что нахожу Демьяна. Он стоит в компании той самой сучки. Динары.
Оба стоят ко мне полубоком, поэтому не замечают. Я нахожусь совсем рядом. Не знаю почему, но делаю шаг назад, захожу обратно за угол. Сердце в груди замирает и не бьётся. С огромным усилием воздух втягиваю. Кажется, что он стал густым и сжимает лёгкие.
— Долго мяться будешь? Хотела что-то? — Демьян разговаривает жёстко. В каждом его слове чувствуется неприязнь.
— Какой ты грубый, — от её тона к горлу тошнота подкатывает, в уборной она говорила иначе. А здесь как будто полностью в себе уверена, — я уже и забыла, как ты умеешь.
— Таблетки для памяти в помощь, или ты за этим и пришла?
— Демьян, — ее голос становится тише, а у меня внутри всё от ядовитой ревности обжигает, — я соскучилась.
— Твои проблемы, это всё? Тогда свободна.
— Суровый! — А вот теперь она выкрикивает в сердцах. В голосе слышится отчаяние. — Прекрати! Мы ведь можем нормально поговорить? Неужели я не заслужила?
— Ты что-то перепутала, Динара, заслуживать нужно у другого. Забыла, чью койку греешь? Тогда таблетки точно нужны.
— Ты своего добился, слышишь?! Я ревную! Ужасно ревную. Как увидела тебя с ней, так и сгораю от ревности! Ты же знаешь, только скажи и я вернусь. Всё брошу.
— Что, бабла лишил? Или на ком-то другом застукал, что так отчаянно помощи ищешь?
— Ублюдок! Ненавижу! — Шипит яростно. — А ты со своей шлюхой счастлив?! Ты ведь её притащил, чтобы меня позлить, да?!
Внутри всё сжимается. Пульс зашкаливает настолько, что мне дурно становится.
Вздрагиваю от громкого звука, как будто что-то об стену ударило.
— Ты слова подбирай, шлюха здесь одна, и мы оба знаем её имя. Ещё раз про неё так скажешь, и я не посмотрю на свои принципы — баб не трогать. Размажу по стенке. Уничтожу. Ты пожалеешь, что в сове время со мной связалась. Усекла?!
Даже мне становится страшно от его тона. Я понимаю, что не угрожает. Озвучивает всё, что сделает. Не шутит. Правду говорит. Наверное, мне страшно быть должно за себя. Должно появиться желание бежать сломя голову. А не появляется. Сердце кувырок назад делает и колотится как ненормальное.
— Я… я дышать не могу… — Динара хрипит.
— Не слышу ответа.
— Усекла, я усекла…
— Вот и отлично, на всякий случай для мотивации. У меня есть видео, которые не понравятся твоему спонсору. Так что обдумывай каждый свой шаг, Динара. Голова не только для того, чтобы хуи сосать.
  
Глава 32.1
 
Я не успеваю даже отойти на несколько шагов. Всё происходит слишком быстро. Динара проносится мимо меня пулей. Притормаживает, лишь когда меня боковым зрением замечает. Смотрит взглядом полным ненависти и презрения. По красивому лицу ручейками текут слёзы, размазывая косметику. Никогда не была сукой, по крайней мере, никогда себя таковой не считала. Но сейчас хочется злорадствовать. Поговорила?
— Белоснежка, — слышу хриплый голос над ухом. Демьян вышел следом. Меня заметил. Он прерывает наш зрительный контакт с Динарой.
Я отвожу взгляд, поворачиваюсь к мужчине.
— Я всё слышала, — произношу в ответ, — не специально, просто тебя искала.
— Значит, лишних вопросов задавать не будешь. Пошли, я хочу выпить.
— Демьян, подожди, — я хочу его остановить. Вопросы всё равно есть. Я хочу узнать кто такая эта Динара. Я вообще думала, что у него до меня никогда и ничего серьёзного не было. А получается было? Или что у них было? Почему она так на нём помешана? Господи, мне тоже нужно выпить. Иначе это в голове не укладывается всё.
— Пошли, — мужчина тянет меня за руку.
Мы не спускаемся ко всем гостям. Мы, наоборот, уединяемся. Демьян заводит меня в какой-то кабинет. Здесь полумрак и тихо. Как раз то, что нужно. Хоть немного передохнуть. Перевести дыхание.
Я не спешу говорить то, что хотела. Обдумываю. Успокаиваюсь. Не хочу, чтобы это звучало так, будто я ревную. Сейчас мы выпьем, и я все скажу. Немного переведу дыхание. За последние двадцать минут произошло слишком много.
 
Прохожусь по комнате, рассматриваю всё вокруг. А после внимание привлекает фотография. Подхожу ближе. В руки беру рамку.
— Это кабинет Шаха? — Не знаю, почему голос до сих пор хрипит. На фото Шах и какой-то парень. Они здесь ещё как будто подростки. Молодые совсем. Шах ещё не выглядит так пугающе.
— Какое-то время был моим кабинетом, пока я здесь перекантовывался. — По словам Демьяна понимаю, что Каид не просто знакомый. Он друг. Близкий. — Поставь, Шах не любит, когда его личные вещи трогают.
Суровый ближе подходит, протягивает мне бокал. Не с шампанским. С виски. Я уже успела понять, как выглядит и пахнет этот напиток. И что именно его предпочитает Суровый.
— На фото парни очень похожи, это его брат?
Я послушно ставлю фото обратно и принимаю бокал из рук Демьяна.
— Брат, он умер.
Тело как будто от холода пронзает. Я сильнее бокал пальцами сжимаю.
— Умер?
— Убили, с девчонкой врага спутался. Доверился. Она предала, внедрилась, чтобы инфу узнать и наводку дала. Шах не успел спасти.
Я делаю большой глоток янтарной жидкости. Она обжигает небо. После горло огнём горит и спускается в желудок. Но даже это не помогает согреться.
— Кошмар какой, — произношу тихонько.
— Шах — мой хороший друг, но после случая с братом у него доверие к женскому роду пошатнулось. Если что-то грубое скажет, на свой счёт не принимай.
Я согласно киваю. Снова взгляд на фото бросаю. Рассматриваю. Видно, что у парней на снимке разница в возрасте небольшая. Шах старше. Улыбается. Второй парнишка таким жизнерадостным выглядит, даже не верится, что его больше в живых нет. Теперь мне больше понятно становится, почему он так на меня смотрел. Для него, наверное, все женщины предательницы. Всех под одну гребенку.
— Демьян… я сказать хочу… — Алкоголь немного успокаивает, притупливает эмоции. В голове все также продолжают звучать слова Динары. Я сказать должна, почему-то мне кажется, что это очень важно. Демьян должен знать.
— Про бабу спросить? — Бокал к губам подносит, глоток делает. От меня взгляд не отводит. Прожигает.
— Я в уборной была, когда она с сестрой туда зашла. Я много слышала. И вопросов у меня тоже много.
— Ты ведь не думаешь, что до тебя у меня никого не было?
Слегка кривлюсь.
— Это, между прочим, обидно. Мог бы и дождаться. Может, тебе бы это и возместилось. — Язвлю в ответ. Ну зачем такое спрашивать? Я про его похождения больше знаю, чем хотела бы.
Суровый прищуривается и снова глоток делает из бокала.
— Я слышала, что Динара про своего мужчину говорила. И подумала, может, это связано с твоими проблемами. И теми людьми на трассе…
Вижу, как Демьян в момент напрягается. Его поза больше не расслабленная.
— Что ты слышала?
— Точнее говорила не она, а… Гайгуль… Айбу…
— Айгуль. — Демьян меня поправляет, и мои щёки моментально вспыхивают. Он и имя её сестры знает? Ревность вспыхивает как соломенный домик от одной спички. Огромными усилиями мне удаётся её немного усмирить.
— Да, она. Она говорила, чтобы Динара взяла себя в руки, иначе им конец, заживо закопают. Мужчина Динары на тебя давно роет, только повод ищет.
Вижу, как Суровый только сильнее бокал пальцами сжимает. Зубы стискивает так, что я слышу их скрип. Я правильно сделала, что рассказала?
  
Глава 33
 
Осматриваюсь в незнакомой спальне. Демьян привёл меня сюда и сказал, что это наша комната. Первой мыслью было — потребовать уехать. Потому что меня здесь пугает всё. Хозяин дома. Аура. Но вопреки всему этому я не стала. Суровый чувствует себя здесь как дома. Полностью доверяет Шаху. Поэтому и я себя настраиваю так, что и я должна доверять, и не бояться.
Накинув на плечи плед, я выхожу на террасу. Вид открывается шикарный. У Каида хороший ландшафтный дизайнер. Все гости разъехались, никто кроме нас с Демьяном здесь ночевать не остался. Ещё один звоночек. Значит, Шах подпускает близко не так много людей. Только избранных.