Солги обо мне (СИ)

Губы Ники, которые я уже почти накрыл своим дыханием, сжимаются.
— Пппп… пппрости… - заикается она, отстраняясь.
Так спешит достать телефон, что роняет рюкзак и все его странное и непонятное содержимое вываливается на пол. Отодвигаюсь, за секунду беру себя в руки и с интересом наблюдаю картину, как Ника пытается запихнуть назад невпихуемое - несколько пачек бумажных и влажных салфеток, ключи, косметички, полотенце, какие-то мази и спреи. Отдельно замечаю розовую таблетницу и пластиковую бутылку.
Ника, как будто только теперь спохватилась, закидывает в рот сразу горсть таблеток и, морщась, запивает их несколькими жадными глотками.
— Что ты принимаешь? - Я нарочно выбираю безапелляционный тон вопроса, заодно выруливая по направлению к медцентру. Его крыша из красной дорогой черепицы хорошо видна даже в фонарях ночного города. - Ника?
— Это витамины, кальций для костей, цинк, - немного с опаской, отвечает она. - И еще минеральный комплекс, и…
Она озвучивает пару названий. Ничего страшного на первый взгляд, но я все равно отмечаю этот факт. Возможно, в будущем он может либо сыграть мне на руку, либо, что говорится, стать «препятствием непреодолимой силы», из-за которой нам придется расстаться. Я всегда смогу сказать, что не хочу связывать себя отношениями с женщиной, которая «сидит» непонятно на чем.
Но - и это тоже немного странно для меня - я бы предпочел то развитие событий, при котором этот козырь придется пускать в дело только с преференциями для себе.
Например, чтобы изобразить заботливого «папочку».
  
Глава семнадцатая: Венера
 
Глава семнадцатая: Венера
Он правда собирался меня поцеловать?
Я делаю еще один глоток минералки из своей походной бутыли, пытаясь протолкнуть в желудок вставшие в горле таблетки. Снова забыла выпить вовремя. Но дернул же меня черт глотать их сейчас, да еще и все сразу!
В телефоне висит сообщение от Нины - она спрашивает, куда я пропала и что мне заказать. Быстро набираю, что сегодня не смогу, потому что вспомнила о важной встрече, и зачем-то прячу телефон подальше, прямо на дно сумки. Но, честно, я даже рада ее сообщению. Оно пришло как раз вовремя, чтобы немного отрезвить мою голову от странного магнетического влияния Олега.
Если бы в ту секунду меня спросили, хочу ли я с ним целоваться, то я бы на сто процентов сказала, что готова к этому. А сейчас я чувствую неприятное беспокойство от того, что это решение вряд ли было продиктовано теми чувствами, которые должны включаться в такие моменты. Имею ввиду желание, романтику, покалывание в кончиках пальцев…
Я не испытываю к Олегу ничего из этого, но каждый раз, когда он появляется поблизости, в моей голове будто что-то перестает работать. Хотя, может, это тоже своеобразное проявление симпатии? У кого-то вон бабочки в животе щекочут, а у меня - ржавеют шестеренки мозговращающего механизма.
— Сиди здесь, Ника, - приказывает Юпитер, останавливая машину около входа в элитный медицинский центр. - Поняла?
Он всем видом показывает нетерпение, пока я, наконец, не понимаю, что он ждет ответной реакции. Киваю, одними губами говорю: «Хорошо», и он мягко захлопывает дверь.
Только оставшись наедине с собой, я в полной мере перевожу дыхание. И могу выпить столько воды, сколько нужно, чтобы проклятые таблетки, наконец, грохнулись на дно желудка. Олег, кстати, явно сомневается, что я пью исключительно безопасные, как это модно сейчас говорить, БАДы. Меня это почему-то дико раздражает, так что я на всякий случай создаю заметку в телефоне и по-памяти вношу в нее весь свой немаленький - увы-увы - арсенал. Вернется - обязательно все покажу, пусть разбирается и вникает в вопрос.
«Алёна, он не женат, - пишу сестре, несмотря на позднее время. -Я своими глазами видела его паспорт».
«Ты уверена?»- как всегда мгновенно отвечает сестра.
«Абсолютно». - Я прикрепляю к сообщению перекошенный от недоумения смайлик.
— Пойдем, нас уже ждут.
Олег появляется так внезапно, что от неожиданности я снова роняю телефон. Правда, на этот раз себе на колени, куда-то в щель между букетом и животом. Олег тоже замечает мою нервозность, но относится к этому с пониманием и даже галантно предлагает руку, на которую я опираюсь, чтобы выйти.
 
— Со мной правда все в порядке, - говорю я, пока поднимаемся по высоким ступенькам крыльца. - Эти синяки - они у всех же появляются, кто…
— Ты, полагаю, не медик, - спокойно перебивает Юпитер, распахивая входную дверь, за которой нас по выправке встречает дежурная медсестра. - А в вопросах, связанных со здоровьем, я предпочитаю доверять мнению профессионалов. Если врач скажет, что это твое очередное сумасбродное увлечение может нести риск для здоровья - тебе придется с ним распрощаться.
Очередное сумасбродное увлечение?
Распрощаться?
Я, наверное, и правда переутомилась, потому что решительно не понимаю, что вообще происходит. Мы с ним, конечно, переписывались и я бы очень сильно лукавила, если бы сказала, что машина с водителем и другие щедрые знаки внимания, не льстили моему самолюбию, но я никогда не обсуждала с Олегом никаких своих «других увлечений». По весьма прозаичной причине - он даже не пытался интересоваться этой стороной моей жизни.
— Яков Алексеевич, вверяю вашим заботам мою подопечную. - Олег действительно буквально передает меня из рук в руки низенькому сухопарому врачу и медсестре.
Те ведут меня в смотровую, медсестра указывает на белоснежную кушетку, меряет давление и температуру. Задает разные стандартные вопросы, пока доктор со стороны разглядывает мои синяки. Я ни разу не комплексовала по их поводу, хоть те, что на внутренней части бедер, действительно выглядят страшно, но под изучающим взглядом врача мне до зуда хочется накинуть что-нибудь на ноги. Когда Яков Как-Его-там, наконец, начинает меня ощупывать и проводит осмотр, мне правда хочется провалиться под землю от стыда.
— Так больно? - он нажимает в паре мест и я киваю - именно там у меня самые гематомы. - А так?
Он нажимает сильнее и я вскрикиваю. Это позавчерашняя красота на предплечье правой руки, когда я упорно отрабатывала хват «твист» и, конечно, когда делала это неправильно, рука срывалась и я падала.
— Пилон, значит, - качает головой врач. - Так, ну и где у вас еще есть такие художества? Ну-ка, признавайтесь, юная красавица? Ну-ну, не надо так на меня смотреть. - Вас сюда привезли исключительно из намерения позаботиться, а я давал врачебную клятву, так что мне можно и нужно говорить все и как есть на самом деле.
Я молча задираю футболку, показываю спину.
Из смотровой меня выводят только спустя полчаса - намазанную какой-то прохладной мазью и зачем-то перебинтованную в области коленей. Туда медсестра положила какие-то компрессы. Когда проходим мимо зеркальной панели, роняю на себя взгляд - вид у меня такой, будто Олег забрал меня не из танцевальной студии, откуда я вышла своими ногами и даже вполне бодро, а вытащил из бетономешалки.
— Вот, - доктор протягивает ему листок со списком. Его, под диктовку, написала медсестра. - Все, что нужно - как мазать, что принимать.
— Это же просто синяки, - пытаюсь оправдаться я, но под взглядами обоих мужчин, мой язык спрячется в известное место.
— С ней точно все в порядке и не требуется госпитализация? - уточняет Олег.
— Пока я не вижу для этого причин, - отвечает Яков Как-Его-Там.
Я украдкой поглядываю на Юпитера и не могу отделаться от чувства, что он крайне недоволен услышанным. Как будто, пока я сидела на кушетке, он уже нашел и подходящую больницу, и договорился насчет палаты. Доктор как будто тоже это понимает и быстро исправляет ситуацию:
— Но мое личное профессиональное мнение и рекомендация такие, что Веронике Дмитриевне нужно на время попрощаться с этими танцами и дать своему телу время восстановиться. Гематомы, юная красавица, - он припечатывает меня строгим взглядом, - тоже могут быть очень опасными, особенно, если ваше тело так охотно их генерирует. Вы же не хотите, чтобы следующий ваш визит был прямиком под нож хирурга?