Однажды в Птопае. Книга 2 (СИ)

Гаи выдвинул несколько ящиков в поиске чернил и пера. Всё искомое лежало в самом верхнем. Всё кроме бумаги. Её не нашлось ни клочка, зато в последнем ящике лежала хроника с большим количеством чистых страниц. Стокла наспех просмотрел хронику, наткнулся на картинку с драконом и стал с любопытством рассматривать. Почти сразу он решил забрать её с собой. В качестве маленькой мести! А также потому, что наличие этой хронике в комнате Шитао эльф расценил как первые шаги лейтенанта, которые тот предпринял для поиска Лето.
«Значит, драконами интересуешься, Дебилтао!», — ехидно подумал Стокла.
(Остаётся добавить, что юный садовник не очень хорошо знал письменный русский язык, на котором была написана хроника.)
По коридору мимо комнаты кто-то прошёл быстрым шагом. Гаи вздрогнул и бросил хронику на стол. Целую минуту он стоял с сильно бьющимся сердцем и… без дыхания! Затем торопливо открыл книгу и переписал в неё список имён на последнюю чистую страницу. Засунул перо и чернильницу обратно в ящик. Хронику запихнул под рубашку и вернулся к дверям. Вышел он таким же образом, как и вошёл. То есть сначала, высунул голову, затем просочился прочими частями тела. С чувством выполненного шпионского долга и бурлящим адреналином в крови Стокла Кас Гаи вернулся к своему мусорному ведру, вытащил хронику и бросил в мусор — в мешок.
Ровно через две минуты по коридору прошагал конвой из двух человек с Шитао посередине.
Они встретились глазами — лейтенант Хо и Стокла Кас Гаи. Эльф торопливо опустил голову, Шитао прошагал дальше — в свою комнату. Конвойные остались стоять у его дверей. Мысленно Стокла горячо возблагодарил Мирозданье за то, что не стал задерживаться у лейтенанта в коморке для более детального обыска!
Шитао, едва зайдя внутрь, от порога бросился на кровать. Прямо в одежде и ботинках. Он был очень-очень зол! Любимый отец перешёл все границы. Наложил арест на отпрыска и спутал все его планы по изъятию Нико из банды! Надо же какой проницательный!
Лейтенант Хо попинал ногой спинку кровати, она ответила нежным звоном. Рывком он повернулся на бок — лицом к стене. Стал чертить пальцем на стене имя: Нико…
«Чёрт!» — Шитао вскочил. Посидел, дрыгая коленками. Делать было совершенно нечего! Тут лейтенант увидел список, который Дзюн оставил ему на столе. Он подошёл к столу, перечитал его и аккуратно оторвал полоску бумаги с именем «Клаус Тигер». Основной список он сложил в несколько раз и сунул себе в нагрудный карман кардигана. Клочок с «Клаусом» плотно скомкал в шарик и запульнул в маленькое мусорное ведро у входа.
* * *
Не зная о том, что Тайбай под разными предлогами заморозил расследование инцидента, Амадеус Хольке со своей стороны тоже собрал участников битвы при пивнушке…, а также их учителя и ещё нескольких товарищей, которых требовалось немедленно «устрашить» в силу расшатанной дисциплины последних.
Собрание происходило в специальной комнате. У этой комнаты было собственное название. Она называлась… КРАСНАЯ КОМНАТА! При упоминании о ней в разговорах, собеседники переходили на зловещий шёпот! В красной комнатке наказывали виновных, а также придавали смерти пойманных врагов и… друзей, если они перестали таковыми быть!
Нико первый раз был в этом страшном помещении. Будь он ясновидящим, его очам предстали бы около сотни призраков задушенных или зарезанных в этих стенах. А так он увидел пять скамеек и пять привязанных к ним знакомых волчат с голыми попами. Среди них был и его друг Гай. Над жертвами стояли по два палача с ремнями в руках.
В кресле перед скамейками сидел Амадеус. А Нико был с почётом приглашён по правую руку хозяина. Хольке с досадой махнул рукой и палачи словно марионетки пришли в действие. Засвистели ремни и к потолку Красной комнаты взмыли вопли наказуемых.
— За что? — спокойно спросил Нико.
— За необдуманные действия, — тоже спокойно ответил Хольке.
— А я тут при чём?
Глава банды быстро покосился на него и отвёл глаза. Нико был приведён в целях профилактики или запугивания, или морального давления — называйте, как хотите. Это была некая демонстрация, призванная, немножечко сбить спесь с храброго маленького Санчеса и расставить приоритеты.
 
— Ты их сенсей. А значит в ответе за своих учеников. Стой и сопереживай.
Хольке хотел сказать: Стой, смотри и ощущай эти ремни на своей заднице…
— Да мне пофиг! Я завтра ухожу… Согласно договорённости!
— Останься ещё на две недели… Я передам деньги за тебя твоим родителям.
— Ещё чего!
Амадеус опять махнул рукой, и палачи прекратили порку. Жертвы на скамейках корчились и стонали.
— Молчать…, - очень тихо приказал Хольки. Избиваемые мгновенно задавили в глотках все звуки.
— Ты не понимаешь… Во время драки с полицаями эти оболтусы использовали твои приёмы. И теперь, можешь быть уверен, в каждой комендатуре из уст в уста передаются описания твоего капоэйра. Я бы не советовал тебе уходить сейчас. И более того — я бы рекомендовал всей твоей семье перейти под нашу защиту.
Голос Хольке звучал вкрадчиво, уверенно и усыпляюще.
Нико задумался: Может этот товарищ прав?
— Ладно, останусь ещё на неделю… не больше!
— Напиши письмо родителям о твоём добровольном желании остаться, я передам его. Ты умный мальчик, прекрасно понимаешь ситуацию… молодец, — умиротворённо улыбнулся Амадеус. Опять махнул рукой — наказание и вопли возобновились.
Хольке собирался избить своих ребят так, чтобы те в течение ближайших трёх суток не могли встать на ноги. Уж коли эти дебилы посмели обратить на себя внимание западной комендатуры, то и до войны с ней рукой было подать! Во избежание этой самой войны, несомненно проигрышной для него, Амадеус собирался по первому требованию выдать Тайбаю пять отлично выпоротых и беспамятных тел. Мол, смотрите, уважаемый полковник — обидчики охотников наказаны со всей строгостью. Прощенья просим за причинённые неприятности и обещаем, что впредь будем белыми и пушистыми! Другими словами наказание лоботрясов было своеобразным извинением перед сообществом охотников.
глава 23
Пьяный арест.
Сегодня Шитао должен был явиться во дворец на тренировку с эскортом Элишии, но он не явился! Вместо него нарисовался и провёл урок его папаша.
Элишия была в бешенстве!
После тренировки Тайбай был приглашён в королевскую приёмную, где очень бледная королева, едва размыкая губы, спросила: куда он подевал отпрыска?
Полковник с каменной миной ответил, что Шитао за кое-что подвергнут домашнему, то есть казарменному аресту на три дня, и возможно, арест будет продлён на неделю! А дабы не срывать график тренировок и не нарушать обязательства, которые принял на себя его сын, он сам некоторое время будет сенсеем для её обормот… охраны. В конце концов, именно он учил Шитао владеть мечом.
Элишии немедленно захотелось причинить Тайбаю очень-очень сильную боль. Такую, чтобы этот каменный истукан с острова Пасхи рыдал в голос! И она, не придумав ничего лучше, спросила. — Замените его во всём?
Тайбай, не ожидая подвоха, кивнул.
— Тогда и в мою кровать пожалуйте! — злобно прошипела королева. — Надеюсь, у вас есть чем меня удивить?
Полковник Хо заметно стиснул челюсти. — Вы… роняете лицо, — холодно заметил он.
— Ещё одно подобное замечание и вы… уроните погоны! Немедленно отмените арест сына!
— Нет.
— Нет?!!
— Нет.
— Иди вон…, - очень спокойно прошептала Элишия.
Хо поклонился и вышел за дверь кабинета.
— Дзиро!! — Элишия схватила колокольчик и начала исступлённо трясти его. Она продолжала звонить даже после того, когда секретарь ворвался в кабинет.
 
Подумать только, что ещё три месяца назад она приглашала полковника к завтраку, чтобы обсудить дела и проблемы! Какая же он, оказывается сволочь и гад! Запер в казармах драгоценного сыночка, чтобы лишить её единственной радости!
— Немедленно доклад о результатах слеж… наблюдения за Хо Шитао!! — проорала королева.