Возрождение. Забытые боги (СИ)

— Князь Сумрака? — коротко глянул на меня Странник.
— Наверно. Интересный, правда? И сильный…
— Ну если ты так считаешь, — замялся феникс, явно не зная, как реагировать на подобное.
— Как ты думаешь, можно его попросить обучить Дениса некоторым искусствам боя?
— Нет! — сказано это было жестким, но в то же время облегчённым тоном.
— Точно?
— Он не станет возиться с мальчишкой.
— Ну, тогда вон тот молодой, с вьющимися волосами, что стоит чуть правее. Дьявол, вроде, или Демон?
— Дьявол. Демон в центре зала танцует с…
— Угу, вижу. Не понимаю, чего вас так тянет на излишнюю патетику? Дьявол, Демон, Князи всякие. Неужели нельзя нормальные имена давать?
— Нормальные имена, — пожал плечами Странник, явно не понимая, что меня может не устраивать.
— Ладно, — сдалась я, — а Дьявол этот возьмётся обучать Дениса?
— Нет.
— Ну, хотя бы Чёрт! — чуть ли не взмолилась я. — Он, конечно, намного слабее, но на крайний случай…
— Елена, никто не будет возиться с безродным мальчишкой.
— Но почему?!
— Да потому что это ниже их достоинства: обучать искусству боя мальчишку низших кровей!
— Да его кровь получше всей вашей вместе взятой будет! — взвилась я и так резко развернулась на каблуках, что юбка встала колоколом. — До встречи. Очень неприятно было с тобой сегодня общаться.
Я решила, что хватит уже мытарств на этот вечер для моей бедной психики и, осторожно лавируя между различных групп приглашённых, направилась к выходу, надеясь, что хоть сегодня меня оставят в покое. Где-то на середине зала меня перехватил Денис и сунул в руку клочок бумаги, а сам быстро растворился в толпе. Я, не подумав о последствиях, развернула его и прочла: «Мы уезжаем. Прощай».
Мир тихонько покачнулся перед глазами, рука судорожно сжала злополучный клочок, на глаза навернулись непрошенные слёзы. Они уезжают. Прошлые нити обрываются. Больше не будет весёлых посиделок у костра, пошлых шуток, песен и игр на желание. Конечно, я прекрасно понимала, что их так и так не будет, но пока во дворце оставались светлые, надежда ещё как-то теплилась в душе. А теперь…
«Так лучше для них», — мягко сказал Дефансер, правильно оценив моё состояние.
Да, ты прав. Для них так будет лучше. Но я успела привязаться к этой весёлой компании.
«Ну да, ну да. Не рыдать тебе больше на широкой груди Молнии, вгоняя парня в краску».
Я грустно улыбнулась, вспомнив эту сцену, и заметила прямо перед собой Мрака. Он протянул руку и вежливо попросил:
— Отдай.
Всполох зашевелился под юбкой, ощущая направленную на меня агрессию. Я скорчила недоумённую рожицу и невинно спросила, комкая пальцами листочек:
— Что отдать?
— Записку. Ту, что в левой руке.
— Извини, Мрак, но её содержание тебя не касается. Не тебя приглашают на свидание.
Я лучезарно улыбнулась, чем окончательно вывела феникса из себя. Он рванулся вперёд, в надежде забрать записку силой, но пальчики разжались и комочек бумаги полетел на пол. Впрочем, пола он не достиг, подхваченный выскочившим из-под юбки лисёнком. Несколько ленивых движений челюстями, глотательное движение — и Мрак окаменел от бессильной ярости. Я одарила незадачливого феникса насмешливым взглядом. Всполох юркнул в своё надёжное укрытие, а я направилась к выходу из залы, но шагов через двадцать застыла, вслушиваясь в красивую и мелодичную незнакомую речь. Незнакомую ли? Это было похоже на книги, которые я читала: сначала не понимаешь ничего, но вдруг осознаёшь, что все слова тебе знакомы, просто… забылись. Первые минут десять двадцать ещё сложно вникать в смысл фраз, но постепенно понимать становится всё легче. Так и здесь. Я заслушалась нежным журчанием голоса, но вскоре уже прекрасно разбирала, о чём идёт речь.
Один из собеседников слегка раздраженно обратился ко мне, застывшей аки верстовой столб рядом с ним, но не переходя на язык тёмных фениксов, я ответила (причём неожиданно даже для себя). Раздражение на лице мужчины (кажется, это был семиец) уступило место изумлению, а потом мы вообще разговорились за милую душу. Семийцы оказались интересными собеседниками. Они тоже не воспринимали фениксовый придворный этикет, как нечто должное. Ещё бы! Так ограничивать в своих действиях девушек. Особенно, если учесть, что у семийцев матриархат. Настроение испортил феникс с красивым именем Закат (интересно, а у светлых Рассвет есть?), который вежливо, но непреклонно увлёк меня в центр зала к родительнице. Я обиделась, как ребенок, у которого отобрали новую игрушку, но пришлось присоединяться к матушке и выслушивать её лекции о моём неподобающем поведении.
  
* * *
Открыв дверь своей комнаты, я застыл статуей на пороге, соображая, то ли я ошибся коридором и вышел на женскую половину, то ли это и вправду Елена собственной персоной по-хозяйски развалилась на моей кровати. На меня девушка не обратила ровным счётом никакого внимания, полностью поглощённая изучением мягко светящегося шара чуть больше моего кулака.
— Не комната, а проходной двор. О! Вон ещё один, — возмущённо прокомментировала она.
— Что ты здесь делаешь?
Елена, не оборачиваясь, сделала знак приблизиться. Я подошёл и посмотрел на шар, от которого она не отрывала взгляда. В его светящейся глубине отражалась её комната.
— Вы ещё подеритесь за обладание моей неубитой тушкой… Не подрались, а жаль. О, и Молния сюда же. Или он мимо проходил и решил проверить всё ли в порядке? Тогда почему не через дверь? Вот прикажу заколотить окно, что они тогда делать будут? И вообще, что он здесь делает? Ну вот, сбежал. Так, ещё и служанка сюда же. Я вроде чётко приказывала: по ночам ко мне в комнату не соваться. Ну и вокал у девицы. Оглохнуть можно! Всё, спектакль окончен.
Шар медленно погас, и Елена с удовольствием растянулась на моей кровати, сминая взбитые подушки. Красивое бальное платье уступило место слегка потрепанному брючному костюму. На остальной части ложа возлежал красный демон. Оставалось только удивляться, как этот не такой уж большой зверёк может занимать так много места? Составить ему соседство желания не было, поэтому я устроился в кресле, откинулся на спинку и поинтересовался не без сарказма:
— Чему обязан лицезреть тебя в своей скромной обители?
— Мне нужно найти учителей для Дениса, и я надеюсь, что ты мне поможешь.
— Елена, я тебе уже объяснял, что фениксы за это не возьмутся. Зазорно такого обучать благородному искусству боя.
— Благородному! — презрительно хмыкнула девушка. — Видела я ваши уловки. Благородными и честными их никак не назовёшь. Значит, ты мне не хочешь помогать?
— Не могу.
— Ну что ж, обидно. Честно говоря, я надеялась на другой ответ.
Елена потянулась на постели, зажав в кулачках покрывало, потом грациозно встала и пошла по направлению к двери в коридор. И, прежде чем я понял её намерения, открыла её и обернулась с лёгкой улыбкой на губах:
— Приятно с тобой иметь дело.
Я прирос к креслу. Если меня раньше просто подозревали в связи с принцессой, то после такой подставы… Но зачем ей это нужно?!
* * *
Какой ужасный день! Какой кошмарный пень… Хм, это не из этой оперы. Но день и вправду ужасный. Всю ночь мне снились сны про Землю, про семью и друзей, про каких-то странных существ явно нечеловеческого происхождения, которые запросто разгуливали по мегаполисам, привыкая к чуждой для них жизни. Будем надеяться, что это простые кошмары, а не пророчества или ещё что. Странника ещё с утра с позором (то есть тихо и под видом важного поручения, но слухи обошли уже весь дворец) сбагрили куда-то на границу. Попутно выяснилось, что светлые тихо сбежали вчера под вечер, а то и раньше (но тогда что Молния делал в моей комнате ночью?). Всполох кого-то уже покусал и теперь с энтузиазмом убегал от покусанного по всему дворцу (это судя по звуковому сопровождению). А я битый час искала Дениса, методично обшаривая все закоулки и донимая расспросами прислугу.