Три мирных года (СИ)
— Бесполезно, — улыбнулся я. — Вы же должны понимать. Я боец, оперативник. Ничего не планирую, просто выполняю приказы начальства. Тогда мне случайно удалось взять вашего императора и его мать и я моментально передал его в руки командира. Сейчас, увидев, как ваш орден заинтересовался мной, командование приказало мне начать с вами игру, чтобы узнать вашу цель.
— Да, но… — было видно, как таусиец растерялся. — Аргарцы-амери просто уверенны, что вы знаете куда больше.
А вот сейчас растерялся я. Откуда вообще американцам хоть что-то стало известно? Какие источники? Да меня там видели, кажется, тот же Данфорд, да и другие офицеры-морпехи, рангом пониже, но с чего такие выводы?
Из-за этого я едва не пропустил момент, когда в воздухе сверкнула серебряная молния и Элдерирл Хьянг, выронив пистолет, стал заваливаться набок. Ещё чуть-чуть и он бы, перевалившись через перила, упал с моста в воду, но его успела схватить Яська, а там и я подоспел.
— Спасибо Череп, — прошептал я в пуговицу.
— Не за что! — бодро отозвался в наушнике Алексей Черепанов. — Рад снова пострелять, хоть и парализующими зарядами.
Скоро к нам подоспели Варяг и Хацкевич, которые помогли утащить парализованного сотрудника дипмиссии, до того как к нему приехала подмога.
Кстати, этих помощников, взял на карандаш Кравцов, который хоть и опосредованно, но участвовал в операции. Самого Хьянга мы привезли на конспиративную квартиру Темиргалиева, но не на улице Циолковского, а в пока пустующем доме на Галактическом проспекте. Тогда это была глухая и почти ненаселённая окраина города.
Поделили кому, когда дежурить, а я отправился в отделение ГРУ, чтобы послать шифровку Марселю.
— Зачем вы его вообще брали? — поинтересовался Кравцов.
— Ловля на живца, — признался я. — У нас вообще нет никаких данных по ордену, никого внедрить не удалось. Хоть что-то.
— Ох и скандал будет, — вздохнул он. — Таусийцы, парни злобные.
Шум действительно был, правда, не настолько сильным, как предполагал Кравцов. Посол Тауси, естественно, возмутился. Но наши сделали вид, что вообще не понимают, о чём идёт речь, а сами таусийцы не могли озвучить свои подозрения, не признав, что их сотрудник мутил какие-то подозрительные делишки. А потом…
Впрочем, сначала мы встретились с Марселем, который примчался на Полигон, очень быстро. Даже удивительно. Суток не пришло, как он стоял на пороге своей конспиративной квартиры.
— Молодцы, — скупо похвалил он нас. — Хорошая работа. Главное всё чисто сделали.
Он прошёл в комнату, где мы держали пленника, и шепнул ему на ухо.
— Не волнуйся, брат, всё будет в порядке.
Элдерирл Хьянг посмотрел на него безумными глазами, а Марсель снова вышел ко мне. Я смотрел на него с недоумением, и он вытолкал меня на лестничную площадку.
— Мы начинаем новую игру, — пояснил он. — Заодно выведем тебя из-под удара.
— Это как-то связано с его поисками? — уточнил я.
— Сильнее, чем ты думаешь, — вздохнул он.
Мы закурили, помолчали какое-то время, а потом Марсель, как будто нехотя начал:
— Было предложение, оставить твою группу в резерве ещё на год. Но последние события указывают, что чем быстрее мы тебя вернём, тем лучше.
— Готов в любой момент, — сразу отозвался я.
— Не так быстро, ковбой. Второй год ты всё-таки доучишься и на одни пятёрки. Иначе Лиза костьми ляжет… Вот только что с Ярославой делать, непонятно. В три года она укладывалась, благо образование у неё было, а в два с трудом. Но без медика вам нельзя. Ладно, я с ней поговорю, может быть, что-то придумаем.
— Слушаюсь, — отозвался я. — А насчёт предложения. Его профессор Голобко озвучивала?
— Нет. Маршал Стерлядкин. Его всё ещё разрывают на части противоречивые желания. Ему хочется, чтобы его дочь и поучаствовала в вашей работе и чтобы вернулась домой.
Я ухмыльнулся.
— Рожу попроще сделай. Он скоро министром обороны станет.
— Так точно. Можно ещё одну просьбу?
— Валяй. Тебе вроде как полагается…
— Можно сделать так, чтобы профессор Голобко больше никак не проявлялась в моей жизни?
— Обиделся, что ли? Ну ладно, ладно. Не волнуйся. Твоё желание совпадает с моим. Дурно она на тебя влияет.
Мы вернулись в квартиру, и Марсель ещё раз поблагодарил нас за службу и попросил очистить помещение. Он оставался с таусийцем не наедине, с ним приехало ещё пара молчаливых ребят. Я и мои ребята с удовольствием выполнили приказ, так как желание задерживаться и слушать проклятья на наши головы от религиозного фанатика у нас не было.
— Ну что, по пиву? — предложил Череп. — Недалеко открылось одно заведение с разливным…
И мы согласились. Нам надо было срочно снять напряжение последних дней.
Глава 11. Звезда Полынь
Декабрь 2004 года — январь 2005 года
После истории с таусийским фанатиком и до Нового года не произошло ничего важного. Поэтому я с большим удовольствием, вернулся к учёбе и культурно-дипломатическим курсам при МГИМО. С остальными было так. Яська сразу пропала, после разговора с Темиргалиевым, объяснив, что у неё теперь будет учёбы выше крыши. Да ещё отписала Вику, чтобы на каникулы её не ждал. Кроме меня, никто ничего не понял, а я лишь отговорился, что так надо.
Да особо некому было спрашивать. Гриша Мишин, он же Варяг тоже погряз в учёбе, благо теперь экзобиологию он мог изучать на практике, а не в теории, как в Томске, чем он и воспользовался не вылезая из экспедиций в разные дикие уголки планеты Машеров.
И даже Череп не скучал, потому что Темиргалиев озадачил и его, записав на повышение квалификации без отрыва от основной деятельности: обучение бойцов.
А мне же он просто сказал морально готовиться, пообещав, что и в этот раз зимние каникулы у меня будут жаркими, но на иностранные курорты, чтобы я губы не раскатывал.
За два дня до Нового года, в самое приятное время, то есть когда зачёты уже сданы, а до экзаменов ещё неделя, в Новом Ленинграде появилась Лена Приклонская. После того, что мы с ней учудили на Кадмии, я уже не мог называть её Еленой Ярославовной. Хотя она была и старше меня.
Мне в коммуникатор упало сообщение, когда я вышел, с последнего перед сессией зачёта.
«Привет. Я в Новом Ленинграде. Давай встретимся?»
Надо сказать, я искренне думал, что тем эпизодом на Кадмии всё и ограничится, но Елена, по всей видимости, считала иначе. Что же. Можно встретиться и поговорить. Я назначил ей свидание в кафе «Снежинка», тихое и уютное место, особенно в это время суток. Было предчувствие, что я делаю ошибку, но не отказывать же женщине. Тем более что и мне самому почему-то хотелось её увидеть.
Впрочем, если бы я вовремя остановился, то всё могло бы обойтись. Но мысль: «да что же я, блин, делаю!» пришла мне в голову лишь наутро, когда мы проснулись в комнате нашей общаги.
Начиналось всё культурно, мы встретились в кафе, посидели немного, поболтали о том о сём. Она рассказала, про исследования имперских иммуномодуляторов и обрадовала, что скоро они пойдут в производство, немного переделанные под организм землян.
Я, в свою очередь, рассказал ей про то, как мы штурмовали бункер. Про учёбу. Старался, чтобы всё это звучало весело, впрочем, она бы всё равно смеялась, а потом Лена предложила пойти в ресторан, который ей посоветовали коллеги, когда она была на Земле.
Ресторан носил странное название «Первая звезда». И я в нём раньше не то что не бывал, а вообще про него не слышал. Это было неудивительно, он находился неподалёку от площади Волынца, на Ташкентской улице. Самый-самый центр планеты из которого республиканская компартия руководила всем советским Дальним Космосом, здесь находились посольства галактических держав, с которыми у нас были установлены дипломатические отношения: Ирсеилоур, Дарегген, Тауси, Халлдория Барна, Гаркхия и остальные помельче. На прилегающих улицах селились партийные руководители, учёные, творческие люди, директора и удачливые артельщики. Последних было мало. Вообще, их иронично называли новыми нэпманами, на что они очень сильно обижались.