Другой Синдбад
И тут, к еще большему моему изумлению, бутылка, которую я все еще держал в руке, заговорила со мной!
— Выпусти меня, — сказал голос, — и я покажу тебе потрясающий фокус. — Я узнал этот голос, как бы слабо он ни звучал. Оззи вернулся в свой бутылочный дом.
— Прошу прощения, — ответил я, — но я считаю, что джинн должен оставаться там, где ему положено.
— Пощади! — вскричал джинн. — Тут битком набито этих саксофонистов!
— И шумновато, я думаю, тоже? — заметил Ахмед, поднимаясь и присоединяясь ко мне.
— Но что с… — я заколебался, из осторожности не называя имя, — …другим существом?
Настал черед Джафара ответить, ибо он уселся и принялся отряхивать свое хилое тело.
— Оно, без сомнения, вернулось в те адские сферы, из которых явилось. Я полагаю, такое случается всякий раз, как представление ему не удается.
— Кто это был? — спросил Синдбад Мореход. — Где я? — По-видимому, к старшему тезке вернулись не только прежние размеры, но и обычная рассеянность.
— Я по-прежнему слышу то, что вы говорите! — с великим волнением воскликнул Малабала. — Хитроумное заклятие снято с вас!
— Наверное, неудача демона привела в порядок здешнюю магию, — прокомментировал Джафар.
— И все это сделала Фатима! — объявил я. — Демон не смог постичь женское чувство юмора! — Но я смогу, поклялся я себе, когда мы хорошенько познакомимся. И кстати о моей возлюбленной, что с ней? Я обернулся и увидел паланкин, лежащий на боку у подножия горя. Хотелось надеяться, что женщина моей мечты не пострадала!
— Я поднимусь на вершину горы и определю, где мы находимся, — объявил Ахмед и рванул прочь.
— А я быстренько наколдую нам помощь, — добавил Малабала. — Каким чудесным и обновленным кажется мир теперь, когда заклятие покинуло вас.
— Кинжала и Шрама сожрал демон, — сообщил Джафар, — а больше никого. — Он нахмурился. — Хотя неясна судьба еще одного. Куда делась та вонючая куча?
Я остановился и принюхался к своей одежде, и теперь пришел мой черед нахмуриться. Очевидно, куча не смогла уцелеть во время катаклизма, и взрывом ее разметало по воздуху и забрызгало всех нас. Я вздохнул. Скоро пора будет снова мыться. Я заколебался. Может, лучше подождать, чтобы произвести на мою возлюбленную лучшее впечатление?
— Взгляните на эти самоцветы! — вскричал торговец с восхищением.
— Да, — отозвался я, — сотен пять, должно быть, валяются на склоне вокруг нас, еще две — вон на той горе, да, пожалуй, двенадцать с половиной сотен — в долине.
— Похоже, твой подсчет достаточно точен, — с уважением отметил старший Синдбад. — Как ты развил в себе такой дар?
— Я очень хорошо считаю всякие ценности, — ответил я. — Это потому, что у меня их было так мало. — Тут я напомнил ему, как отыскал золото в сокровищнице, пустой, как все они были уверены.
— Ах да, когда мы не смогли найти сто динаров. — Он указал на усыпанный драгоценными камнями склон. — Я думаю, здесь каждый сможет набрать сто раз по сто динаров. И может, когда мы вернемся в Багдад, мой тезка станет хранителем моей сокровищницы, чтобы Джафару никогда больше не приходилось волноваться из-за подобных вещей?
Я не мог поверить своим бедным ушам. Великий Синдбад Мореход предлагает мне место. Меня ждет обеспеченное будущее, и никогда больше мне не нужно будет таскать тяжести.
— Возможно, он даже смог бы ради интереса заняться этой новой системой подсчетов, — живо воскликнул Синдбад. — Как там она называется? Счетоводство!
— Тьфу! — пренебрежительно отмахнулся Джафар. — Кое-кто даже называет ее точной наукой, подобно астрологии. — Старик расхохотался от одного этого сравнения.
Но я улыбнулся по другой причине. После того что случилось со мной за последние несколько дней, «счетоводство» звучало для меня лучше любого приключения. И эти новости воистину были куда более чудесными, чем все, что произошло прежде. Навоз или не навоз, но я должен был поделиться с женщиной моей мечты тем, как мне повезло.
— Я посылаю за помощью, — возвестил маг, начиная заклинание.
— За этой горой — океан! — прокричал Ахмед, добравшись до вершины. — И корабль!
Малабала с изумлением уставился на собственные руки.
— Даже я сам не знал, что работаю настолько быстро. Как я мог сомневаться в себе?
— И что удивительно, — добавил Ахмед, — похоже, это тот самый корабль, с которого нас утащили обезьяны. Хотя, когда поработаешь у моего хозяина с мое, начинаешь понимать, что ничего удивительного тут нет.
Кругом были одни добрые вести. Душа моя с каждым шагом воспаряла все выше. Моя Фатима! Я пойду и обниму ее наконец!
Что-то шумно шевельнулось внутри паланкина, что-то очень тяжелое. Значит, Фатима не могла слишком сильно пострадать. Мои надежды продолжали парить в небесах. Подходя ближе, я заметил, что из-за закрытой двери паланкина торчит кусочек ее одеяния. Материя была превосходная, из тех, что идут только на свадебные наряды. Так значит, она в подвенечном наряде. Очень предусмотрительно, ибо, как только я смогу убедить ее в своих добродетелях, мы сразу поженимся.
Но я не мог больше медлить. Я шагнул вперед и решительно взялся за ручку. На этот раз я позабочусь о том, чтобы моя любимая Фатима не кричала. Собрав воедино всю свою мужскую отвагу, я потянул на себя дверцу.
— Фатима! — позвал я.
— Уук, уук, — донеслось изнутри.
Прежде чем волосатая рука втащила меня внутрь, я успел лишь один раз вскрикнуть…
Но достаточно историй для одного дня.
Желаете еще?
Так внемлите же, «Плохой день для Али-Бабы» — продолжение сказок «Тысяча и одна ночь» уже ждет вас.