Возрождение. Забытые боги (СИ)

— А это кто такой?
— Я. Прошу позволения откланяться. Встретимся вечером.
— Встретимся, — эхом отозвалась я, погруженная в свои мысли. Ну и как произошедшее объяснять отцу? Ведь у него обязательно возникнут вопросы не только по поводу источника недоразумения, но и относительно моего оружия. Про розы из поющего сада наслышан весь дворец.
Да, задачка. И главное, что времени на её решение не так уж и много.
* * *
Я стояла у окна и слушала пение неизвестных птиц. На душе было неспокойно. Отцу я объяснила произошедший поединок тем, что была настолько поражена внешностью правителя, что забыла поклониться, а тот воспринял это, как личное оскорбление. Потом пришлось долго и упорно отговаривать Харолана от глупой идеи пойти и прибить несчастного семийца. Про розы Повелитель даже не заикнулся. Ну и хорошо.
Кто-то тихо вошёл в комнату и прикрыл за собой дверь. Всполох не зарычал: значит, это Алекс или Денис. Я не спешила оборачиваться, наоборот, поддалась вперёд и обеими руками уперлась в подоконник. Разговаривать ни о чём не хотелось. Ни с кем. Но, похоже, подобное состояние одолевало только меня.
— Елена, я хотел поговорить о том, что произошло днём. — Всё-таки Алекс. И он туда же? — Я долго размышлял над тем, что ты сказала… Ты и вправду так считаешь?
— О чём ты говоришь? — не поняла я, даже не обернувшись.
— Ну… о том, что ты сказала мне, — неуверенно повторил парень.
— И что именно я тебе сказала? — поинтересовалась я, пытаясь вспомнить, когда это мы успели с ним сегодня поговорить.
— Насчёт того… что я тебе нравлюсь, — тихо и даже как-то боязливо пояснил феникс.
— А-а? Когда я такое говорила?! — Я резво обернулась к Страннику, пытаясь по глазам понять, не разыгрывает ли он меня, но увидела там только неуверенность и ранимость.
— Прости, это было глупо, — глухо пробормотал он, развернулся и направился к двери.
— Нет, постой. Когда я тебе такое говорила? — бросилась я за ним, из-за спешки произнеся фразу более грубо, чем хотела.
— Забудь. И я забуду.
— Э-э, не. Погоди. — Я загородила собой выход. — Алекс, я с тобой сегодня не разговаривала, а, значит, просто-напросто не могла сказать подобного! Похоже, надо мной кто-то издевается. Ты не первый, кто объявляет мне, что я с ним разговаривала, хотя в это время я была совершенно в другом месте!
Странник сжал руки в кулаки и опустил голову. Голос его зазвучал сдавленно.
— Всё равно. Позволь мне уйти.
— Ты расстроен? Из-за чего? — не поняла я.
Это уж скорее я должна расстраиваться, ведь кто-то постоянно подставляет меня, прикрываясь личиной, а потом ко мне приходят со всякими претензиями.
— Из-за того, что я круглый дурак. — Алекс грубо отпихнул меня и выскочил в коридор. Что же ему наговорили такого? Найду шутника — мало ему не покажется!
Я вновь вернулась к окну. Настроение скатывалось к нижней отметке. Идти уже никуда не хотелось. Платье, на которое я в своё время потратила почти целый день, уже не казалось таким красивым. В это неудачное время раздался осторожный стук в дверь.
— Войдите.
На пороге вырисовался нарядный Молния. В жизни его таким разодетым не видела. Даже на балах в Креоле сей феникс одевался подчёркнуто просто и непритязательно. Интересно, с чего это он так вырядился?
— Принцесса Елена, позволите ли вы сопроводить вас на бал? — церемонно поклонился он. Причём в голосе светлого не было слышно ни капли насмешки.
Я уставилась на феникса во все глаза. У Молнии появились манеры? С какой это радости? Я неоднозначно пожала плечами. С одной стороны, появиться в обществе Молнии будет вызывающим. Но с другой — ко мне уже давно привыкли, и подобное вряд ли кого удивит. К тому же со спутником будет меньший шанс навернуться на этих треклятых каблуках, без которых платье теряло половину эффектности, блуждая по каменистым дорожкам в саду.
— Ну что ж, пошли.
Я оправила юбку и подала светлому фениксу руку. Он галантно поцеловал кончики пальцев и с солнечной улыбкой сказал:
— Ты сегодня неотразима. Чудесное платье. Такого же необычного оттенка, как и твои волосы.
  
— Спасибо.
Молния расщедрился на комплимент? В лесу случился пожар или мор, не иначе. Но об этом ему лучше не говорить: или обидится, или не поймёт.
Весь путь до большого одноэтажного здания в глубине сада светлый феникс весело болтал. Оказывается, он успел наслушаться местных легенд и теперь с чувством расписывал мне. Я не уставала удивляться этой разительно перемене. Наконец, мы подошли к ярко освещенному квадратному сооружению, увенчанному куполом. Стоило нам войти внутрь, как я поняла свою ошибку: здание было прямоугольным с небольшим возвышением в задней части, где гордо высилось старинное разное кресло, на данный момент пустующее. Молния проводил меня к отцу, откланялся и мгновенно затерялся среди приглашённых.
Я оглядела гостей: кроме светлых и тёмных фениксов здесь были также представители высшей семийской знати. Но самым настораживающим было то, что я была единственной представительницей слабого пола на этом вечере. Вообще, странный у них праздник: нет ни музыкантов, ни столов с питьём и закусками. Что же они собрались весь вечер делать? Разговаривать? Не так я себе всё это представляла. С другой стороны, стоило не лениться и расспросить про местные обычаи.
На протяжении этих долгих тягостных часов на меня косились все, но подойти осмелились лишь несколько семийцев. Сказывалось присутствие хмуро наблюдавшего за мной отца. Причём, стоило кому-нибудь из семийцев заговорить со мной, как рядом вырисовывался один из братишек и нагло влезал в беседу. А так, как я не могла разговаривать на две различные темы на двух языках одновременно, семийцы благополучно от меня отходили буквально через пару минут. А вскоре сбегали и фениксы, убедившись, что мне больше ничего не грозит.
Вскоре мне это надоело, и я выскользнула в сад. Блаженно замерла на пороге, вдыхая полной грудью. Наконец-то свежий прохладный воздух. В этом здании совершенно нет окон и одна-единственная дверь. Не успела я затеряться между деревьев, как из темноты, аки чёрт из табакерки, выскочил Серебряный Дождь.
— Что, тоже заскучала? — усмехнулся он, правильно истолковав моё присутствие здесь.
— Ага, — вздохнула я.
— И это хвалёное семийское радушие! Интересно, а поток празднеств тоже будет в подобном ключе проходить? Если да, то стоит уговорить отца смыться отсюда побыстрее. Меня не тянет умирать со скуки здесь ещё пол-луны.
— Может, ты и прав.
— Хотя… — он ехидно покосился на меня, — кое-кто вполне в состоянии скрасить моё пребывание здесь.
— Да ты!..
— Успокойся, — рассмеялся Серебряный Дождь. — Я в том смысле, что рядом с тобой ну никак скучать не получается. Даже если очень захотеть.
Я сразу же помрачнела, вспомнив о сегодняшней аудиенции. Да уж, люблю я находить себе неприятности на пятую точку.
— Какая-то ты сегодня вялая. Это из-за драки во время аудиенции?
— Всё-то ты знаешь, — невесело улыбнулась я. Подобная «известность» не слишком льстила.
— Об этом уже все знают, — «успокоил» меня Серебряный Дождь. — И многих заинтересовал выбор твоего оружия: красные такие розочки с металлическим стеблем. Уж не в саду ли ты их взяла?
— Где взяла, там больше нету, — слегка нервно огрызнулась я, но тут же взяла себя в руки и слегка насмешливо продолжила: — Тут, оказывается, целая борьба началась за мою руку и тело.
— Кстати, — сразу же оживился феникс. Зря я его навела на эту мысль. — Могу я всё-таки получить свой приз или ты окончательно отказываешься от своих слов?
— По-моему, уговор на поцелуй был только с Джином. И уславливались мы на том, что он преподнесёт мне цветок, как настоящий джентльмен, а не бросит на подоконнике, чтобы я гадала, чья это роза.
— У меня другая информация. Неужели ты не сдержишь своего обещания? Ты же знаешь, что когда надо, у меня могут быть прекрасные манеры.