Эпоха мертвых (СИ)

— Боюсь, ты слегка переоцениваешь собственное значение, — вмешался в разговор Астерий, стоявший неподалёку. — Незатейливые шуточки никогда ещё не становились причиной притеснений. Особенно шутов.
— Лорд Хранитель! — Мейстер изумлённо поднял брови. — Вы подкрались так тихо, что сделали бы честь любому ночному грабителю.
Право, не будь вы при дворе, могли бы сделать неплохую карьеру.
— Ты всё так же остёр на язык, — благодушно усмехнулся Астерий. — Но мне хотелось бы поговорить с нашим правителем с глазу на глаз, если ты не против.
— Я⁈ — карлик обиженно надулся. — Я вообще всегда «за»! Особенно за разговоры с глазу на глаз. Вот видите, начинается! — шепнул он заговорщицки Вейдэлю, слезая со ступенек. — Сначала меня изгоняют от ваших ног, где моё законное место, а там уже не за горами публичное сожжение.
Когда карлик отошёл на достаточное расстояние и привязался к стоявшему у дверей с несколькими Слугами Первому Советнику Ванхорну, Астерий приблизился к Вейдэлю и, наклонившись к самому уху, сказал:
— Господин, вчера у меня пытались украсть Книгу!
  
Глава 14
 
— Что⁈ — Вейдэль отшатнулся, едва сумев сдержать возглас. — Как⁈
— Замок был поцарапан — его без сомнения пытались взломать. Признаться, я обеспокоен.
— Ты кого-нибудь подозреваешь?
— Увы, нет, — Астерий пожал плечами. — Такого не случалось никогда, и я ума не приложу, кому могла понадобиться Книга. Да и зачем? В ней нет ничего, не известного самому рядовому вампиру. Списки с неё имеются в каждом доме.
— Странно… — Вейдэль побарабанил пальцами по подлокотнику. — И подозрительно. Во всяком случае, раз она кому-то нужна, нельзя допустить, чтобы этот кто-то ею завладел.
— Совершенно с вами согласен.
— Похищение Книги может нанести вред, даже если мы ещё не знаем, какой. После сегодняшней церемонии запри её и выставь у дверей Хранилища стражников. У тебя есть надёжные Слуги?
— Разумеется, повелитель. Только им и можно доверять. Свободные вампиры не так хорошо контролируются. Мы можем рассчитывать только на их верность, но не более.
Вейдэль поморщился. Разговоры о лояльности подданных оставались для него больной темой.
— Не будем обсуждать всех, — сказал он твёрдо. — Нас интересует лишь тот, кто пытался проникнуть в Хранилище. Итак, ты меня понял? Поставь охранников и прикажи навесить новый замок. Нельзя позволить кому бы то ни было действовать у нас за спиной, — на самом деле Вейдэль имел в виду свою спину.
— Будет исполнено, повелитель! — Астерий слегка поклонился. — Я займусь этим сразу же после церемонии.
Вейдэль кивнул.
— Это всё? — спросил он.
— Да, повелитель, простите, что прервал ваш разговор.
— Правильно сделал. Ничего важного откладывать нельзя. А болтовню Мейстера едва ли можно назвать разговором.
— Совершенно с вами согласен. Но порой он бывает забавен.
— У него было время потренироваться. Как-никак все его предки служили шутами, да и сам он давненько пребывает в этой должности.
— Да, его обратил ещё незабвенный Грингфельд.
— Забавно, — Вейдэль усмехнулся. — У князя и шута — общий прародитель!
— Как можно сравнивать, повелитель⁈
— Я пошутил.
— Простите! — Хранитель поклонился.
— Ступай. И не забудь о том, что я тебе сказал. Береги её, — Вейдэль едва заметным движением указал на Книгу, которую Астерий держал под мышкой.
— Конечно, повелитель, я всё понял, — отозвался Хранитель, отходя.
К Вейдэлю подошёл дворцовый распорядитель доложить, что княгиня Мелисса переодевается к торжеству и обещала быть не позже, чем через полчаса.
— Объяви сбор во дворе замка, — велел Вейдэль. — В полночь мы должны начать шествие.
— Будет исполнено, — отозвался вампир с низким поклоном.
Вейдэль направился в покои Мелиссы. Ему хотелось обсудить с ней то, что рассказал Астерий. Попытка украсть Книгу сильно его обеспокоила: за ней могли стоять чьи-то далеко идущие планы. Несмотря на то, что он говорил Хранителю об общеизвестности содержания Книги, оба прекрасно знали, что в фолианте есть места, написанные не на каратари, тайном языке вампиров, а на другом, неизвестном даже Астерию. Считалось, что их вписал в Книгу сам Молох, и многие Хранители, в том числе Астерий, не раз пытался подобрать к ним ключ, но прочесть их ещё никому не удалось.
  
Дверь в покои Мелиссы была не заперта. Вейдэль толкнул её и вошёл. Его жена стояла в центре комнаты, а три Служанки помогали ей одеваться. Тяжёлое белое платье сверкало тысячами разноцветных искр — камни переливались в свете масляных светильников, словно снятые с небес звёзды! Вейдэль с сожалением подумал, что на солнечном свету вся эта роскошь смотрелась бы ещё великолепнее.
— Здравствуй! — сказала Мелисса, обернувшись. — Я скоро буду готова. У нас ведь ещё есть время?
— Да, не торопись, — Вейдэль окинул взглядом служанок и вздохнул: было ясно, что без нихМелисса не сможет надеть платье, а значит, поговорить о Книге Молоха не удастся.
Вейдэль посмотрел на жену и вспомнил ночь, когда впервые увидел её. Роскошный особняк её родителей, ажурные беседки, наполненные весёлыми гостями. Горбатые каменные мостики, переброшенные через каналы, и чёрная вода, трепетавшая на ветру, с плывущими по ней венками и лентами. В воздухе кружились осенние листья, мотыльками порхая вокруг факелов и рассыпаясь тлеющими угольками.
Она готовилась к свадьбе, стоя перед зеркалом, а вокруг неё суетились служанки, охала и причитала мать. Благословен будь тот, кто решил, что церемонию лучше провести ночью, одновременно с фейерверком в честь окончания осени — прекрасная традиция, благодаря которой Вейдэль увидел Мелиссу, чья красота вмиг покорила его сердце!
Наполненный первым дыханием весны ветер срывал с розовых кустов белые лепестки и гнал через сад, ронял в воду, оставлял на траве, и они кружились подобно ночным бабочкам, то появляясь, то исчезая в темноте.
За пятнадцать минут до полуночи все, за исключением Вейдэля и Мелиссы, были в сборе и расположились во дворе замка Брандеген. Стояла глубокая ночь, и все звёзды виднелись необычайно отчётливо. Тонкий серп луны казался выточенным из сахара, и при его свете башни Бальгона походили на скопище диких и фантастических зверей. Снег падал медленно и печально, устилая вымощенную плоскими булыжниками землю тонким белым покрывалом.
Мелиссу и Вейдэля ожидали паланкины, возле которых стояли Рабы, свите же предстояло идти пешком.
Зловещий силуэт Вещей Башни чернел на фоне тёмно-синего неба, из узких стрельчатых окон пробивался красный колеблющийся свет. Время от времени вампиры бросали в её сторону исполненные благоговения взгляды. Оракул, вещавший от имени Молоха, всегда был особой фигурой в Бальгоне. Одни, наиболее дерзкие, подозревали его в мошенничестве, другие свято верили в истинность каждого его слова.
Когда Вейдэль и Мелисса спустился во двор, вельможи склонили головы и подняли их только после того, как княжеская чета заняла место в роскошном паланкине из красного дерева, украшенного изображениями Кровавого Бога. Облачённые в белые одежды Рабы подняли его, положив на могучие плечи выкрашенные красным и чёрным палки.
Зазвучала тихая музыка, сопровождающаяся прекрасным, но немного печальным, женским пением: хор появился из ворот замка и занял место в конце процессии. Длинные, ниспадающие складками платья придавали движениям плавность, так что казалось, будто в потоках воздуха покачивается толпа призраков.
Дрогнув, колонна медленно двинулась вперёд по заснеженным улицам. Там, где она проходила, на земле оставался чёрный след.
  
Глава 15
 
Так, в торжественном молчании, сопровождаемые пением хора, вампиры достигли Вещей Башни, возвышавшейся над Бальгоном подобно громадному маяку. Массивная железная дверь была открыта. Из неё валил пар, и лился оранжевый свет. Казалось, будто огромный дракон распахнул пасть и изрыгает огонь.