Феникс 3 (СИ)

— Ах, б***т! — ругнулся кавказец, не понимая, как я умудрился выбить нож.
Тот улетел куда-то под стойку, а сам драчун отпрыгнул на метр назад и уже разинул рот, чтоб начать стращать. А я врубил пугач, давно хотел проверить на людях, да как-то забывал или случая не представлялось.
— А-А-А! — кавказец заорал похлеще оперного тенора. Упал. Вскочил, и чуть ли не с проворотами, бормоча что-то на своём, сиганул на выход.
  
Круто, если бы на всех так действовало.
Музыка стихла, народ за столиками начал перешёптываться, тыча в меня пальцами, будто раньше не видели. Со входа прибежали два дюжих мужика и принялись осматриваться внимательными взглядами. Но всё было тихо и спокойно, я допил своё пиво и направился на выход, вся конспирация полетела к чертям и ведь ничего не сделал.
Охранники проводили меня нейтральными взглядами, один из них пошёл к бармену, уж он-то точно всё видел.
Оказавшись на свежем воздухе, я осмотрелся. Погода не располагала к прогулкам, холодно и сыро, но народу, однако, хватало. Местный Арбат привлекал внимание обывателей: парочки, стайки молодёжи, группа бородатых мужиков со злыми взглядами.
Как сказала бы моя бабуля, свинья везде грязь найдёт. Вот и я, как магнит, для этой самой грязи. Вот чего им неймётся? Сидел себе, никого не трогал, нет же, надо подговнить, разведку мне испортить. Бабки они так зарабатывают, уроды!
Прикинув, сколько осталось держаться личине, я заспешил к ближайшей подворотне, что находилась в конце улицы, можно было не оборачиваться, чтоб понять, бородатые прутся следом.
И что с ними делать? С одной стороны, меня это не касается, легко сменю личину и вернусь, даже пятнадцати минут не пройдёт. С другой: уроды меня напрягают. Какого хера? Почему нормальному человеку, нельзя посидеть в баре? Не убью, но покараю!
Стараясь не загоняться праведным гневом, я прибавил шаг, на ходу прокачивая пугача, был третьим, стал пятым. Вообще, не рекомендуют качать выше третьего уровня, из-за тех же обывателей, якобы их незрелые умы могут не выдержать ментального давления, свихнуться или копыта отбросят, а ты станешь нарушителем, клиентом Терры 13. Вот и проверим. А что касается мира тюрьмы, я не собираюсь нападать первым.
Свернув в подворотню, глянул на таймер, личина вот-вот должна была слететь. Через несколько десятков метров я оказался в широком закутке между домами, вдоль стен стояли мусорные контейнеры, солнце село, искусственного освещения минимум, офисные здания, экономят электричество, практически идеальное место.
Послышался быстрый топот нескольких пар ног, шестеро, спешат, торопятся. Я остановился, повернувшись к ним лицом. Первый, тот, что пошустрее, не добежал трёх метров, остановившись, осклабился.
— Всё баран, отбегался! — к нему присоединились остальные, полностью перегородив проулок, один из них тот самый, пуганый, до сих пор на меня с опаской смотрит.
Я усмехнулся.
— Зря вы за мной пошли!
— Женщину трогал, мужчину оскорблял, — произнёс запыхавшийся старший, не обратив на мою реплику внимания. Пуганный начал что-то бубнить на своём, указывая на меня пальцем.
Всё правильно, он один видел меня близко, тогда я выглядел немного по-другому.
— Ага, — я лучезарно улыбнулся. — Он сам хотел меня потрогать, вот здесь, — я провёл пальцами по своей промежности.
Пуганый что-то завопил, явно матерное, а я снова показал зубы в оскале.
— Долго дрочить будете? Или вы привыкли? — я изобразил движение правой рукой.
Этого хватило, они прыгнули на меня гурьбой, с ножами, даже пистолет у старшего мелькнул. Легко увернувшись от первого выпада, ушёл влево, там ждал ещё один джигит, я отпрыгнул вправо, оказавшись в относительном одиночестве. Грохнул выстрел, слетел щит, я тут же накинул откатившийся.
— Наверное, достаточно!
Совершив сальто назад, активировал пугач. Пятый уровень — страшная сила, они даже не пытались в страхе убежать, просто попадали там, где стояли, издавая невнятные звуки, забились в конвульсивной дрожи.
— Я же говорил, зря вы за мной пошли, теперь до конца дней будете под себя ходить, — впрочем, я не был уверен, возможно, выздоровеют, но то, что больше не бойцы, это точно.
Прошёлся, собрал всё оружие, не поленился обыскать: шесть ножей, вовсе не кухонных и два пистолета, неплохой арсенал, где-нибудь да пригодится.
Открыв портал в стене, и оказался в тёмной кладовке, пора начинать заново.
 Глава 22 
В бар вошёл уже не молодой балбес Лёва, а вполне себе зрелый мужчина лет сорока пяти. Одёжку я тоже сменил, что-то между милитари и деловым стилем, строгий серый камуфляж, скрытые под штанами горловины берцев. Я мог бы даже тактический шлем напялить, всё равно меня никто не видит, обыватели точно, даже игроки до пятидесятого уровня вряд ли заметят, если нет заточенных под это навыков, отвод глаз плюс пятьдесят один, других вариантов не предполагает.
Определение, «не видит», немного не подходит под эту характеристику, скорее не хотят видеть, обходя и всячески уводя взгляд, обыватели смотрели куда угодно, только не в мою сторону. В общем-то, это не мешало народу заниматься своими делами, распивать напитки различной крепости, болтать и развлекаться.
Моя недавняя знакомая Белла поймала на крючок низкорослого, пузатого мужика с выпученными глазами. Вполне возможно, что с глазами беда временная, он просто не отводил их от груди девушки и мямлил что-то про свой бизнес, который приносит баснословный доход. Я его прекрасно понимаю, там есть на что посмотреть, также понимаю, что скоро ему придётся расстаться с немаленькой суммой наличных — Белла, девушка не простая.
Непонятно, где её охрана или подельники, не знаю, как назвать. Мой взгляд прошёлся по залу и не нашёл ни одного подозрительного типа, неужто простая схема развода дала сбой.
Со стороны входа раздались громкие возгласы, посетители стали оборачиваться, не дают им сегодня отдохнуть. Кричал серьёзного вида тип, аккуратная бородка, грозный, орлиный взгляд. Закончив стращать охранников, он вошёл в зал, окинул его взглядом, задержавшись на стушевавшейся Белле, и направился к бармену.
Мне не особо интересно о чём он выспрашивал, но прокачанный слух никуда не делся, бармен рассказал всё без утайки. О молодом, модно одетом балбесе, о том, как он общался с Беллой, затем с Гуреном. Потасовка с ножом, во время которой рассказчик болел за Гурена, всей своей барменской душой, не забыл и приукрасить, дескать, он выгнал молодого наглеца, едва ли не пинками и сразу позвонил Ахтяму.
Дальше мне стало неинтересно, к тому же серьёзный тип, скоро закончил с допросом и покинул заведение.
Похоже, он ещё не знает про вышедших из строя торпед, вот сюрприз-то будет, это уже не моё дело, не хрен было под карающую руку лезть.
Я отошёл к стене, уселся на широкий подоконник и принялся ждать. А народ веселился, музыка приняла более раскованные нотки, патлатый тип за роялем обзавёлся компаньонами, саксофон и ударные. На небольшом танцполе появились танцующие парочки, особенно умиляла одна: Белла и пузатенький кавалер, едва ли не в коленки брюхом упирался, впрочем, мужика это не смущало, прижался и балдел.
Так прошёл час, затем второй, уже была глубокая ночь, когда в бар ввалились два моих знакомца — Механик и Антон, успели прибавить по уровню, теперь восемнадцатые. Я мысленно вздохнул.
Вот какого этим здесь надо? Целой системы не хватает?
Механик поплёлся в центр танцпола и с ходу подцепил за руку Беллу, с пузатым мужиком не церемонился, толкнул так, что тот шлёпнулся на задницу. Ник нарушителя порозовел, а тому плевать, подтащил к себе безропотную девушку и сам начал её танцевать, Антон поддержал приятеля громким смехом. А обиженный мужик, кое-как поднялся, утёр потную морду и пошёл в атаку, но не с кулаками, достал какую-то красную корку.
— Я тебя посажу, молокосос!
— Гы-гы-га, — подскочивший сзади Антон, пнул его под зад.