Пленница северного волка (СИ)
«Палками из неё выбили и ту простоту, с которой она ко мне обращалась», —мелькнула у меня мысль, от которой на сердце стало совсем неспокойно.
Из-за Касинии грусть так обуяла мне душу, что на княжеский подарок даже смотреть не хотелось. Задув свечу, я забралась под оленьи шкуры, с тоской вспоминая своё счастливое детство. Мне хотелось снова вернуться в то время, когда матушка была ещё жива, и моей радужной беззаботности не было края.
12
12
Уже утром служанка выглядела лучше, и я даже увидела, как во взгляде её промелькнул знакомый мне огонёк жизнерадостности.
— Доброе утро, княжна Милолика. Как вам спалось этой ночью? Тепло под оленьими шкурами? — с добродушием спросила она, занося в комнату таз с парящей горячей водой.
— Доброе утро, Касиния. Я спала хорошо, но ты лучше скажи, как сама? — сразу же ответила я, ведь всем, что было доступно моему взгляду, был только лоб девушки.
За ночь шишка на нём спала, и оставался лишь небольшой след от ссадины.
— Спасибо за заботу, княжна Милолика. Ваш совет с капустным листом пришёлся очень кстати. На ночь я вся обложилась такими листами, и утром синяков почти не осталось, а болит уже не так сильно, как вчера.
— Хорошо. Ты можешь идти. Пойди, отдохни.
— Да какой отдых, княжна? Что вы! Подготовка к свадьбе вашей сестры идёт полным ходом. Свадьба уже завтра! — радостно прощебетала служанка и тут, словно вспомнив о чём-то, снова заговорила с особым почтением: — Пойду я, раз отпускаете. Много дел.
Последнее она едва не буркнула, опустив при этом взгляд в пол.
— Иди, конечно же, — кивнув, ответила ей.
Когда Касиния покинула мою комнату, то я прошла к столу, чтобы умыться. Впрочем, вода оказалась слишком горячей, так что нужно было немного подождать. В ожидании, пока она остынет, я немного задумалась, и тут меня посетили тягостные мысли.
«Несмотря на явный интерес, что проявляет ко мне в последнее время Святослав, к нашей свадьбе готовиться он точно не спешит. Неужели и правда хочет оставить меня в своём замке с тем непонятным статусом, что у меня сейчас?» — с грустью размышляла я, даже не имея представления, какой будет моя жизнь вдали от Юнии.
Её счастье питало все мои надежды. Каждая улыбка сестрицы подчистую убивала во мне любые сомнения и глупые порывы. Она была счастлива с братом Великого князя, и меня это, вне всяких сомнений, весьма вдохновляло. От мыслей же, что совсем скоро я могла лишиться такой неосязаемой поддержки, мне становилось не по себе.
Готовясь к утренней трапезе, я собралась выполнить просьбу Святослава и безрадостно из-за ещё занимавших голову дум развернула принесённый вчера Касинией свёрток. В последнем оказались небесного цвета платье и чуть потемнее плащ, что был такого оттенка, словно тот получился от смешения облаков с грозовой тучей. Струящаяся же невесомая ткань вещей на ощупь казалась настолько тонкой, что я даже усомнилась в возможности носить их в столь суровом и холодном крае. Мне казалось, что я не смогу сидеть в подобном даже у камина. «Замёрзну», —решила про себя, удручённо качая при том головой. В общем-то, несмотря навсе мои сомнения, когда я переоделась, то подаренный князем наряд оказался очень тёплым. И стоил, наверное, очень недёшево…
Впрочем, столь дорогой подарок оказался лишён той радости, которую, в общем-то, должен был принести. «Всё из-за того, что его доставила мне избитая и едва живая Касиния. Вот так Святослав может подарить радость, а может её и отнять», —понимала я, рассматривая себя и кусая губы.
Стоило мне застегнуть брошь на плаще, как позади меня послышался бархатный голос самого князя.
— Вам очень к лицу цвет океана, — произнёс он.
— Спасибо. Доброе утро, ваше высочество, — поздоровалась я, склонившись в поклоне. — Разве это цвет океана? Не неба и грозовых туч?
— Нет, что вы, — откликнулся он и усмехнулся. — Небеса имеют совершенно другие оттенки. Только вот я сюда явился не для споров. Я пришёл за вами, чтобы проводить к утренней трапезе.
— Я готова, идёмте, — сказала в ответ и всё же решила накинуть поверх нового наряда шубу.
— Это лишнее, — заметил мужчина, сразу же разгадав моё намерение. — В этом наряде вы не замёрзнете, княжна Милолика.
Услышав его утверждение, я лишь кивнула с сомнением, но всё равно вернула шубу на прежнее место.
Как вскоре оказалось, он вновь оказался прав. Когда мы вышли из комнаты, то я даже не вздрогнула от того холодного дуновения сквозняка, что сразу же коснулось моего лица ледяным дыханием.
— Спасибо за столь чудный подарок, Великий князь. Только не стоило вам так утруждаться, нарядов у меня хватает.
— Стоило. Сегодня к нам должен прибыть мой давний и дорогой друг вместе со своей семьёй. Его жена Астерия не оценит вашей скромности в нарядах. А я не хочу, чтобы вы чувствовали себя хуже других, — произнёс Святослав и нахмурился, отчего его глаз стало не разглядеть из-за бровей.
— Хорошо, —согласилась я, поспешно улыбаясь.
То, как по-разному нас с Юнией встретили женихи, меня уже совсем не задевало. Все мысли были лишь о том, что у сестры скоро состоялась свадьба, а о себе же я даже спрашивать не решалась. Всё боялась спугнуть то хорошее настроение, что так внезапно посетило Великого князя.
«Поначалу-то он и смотреть в мою сторону не хотел. Всё старался всеми правдами и неправдами отослать с глаз долой. Теперь же буквально не спускает с меня пронзительного взгляда и буквально по пятам ходит, а я каждое мгновение замечаю, как он смотрит на меня. Эти взгляды кажутся столь многозначительны, что даже наши беседы ничто в сравнении с ними», —размышляла я, искоса поглядывая на мужчину.
После утренней трапезы он, дождавшись спешного ухода Юнии и Мстислава, предложил мне прогуляться.
— Заодно проверите свой новый наряд. То, насколько он тёплый, и не озябнете ли вы в нём на морозе, —предложил Святослав и загадочно улыбнулся при последних словах.
Сам он тоже был очень легко одет. Раньше я этого не замечала, но его тонкая рубаха хоть и из выбеленного, но грубого льна, точно не казалась способной согреть на холоде.
— Я уверена, что ваш подарок выдержит это испытание. Только вы, ваше высочество, сами не замёрзнете ли в столь лёгкой одежде? — спросила я, с удивлением вспоминая его постоянно горячие руки.
На мой вопрос князь не ответил, а только глухо рассмеялся. Мои вопросы явно звучали глупо в его понимании, и он этим весьма забавлялся, так или иначе подталкивая меня к тому, чтобы я снова и снова их задавала.
«Неужели я сродни тем птичкам возле родника? Лишь забавное развлечение для него?» —задалась про себя вопросом, сдвигая в недоумении брови.
— Идёмте же! Иначе можем не успеть накормить ту хитрую синицу! — весело поторопил меня Святослав, опять разрушая в моих глазах образ мрачного и жёсткого человека.
На этот раз мы пошли другим путём и вскоре попали в самое сердце замка. В любом другом месте главным бы его местом являлся центральный камин или печь, но здесь всё оказалось иначе. Ледяное сердце обители Великого князя находилось в самом центре и представляло собой огромный зал. Сияние холодного солнца в последнем отражалось на каменном полу в виде большой шестиконечной звезды. Возвышающийся высоко над головой свод пугал своими размерами, благодаря чему отверстий, через которые пробивался свет, было не видно. Оглядываясь по сторонам, я смотрела на окружавшее меня чудо и не понимала, как подобное могли создать обычные люди. Такая высота оставалась совсем неподвластна обыкновенному человеку.
— Этот замок наполовину состоит из скалы, — поведал мне Святослав.
Я хотела было спросить у него о звезде на полу из света или её истории, но не успела. Пара мгновений — и кто-то вдруг резко отворил одни из ведущих в зал массивных дверей.
— Волки! — сорвалось с моих губ, и я, испугавшись, бросилась к князю.