Вторая жизнь доктора Лейлы (СИ)

Вскоре вернулся Герберт, лицо у агента Его Высочества было озабоченное. Он молча уселся в машину, посидел пару секунд, будто бы собираясь с мыслями. Я терпеливо ждала.
Наконец, Герберт повернулся и произнёс:
— Вас ждут, мисс, выкрикивают заголовки из газеты
И Герберт передал мне, свёрнутую газету, которую держал в руке, словно ядовитую змею, посмотрел мне прямо в глаза:
  
— Можем уехать, не стоит вам туда идти, через толпу я не проеду, дорога перегорожена.
В сегодняшней газете на первой полосе был заголовок:
«Лейла Кроули: Диплом врача за благосклонность?»
Я ожидала чего-то подобного, но оказалась не готова. Стало страшно, но сдаться я не могла.
— Я могу организовать констеблей, — зло покусывая уголок рта сказал Герберт, — но это займёт время
— Сколько? — спросила я, уверенная в том, что за оставшиеся до начала экзамена полчаса, это вряд ли получится. Да и доктор Уислер, вряд ли пойдёт на нарушение правила об опоздании на экзамен.
Герберт понял, почему я переспросила про время и, отвернувшись от меня, ударил обеими руками о руль.
— Я не пущу вас, — зло бросил мужчина
Я положила руку ему на плечо:
— Не надо, Герберт, это мой путь, я пройду его
И решительно открыла дверцу автомобиля.
Герберт тоже вышел из машины:
— Неужели вы думали, мисс, что я останусь сидеть?
Мужчина улыбнулся:
— Пойдём вместе и покажем им, что вам плевать на гнусные слухи
Герберт преложил мне руку, и мы пошли.
Чем ближе мы подходили к толпе, тем сложнее мне было заставлять себя переставлять ноги. В основном толпа состояла из молодых людей. Вероятно, студенты. Они все держали в руках газеты, громко что-то выкрикивали, смеялись. Периодически, когда звуки начинали стихать, кто-то словно подначивал и всё начиналось сначала.
Герберт зло «выплюнул»:
— Подготовились
— Я тоже заметила, что не просто так стихийная толпа, — проговорила, и крепче вцепившись в локоть мужчины, сказала, — пошли, я готова
И мы подошли вплотную к толпе. Девушек в ней не было, всё-таки образование в основном получали мужчины, поэтому нас сразу заметили. И кто-то присвистнул:
— Она явилась!
Толпа перед нами угрожающе сомкнулась. Но страха у меня больше не было, и я уже готовилась крикнуть, что всё это гнусные наветы, как Герберт вытащил пистолет и резко взмахнув оружием, выстрелил вверх.
Я его не узнавала:
— Следующий выстрел будет в того, кто сделает хоть один шаг по направлению к мисс Кроули, — прозвучал резкий, совсем не похожи на тот голос шутника Герберта, к которому я привыкла. И мне даже показалось что он гораздо старше.
Толпа раздвинулась, образуя узкий коридор, и мы пошли. И я уже надеялась, что мы так и пройдём до входа в университет. Но когда оставались последние метры, что-то вдруг взлетело у меня над головой и… пролилось холодным «душем».
«Хорошо, что, не нечистоты,» — подумала я, понимая, что меня залили, скорее всего, свиной кровью.
Так я и вошла в университет, волосы, слипшиеся от крови, следы на белом воротничке строгого синего шерстяного платья и с закрытыми глазами чтобы кровь не попала на слизистую.
Герберт провёл меня в туалетную комнату. Подозреваю что женской комнаты в университете не было, но мне было всё равно. И попросив наклониться, помог умыть лицо. Когда я смогла открыть глаза, то увидела, что Гербер пожертвовал своим белоснежным носовым платком.
— Сколько осталось до экзамена? — понимая, что доктор Уислер «не войдёт» в моё положение, спросила я
— Не волнуйтесь, мисс, ещё есть четверть часа, — ответил мне внешне невозмутимый Герберт, снова ставший похожим на того рубаху парня, которого я знала.
— Герберт, спасибо, не знаю, чтобы я без тебя делала, — искренне проговорила я, чувствуя, как начинают трястись колени.
С внутренней усмешкой подумала: — «Что предэкзаменационный стресс полностью прошёл».
— Да что вы, мисс, — Герберт прополоскал и выжал ставший розово-серым платок, — у меня сёстры ненамного младше вас, я как представил, что они пойдут учиться, а им вот так…
Помолчал и добавил:
— Все, кто вас знает, мисс, не верят ни единому слову, написанному этим писакой
Я собиралась ещё произнести слова благодарности, но из-за двери возмущённо прозвучало:
— Эй, там, освободите помещение, не одни!
Мы переглянулись с Гербертом, представляя, как эпично сейчас будет выглядеть наш выход из туалетной комнаты.
— Выше нос, мисс, — подбодрил меня Герберт и распахнул дверь.
Надо было видеть лица двух парней, стоявших возле двери в туалетную комнату, когда я с гордо задранной головой, с влажными волосами, на которых всё ещё были видны подтёки крови, вышла из туалетной комнаты, за мной вышел Герберт, отпустив придерживаемую дверь.
Когда мы немного отошли я, усмехнувшись сказала:
— Ну вот, ещё один слух.
К аудитории, в которой проходил экзамен, мы подошли за несколько минут до начала. Около аудитории стояли бледные студенты.
Я попробовала обратиться к ним, чтобы уточнить какой процесс, но меня все проигнорировали.
«Понятно, что здесь все тоже обработанные»
Вдруг раздался женский голос:
— Лейла, боже, как ты прошла! Это ужасно! — я с радостью увидела Элизабет Гаррет
Её громкий голос встряхнул стоявших, с недовольными лицами выпускников. На бледных лицах мелькнул интерес.
Не боясь запачкаться, Элизабет обняла меня, и зашептала:
— Отец тоже в комиссии, я напросилась сюда с ним, всё расскажу, что знаю, но позже, — и Элизабет подтолкнула меня к двери:
— Тебе сейчас надо до начала экзамена заглянуть, чтобы тебя записали.
Я распахнула дверь и крикнула:
— Лейла Кроули, запишите, пожалуйста
Стоявший возле двери с той стороны молодой мужчина, оглядев меня с головы до ног, брезгливо поморщился, потом перевел взгляд куда-то у меня над головой и вписал моё имя в тетрадь, которую держал в руках.
Я оглянулась и увидела, что надо мной возвышается Герберт.
Мужчина с тетрадью прошипел:
— Записаны
И я уже собиралась прикрыть дверь, как из-за моего плеча вылезла Элизабет и холодно приказала:
— Покажите
Мужчина повернул к нам тетрадь, где было в самом конце написано моё имя.
Элизабет недовольно поджала губы и произнесла:
— Время укажите
Мужчина, как мне показалось, нехотя подчинился, указав время за три минуты до начала экзамена и подняв глаза на Элизабет, спросил:
— Всё, леди?
Элизабет сухо обронила:
— Да, господин секретарь, теперь всё.
Когда дверь закрылась Элизабет ухмыльнулась:
— Вот же вредные мухоморы!
И мы рассмеялись.
На нас недовольно посмотрели, всё так же молчавшие, выпускники.
— Теперь тебе ждать, пока все пройдут, — сообщила мне Элизабет, — но хорошая новость, что, если записана, то они обязаны тебя принять.
Элизабет мне сообщила, что в экзаменаторах также присутствует и Франц фон Мекленштейн.
— Последний раз, когда приезжал ректор университета из другой страны, было лет пять назад, — прошептала мне на ухо Элизабет, и заговорщицки добавила:
— Я думаю, что это из-за тебя, уже очень он хочет, чтобы ты к ним переехала, и знаешь…
Элизабет оглянулась по сторонам и ещё тише сказала:
— У них очень хороший медицинский факультет сильнее, чем у нас. Я сама одно время рассматривала возможность учиться в Лихтенштейне. Но мне стало жалко мать.
А я подумала:
— Посмотрю, как всё пойдёт, может это и есть тот путь, который надо выбрать.
Студентов начали вызывать на экзамен. Кто-то выходил счастливым, кто-то не очень.
Герберт, извинившись уехал сразу, как только меня записали, пообещав вернуться к шести вечера
Два раза члены приёмной комиссии выходили на перекусы. И я действительно видела Франца фон Меклентштейна, который сперва удивлённо уставился на мой внешний вид, а после, как-то понимающе хмыкнул, и слегка поклонился.