Боги непорядка (СИ)

Эрин ничего не ответил. На его лице застыло выражение мрачной решимости. Он шёл убивать своих убийц, но, похоже, не был уверен в удачном исходе дела. Поэтому, наверно, и нервничал, и спешил, и так переживал.
Отряд выдвинулся через тридцать минут. Эрин продолжал идти впереди, ведя отряд. Он всё так же не шёл по прямой, огибая какие-то одному ему видимые опасности. А ещё сосредоточенно втягивал воздух носом, будто собака-ищейка.
Где-то на подходе к цели Игорь стал подмечать, что становится теплее. И чем ближе они были к месту обитания хтонов, тем меньше вокруг оставалось снега и льда.
А потом впереди показалась просека, на которой через равные промежутки лежали крупные булыжники.
На одной стороне просеки всё было покрыто льдом, на другой — снега почти не было, лес был реже, а в просветах между деревьями виднелась тёмная вспаханная земля.
— Ишь ты, сажать что-то собираются!.. — ворчливо заметил Муся, когда весь отряд остановился на границе странной просеки.
— Не слишком ли большое поле для одной семьи? — удивился Бизон.
— Большое, — согласился Эрин. — Может, их там больше? Не знаю… Но всё равно надо идти.
— А чего тогда стоим? — уточнил Игорь.
— Как только мы пересечём круг из камней, о нас сразу прознают местные хозяева, — пояснил Эрин и вытянул руку, указывая куда-то назад. — Справа от нас, где-то метрах в трёхстах, возвышенность. Видишь?
— Ага, — кивнул Игорь.
— Там залегло не меньше сотни порождений, — нюхач развернулся и перевёл руку дальше. — А вот там, в буреломе, ещё несколько десятков. И чуть раньше мы обходили крупную группу. Они не видят нас из-за амулетов. Но если нас обнаружат хтоны, то уже никакие амулеты не помогут. Порождения накинутся всем скопом. А эти гады…
Эрин развернулся к просеке и кивнул на неё:
— Уйдут под шумок. Ищи их потом…
— И что делать? — деловито уточнила Растрёпа. — Есть шанс, что нас не заметят?
— Да… Я попробую всё устроить, — хмуря лоб, кивнул Эрин.
Скинув рюкзак, он достал оттуда знакомый мелок и кусок грубой ткани, которую расстелил прямо на снегу. И начал рисовать на ней круг, вписывая туда слова на неизвестном Игорю языке. Впрочем, судя по лицам Бизона, Муси и Растрёпы, они тоже не знали, что пишет нюхач.
— Это одна из наших печатей, — не прерываясь, пояснил седой. — Когда закончу, накинем ткань на какой-нибудь из камней. Если получится влить достаточно энергии, то этот камень перестанет выполнять свою функцию, и мы незаметно проникнем за защиту.
Работу Эрин закончил минут за десять. И ещё минуты три думал, как бы доставить исписанную тряпицу на камень, не выходя на просеку. Помогла Вера, которая нашла в снегу длинную палку. С её-то помощью и накрыли тряпицей один из камней. И путь вперёд наконец-то был свободен.
Стоило перейти просеку, как температура резко повысилась. Говорить о летнем тепле, конечно, было рано, но и лютого холода на территории, где жили хтоны, не было. Да и тумана на этих землях не встречалось, потому что защитные знаки Хаоса были везде: на камнях, на деревьях, просто на земле.
— С комфортом устроились! — прокомментировала Растрёпа.
— Они всегда так… — буркнул в ответ Эрин.
Отряд продолжил двигаться по лесу в обход полей и вырубок, стараясь не попадаться на глаза местным жителям. А они тут были! Сначала вдалеке показалась пара человек, тянувших от поля нагруженную чем-то телегу. Затем промелькнула небольшая компания лесорубов.
Игорь вертел головой по сторонам, подмечая эти бытовые картины, и глазам не верил. Весь узел практически уничтожен, а тут люди живут, чего-то делают… Как будто нет никакого Хаоса, никакого Порядка… Будто вокруг не Упорядоченное, а самый обычный мир.
На привале, который сделали, чтобы Эрин заправил амулеты, первым не удержался Бизон:
— Сколько, говорите, на узле народу жило?
— Несколько тысяч, — ответил Эрин.
— Вот же уроды… Положить несколько тысяч человек, чтобы комфортно жило несколько десятков!.. — здоровяк вздохнул. — И ведь придём, а все эти люди, уверен, будут кричать, что не надо лезть в их жизнь.
  
— Мы все так живём, Бозечка. Кто-то в меньшей степени, кто-то в большей, — погладила его по плечу Растрёпа. — Просто в данном конкретном случае вред, который они приносят, оказался несравнимо больше.
— Интересно, а кто все эти люди… — задумался Игорь. — Они ведь не хтоны, как я понимаю. Да, Эрин?
— Это не хтоны. Это рабы, — ответил нюхач. — Были рабами Миху и его окружению, а теперь стали рабами хтонам. Для них практически ничего не изменилось. Возможно, многие из них даже не понимают, что произошло. Впрочем…
Эрин коснулся очередного амулета и поморщился, а затем продолжил:
— Впрочем, это им не помешает им отчаянно защищать свой образ жизни. Так что… Не стоит себя обманывать и воспринимать их как друзей.
— Вот это верно! — согласилась Растрёпа.
— Ну вот, часа на три ещё хватит моих амулетов, — вздохнул седой, заканчивая работу. — А потом всё… Материал не выдержит.
Игорь посмотрел на свой защитный амулет и понял, что Эрин прав. Материал теперь выглядел изрядно побитым жизнью. И даже верёвочка уже стала обтрёпанной, хотя прошло вроде бы всего-ничего.
Но, к счастью, трёх часов не понадобилось. К поселению они вышли через час и залегли в лесочке, в сотне метров от него, наблюдая за происходящим.
Ну как к поселению… К хутору в глуши. В центре стоял двухэтажный терем из брёвен. Вокруг него — десяток одноэтажных длинных домиков, то ли сделанных из глины, то ли ею обмазанных. По периметру — сараи, сложенные из чего придётся. А окружал всё это хлипкий тын.
Людей на хуторе было мало: видимо, все ушли на работы. Разве что у сарая со скотиной суетились три женщины, да пара человек с инструментами ползали по крыше одного из глиняных жилищ. Ещё одна женщина мелькнула рядом с центральной избой.
О том, что в посёлке не всё так спокойно, говорили только два места. Небольшая площадь в центре, на которой был вкопан толстый деревянный столб, исписанный знаками Хаоса. Снег вокруг столба присыпали песком, но при желании можно было разглядеть там красные пятна.
А вторым местом был небольшой загон, в котором, безучастные ко всему, стояли шесть порождений Хаоса. И каждое из них отличалось впечатляющими уродствами: гипертрофированными мышцами, дополнительными конечностями, колюще-режущими элементами организма…
— Как только пройдём забор на окраине, о нас узнают, — негромко сообщил Эрин. — И да, порождения, скорее всего, контролируются хтонами…
— Друг Эрин, не учи учёных! — отмахнулся Муся. — Уж как-таки бить порождений, тварей и плохих людей, мы хорошо знаем. Кстати, какое у них будет оружие?
— Думаю, могут быть ружья, — седой поморщился оттого, что его так бесцеремонно прервали, но обострять не стал. — В Лёдном чаще использовался огнестрел, чем болтомёты. На складе в городе были болты, а вот пуль и ружей я не заметил.
— Значит, тут все вооружены и очень опасны! — хохотнул Бизон. — А с нами такой фокус не прокатит. Так ведь, Трёпочка?
— О чём речь? — уточнил Игорь.
Вместо ответа Растрёпа полезла в рюкзак, порылась там, озадаченно нахмурилась, снова порылась… И спустя полминуты, наконец, вытащила белый стеклянный шар размером с кулак.
— Всегда носите такое с собой! — посоветовала она Игорю и Эрину, демонстрируя находку. — Шарик содержит в себе конструкт, который блокирует сгорание большинства взрывчатых веществ. Порох гореть будет, но не так быстро. В результате, и нужного давления добиться враг не сможет.
— Это конструкт защиты от возгорания? — уточнил нюхач.
— Он самый, — кивнул Бизон. — Умные люди подметили, что он защищает и от огнестрела, а не только от огненных конструктов.
— Не знал, — признался нюхач. — Но действие ограничено по времени и области…
— Этого шарика хватит минут на двадцать, — кивнула Растрёпа. — Ну и радиус будет метров пятьдесят. Правда, нам больше и не нужно.
— В семье хтонов три человека. Мужчина и девочка в прошлый раз использовали физические атаки. А вот женщина била воздушными конструктами! — сказал Игорь.