Другой Синдбад

Маг мгновение обдумывал это, а за нашими спинами наигрывали саксофоны.
— Да, действительно, то, что мне удалось заставить отвернуть этот дождь из самоцветов, звучит ободряюще. Наверное, во мне все же осталось не так уж мало магии. Но бросить вызов древнему божеству? Не уверен.
— Что происходит? — снова воззвал Синдбад из своей бутылочной обители.
— Воздух изменился! — воскликнул Кинжал, озираясь по сторонам.
Казалось, сама атмосфера вибрирует, пульсируя от волшебной музыки. И в самом деле, глянув вверх, я увидел, что небо над нами из синего сделалось мерцающе-золотым.
— Простите, ребятки, — сказал затесавшийся среди нас демон. — Кажется, у меня назначена встреча на совершенно другом острове. Вы все сможете оказать мне услугу в другой раз. — С этими словами он по низкой дуге перескочил ближайший холм и вскоре скрылся за горизонтом.
Думаю, все мы понимали, какую воистину ничтожную роль играл этот скачущий демон в планах судьбы по сравнению с тем, что нас ожидало.
Кинжал и Шрам вскрикнули. Джафар и Ахмед разинули рты от изумления. Даже обезьяны, казалось, приуныли.
— Уук скрии уук! — прокричала королева с горы.
— Что она говорит? — спросил я.
— Что опасность близка, — коротко ответил маг.
— Скрии уук скрии! — настойчиво добавила горилла.
— Еще она хочет, чтобы вы знали: она счастлива, что ее банановый малыш вернулся, — продолжал Малабала.
Банановый малыш? Это, решил я, пожалуй, уже чересчур. Наверное, лучше мне сразу же пасть жертвой заклятия этого древнего божества, которое, похоже, изрядно запаздывало с появлением, и позабыть обо всех земных печалях.
И тут я услышал из палантина ровный голос Фатимы.
— Кинжал? — окликнула она мелодичным голосом, заставившим даже волшебные саксофоны устыдиться своего звучания. — Шрам? Нам не пора отправляться?
Какой красивый голос! Какое безупречное звучание! И она заговорила в нужный момент, словно знала, что мне нужен знак, чтобы вернуться из черной бездны сомнения. Но я услышал ее голос, и жизнь моя снова переменилась. Я должен уцелеть перед лицом этой последней опасности, хотя бы ради моей Фатимы!
Но больше времени на размышления у меня не было, поскольку музыка сделалась совсем оглушительной. И там, вдали, над золотым горизонтом, дрожала темная тень, сначала похожая на легкую дымку, потом на утренний туман и, наконец, на огромную грозовую тучу. Но эта грозовая туча имела очертания человека, если не считать того, что высотой человек этот был футов сто.
Туча стала еще темнее, она сделалась цвета гранита, и фигура человека стала видна более отчетливо, и я разглядел, что он не только невероятно высок, но еще и очень толст, словно сама его сущность стремилась поглотить все и вся. Что касается венчавшей это туловище круглой головы, то черты лица почти тонули в огромных жировых складках, а при взгляде на огромные обвисшие щеки и второй подбородок торговец Синдбад начинал казаться сморщенным человечком, страдающим анемией.
— Явно, — пробормотал мне на ухо Ахмед, — это божество из тех, что предпочитает театральные эффекты.
— Только не обращайте на него внимания! — вскричал Джафар, когда существо раскрыло рот. Я последовал примеру старика и быстро опустил взгляд.
— Я — ТОТ! — проревело гигантское существо.
— Как вы находите эту погоду? — чересчур небрежно поинтересовался Джафар, обращаясь к нам.
— Славный денек, если не соберется пыльная буря, — согласился я, разгадав намерения мажордома.
В тот же миг Ахмед принялся вовсю что-то насвистывать.
— Я ПОКАЖУ ТЕБЕ, СИНДБАД, ЧТО БЫВАЕТ С ТЕМИ, КТО ОТВОРАЧИВАЕТСЯ ОТ МЕНЯ.
Саксофоны зловеще загудели.
— КОНЕЧНО, ЗА ТАКОЙ ОТВОРОТ ТЫ ЗАСЛУЖИЛ ОТ ВОРОТ ПОВОРОТ. ХА-ХА-ХА!
Саксофоны выразительно взвыли.
— Ты не заберешь этого парня! — объявил Шрам. — Мы возьмем его в наш город и похороним там!
— НЕ МОГИЛЬЩИК, А ПРОСТО КРАСАВЧИК. ХА-ХА-ХА!
Саксофоны снова заухали.
— НО Я ВЕДЬ МОГУ МОГИЛУ И РАЗРЫТЬ. ЧТО ТАКОЕ ШЕСТИФУТОВАЯ ЯМА РАДИ ДРУГА? ХА-ХА-ХА!
Волшебные инструменты просто обезумели.
 
— Тот? — пробормотал Шрам.
И тут случилось нечто еще более странное, нежели речи Того-Кого-Следует-Игнорировать под аккомпанемент саксофонов. Ибо теперь всякий раз, когда это огромное и чрезвычайно толстое божество начинало смеяться, Шрам начинал смеяться тоже.
— Самый подходящий денек для путешествия, — сообщил Джафар сквозь стиснутые зубы.
Ахмед принялся целеустремленно насвистывать морские песенки.
— И неплохой день для того, чтобы вернуться в Багдад, — согласился я как можно непринужденнее, прислушиваясь к непрекращающейся болтовне огромного существа.
— Багдад! — вскричал знакомый голос откуда-то из-под горы.
Медленно я повернулся…
Я глянул вниз, туда, откуда донесся звук, но сначала, как мне показалось, не увидел никаких следов циклопа. Однако затем я разглядел небольшой подъем на середине склона, подъем, над которым роились мухи и другие насекомые, словно тропинку в этом месте перегородила некая благоуханная куча. Не был ли это наш двухголовый недруг?
— НО Я СЛЫШУ, СРЕДИ ПУБЛИКИ ПРИСУТСТВУЕТ ЕЩЕ ОДНО ЗАБАВНОЕ СУЩЕСТВО. НЕ ХОЧЕШЬ ПРИСОЕДИНИТЬСЯ КО МНЕ НА ЭТОЙ СЦЕНЕ? РАЗУМЕЕТСЯ, Я-ТО НЕ СТАНУ ПРИСОЕДИНЯТЬСЯ К ТЕБЕ. ХА-ХА-ХА!
Из коричневой кучи на склоне донеслось одно лишь слово: «Тот». И теперь смеющихся с Тем стало двое, Шрам и бывшая недавно чудовищем навозная куча.
— Шрам! — окликнул Кинжал. — Куда ты?
— ОН ИДЕТ КО МНЕ. МЫ ВСЕ — ОДНА БОЛЬШАЯ ДРУЖНАЯ СЕМЬЯ. А ЛЮБАЯ СЕМЬЯ, В КОТОРУЮ Я ВХОЖУ, ПРОСТО НЕ МОЖЕТ НЕ БЫТЬ БОЛЬШОЙ. ХА-ХА-ХА!
— Нет! — вскричал Кинжал. — Только не… Тот. — И второй бандит тоже умолк.
— ЧТО Я ХОТЕЛ ВАМ РАССКАЗАТЬ. СИДЕЛИ МЫ КАК-ТО РАЗ С СУЛТАНОМ, И Я РЫГНУЛ. ОН МНЕ И ГОВОРИТ: «КАК ТЫ ВЕДЕШЬ СЕБЯ С ГЛАВОЙ ГОСУДАРСТВА?» НУ, ТУТ Я ЕГО И ОЗАГЛАВИЛ… ИЛИ ОБЕЗГЛАВИЛ… НЕ ВАЖНО. ХА-ХА-ХА!
И теперь я услышал три голоса, кроме хихиканья отвратительного божества.
Но это было ужасно. Один за другим мы становились добычей Того-Кого-Следует-Игнорировать. Я глянул вниз с горы и увидел, что покрытая мухами куча, кажется, ползет вверх. Мне подумалось, что если бы я осмелился посмотреть на Кинжала и Шрама, то обнаружил бы, что они оба тоже движутся вперед.
— НО Я ВИЖУ, ЧТО СРЕДИ НАШЕЙ ПУБЛИКИ ЕСТЬ ОБЕЗЬЯНЫ. А СРЕДИ НИХ ГОРИЛЛА МОЕЙ МЕЧТЫ. УУК УУК СКРИИ РРРР УУК! ХА-ХА-ХА!
Добрая половина обезьяньей стаи хором пробормотала: «Уук!» — и начала смеяться. И затем они тоже начали идти к ужасному Тому, подгоняемые волшебными саксофонами.
— НО ЧТО Я ДОЛЖЕН РАССКАЗАТЬ ВАМ… Я ВИЖУ, ЧТО СРЕДИ НАШИХ ЗРИТЕЛЕЙ ЕСТЬ СТАРИКИ. НО ЭТО МНЕ БЕЗ РАЗНИЦЫ.
— Слышал одну занятную историю… — начал Джафар. Но разинул рот после следующих слов Того:
— МОЛОДОЙ, СТАРЫЙ, У МЕНЯ ДЛЯ ВСЕХ РАВНЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ. ХА-ХА-ХА!
— Тот, — прошептал Джафар, чей взгляд сделался вдруг бессмысленным.
Он, спотыкаясь, побрел вперед, навстречу жирному демону.
— Я должен действовать немедленно, иначе будет поздно! — вскричал Малабала, торопливо начиная сложное заклинание.
— ЕЩЕ И МАГ? ИДИ СЮДА, ВЫСИЖИВАЙ СВОЕ ЗАКЛИНАНИЕ! МОЖЕШЬ ВЗЯТЬ МОИ — МИЛОСТИ ПРОШУ! ХА-ХА-ХА!
Но вместо обычных магических формул и невообразимых слов изо рта мага вылетело лишь одно, совсем короткое:
— Тот.
И затем маг тоже двинулся вперед, беспрестанно смеясь. Значит, и Малабала не устоял перед этой ужасной силой. Но если даже маг не в силах противостоять такому, как Тот, как может надеяться на это простой носильщик?
Должен же существовать какой-то способ разрушить магию демона, раз торговец все еще с нами. Я повернулся к Ахмеду:
— Если мы быстро что-нибудь не придумаем, нам конец. Как Синдбад победил это существо в прошлый раз?
Ахмед кивнул и выставил волшебную бутылку перед собой:
— Только мой хозяин смог справиться с ним, потому что он не…
Но даже Ахмед умолк, услышав очередную фразу необъятного шутника: