Солги обо мне (СИ)

— А Олег вообще в курсе, что он трахался без защиты? - брезгливо бросаю открытку на соседнее сиденье.
Нет, конечно, я часто слышал, что ушлые девицы вот таким макаром женят на себя разных лохов, но Олег - не лох, а прожженный жизнью мужик, разменявший четвертый десяток. Его тяжело назвать откровенным человеком, но и у него бывают моменты слабости, когда он любит поболтать о разном «интересном» из прошлого. Порой он рассказывает такие вещи, что даже мне, человеку, видевшему смерть в лицо, хочется сказать: «Заткнись, у меня дерьмоприемник сломался». И о случайных залетах, если бы они случались, он бы точно хоть раз прокололся. Ну, потому что, по-моему, через это хотя бы раз в жизни проходит любой мужик - так нас жизнь учит, что башку нельзя отключать даже чтобы потрахаться.
Так вот, Олег ни разу не рассказывал ни о каких случайных залетах. Зато раз десять жаловался, как его пытались поймать вот таким нехитрым способом.
— Я соврала, что пью таблетки, - уже спокойно, как будто почувствовав уверенность в своей правоте, говорит тёлка. - Он возил меня к врачу, а потом я просто поменяла таблетки на похожие, но обычные витаминки. Олег не любит использовать презерватив.
Да, не любит. Сразу везет свою новую бабу к врачу, проводит все анализы, накачивает разными противозачаточными и только потом - отрывается. Эта схема не меняется, сколько я его помню.
Интересно, с Верой у него было так же? Тоже возил ее к тому проверенному врачу, чтобы ему подтвердили «чистоту и отсутствие разных ЗПП?»
— Вера может быть хоть сто раз его женой, - передергивает плечами деваха, и меня уже почти откровенно тошнит от ее присутствия, - но матерью первенца Олега буду я. И посмотрим, к кому он в итоге уйдет.
Я поворачиваю голову, еще раз окидывая ее взглядом с ног до головы.
Она фыркает, видимо, не очень довольная увиденным в моих глазах.
— Дам тебе первый и последний совет - избавься от своего «интересного положения» и забудь об Олеге. Или ваша следующая встреча может очень сильно разбить твои влажные овечьи мечты.
Трогаюсь с места до того, как она очнется и зарядит мне вслед очередь отборных матов.
Правду говорят, что никто так грязно не матерится, как обиженная женщина.
  
Глава сорок восьмая: Юпитер
 
Глава сорок восьмая: Юпитер
Две недели отдыха - это отличная перезагрузка.
Но и мой личный потолок безделья, к концу которого я уже отчаянно хочу вернуться в привычный мне мир грязного бизнеса и больших денег.
Хотя, нужно признать, это время было почти одним из самых приятных в моей жизни: много солнца, отличная погода, моя маленькая милая жена рядом, до сих пор слишком остро реагирующая на все блага цивилизации, которыми я осыпаю ее с ног до головы. В конце концов, деньги - это всего лишь средство, чтобы позволить себе наслаждение всеми гранями удовольствий, а не только теми, которые доступны подавляющему большинству нищебродов.
Мы гуляем по живописным набережным, ходим в музеи, где за большие деньги можно посмотреть то, что стоит баснословно дорого. Одну из ночей проводим в казино, и я с ленивым удовольствием наблюдаю, как Ника восторженно скачет каждый раз, когда добывает маленький выигрыш. Особо много не спускает, контролирует процесс вытекания денег из кармана - и за эту предусмотрительность я дорисовываю ей еще один «плюсик». Сам я даже близко не подхожу ни к рулетке, ни к карточному столу. Потому что - каюсь - азартен. И в моей жизни был неприятный период, когда я тупо слил в тотализатор огромную сумму. К счастью, вовремя притормозил, и с тех пор дал себе зарок больше никогда даже не пытаться снова играть. Потому что… В моей жизни так мало настоящих эмоций, что даже секс по сравнению с острым ощущением азарта и страха потери или, наоборот, предвкушением выигрыша - просто ничего не значащая пустышка, которую я могу получить всегда, везде и в любое время. Даже в казино, пока моя молоденькая женушка азартно бросала кубики на стол.
Потом я снимаю нам яхту, и мы пару дней ходим под парусом.
 
Потом, конечно, шоппинг. Ника покупает много подарков семье, находит пару сувениров на старом рынке и только после того, как я предлагаю взять что-то себе, соглашается посетить пару бутиков. Я делаю себе мысленную заметку обязательно найти таможенного агента, который правильно заполнит все декларации, чтобы не было проблем с ввозом в страну «предметов роскоши», даже если эти предметы - бабские сумки и ювелирка.
Только к концу второй недели нашего отдых начинается «настоящее веселье».
К сожалению, с Монте-Карло никак не связанное.
Вечером, когда мы сидим в маленьком открытом кафе с видом на самую роскошную гавань, заставленную элитными яхтами, мой телефон вибрирует входящим сообщением. Я обращаю внимание на незнакомый номер, который умный девайс автоматически загоняет в список скрытых, как потенциальный спам. Сначала даже не хочу открывать, но палец соскальзывает и в окне открывается маленькое поле с фотографией и припиской:«Я жду ребенка от тебя, надеюсь, ты найдешь время привезти нам с сыном брендовую погремушку из своего свадебного путешествия! Кстати, передавай привет Вере!!! Может, мне тоже лично ее обрадовать?»
Рита, Рита…
Я кладу телефон на стол, нехотя отмечая, что делаю это громче, чем хотелось бы. И, конечно, Ника тут же чутко реагирует на это: отрывает взгляд от переписки с сестрами, смотрит сначала на меня, потом - на телефон.
— Что-то случилось? - Ее беспокойство всегда такое искреннее. - Снова работа? Что-то серьезное?
— Ничего серьезного, - отмахиваюсь уже абсолютно безразлично, полностью владея собой. Протягиваю руку, чтобы перехватить ее лежащую на столе ладонь, переплести наши пальцы. Почему-то именно этот жест всегда ее успокаивает, а мне такая телячья нежность ровным счетом ничего не стоит. - Нашему медовому месяцу ничего не угрожает.
Ника быстро успокаивается и тут же снова переключается на переписку. Показывает мне реакции ее родни на фото нашего отпуска. Краем глаза все-таки цепляюсь за сообщение в чате (судя по всему, от ее матери) о том, что «Марине тяжело с двумя детьми…». И делаю еще одну пометку - обязательно и при первой же возможности провести с Никой разъяснительную беседу на тему того, что ее новый богатый статус не ставит знак равенства между обеспечением ее комфортной жизни и тупым вливанием бабла в сборище дармоедов. Если какая-то из ее безголовых сестре наплодила спиногрызов - это не проблема Ники, а уж тем более - не моя.
Когда Ника сбегает в туалет, я пользуюсь моментом, чтобы написать сообщение Рите - тихое, спокойное, уверенное. Сообщение из категории «дай ей то, что она хочет услышать - пусть заткнется». Пишу, что ее беременность меня ошарашила и что я пока не знаю, как на все это реагировать, но чувствую себя счастливым. И что обо всем этом точно не стоит говорить в сообщениях.
«Когда ты мне позвонишь?!!!»- Рита присылает требовательное сообщение.
Так и вижу, как усилий ее крохотного мозга хватает только чтобы выпустит погулять заводную обезьянку с тарелками и флажком «Победа!» Да ради бога, лишь бы держала при себе мысль написать что-то подобное Нике. Ни на секунду не сомневаюсь, что смогу без проблем разрулить даже такую жопу, но до конца отдыха еще пять дней и мне хочется насладиться каждым из них, а не смотреть на унылое лицо своей хорошенькой молодой женушки.
«Через пару часов, будь на связи», - отвечаю я и как раз убираю телефон до того, как Ника возвращается за стол.
Мы покидаем ресторан, чтобы погулять по красивому японскому саду, сделать миллион новых фото для Инстаграм Ники и парочку личных - для ее коллекции. Ей почему-то очень нравится, что в телефоне есть папка «Венера и Юпитер», куда она складывает то, что видели только она и я.
Потом возвращаемся в гостиницу.
Занимаемся сексом - долго и медленно. Мне нужно, чтобы она поскорее вырубилась, поэтому усаживаю Нику на себя и позволяю ей руководить парадом (хотя и терпеть не могу быть в пассивной роли). Но, в конечном счете, план работает - через полчаса она уже спит без задних ног - и я могу спокойно выйти с телефоном на балкон.