Морально испорченная (ЛП)

Как только он сдвинулся на два миллиметра вправо, я нанесла свой удар, прямо ему между глаз. Смертельный выстрел. Как только Миша упал замертво, Влад вырвался из рук державших его мужчин и тут же расправился с ними. Затем он встал и посмотрел прямо на меня.
Он был зрелищем, это уж точно. Такой кровавый и свирепый. Он был великолепен. Если бы я не была уже влюблена, то, возможно, по-другому оценила бы его мужественную фигуру в красном.
Он подмигнул. Я засмеялась и опустила винтовку. Похоже, мой лучший друг стал новым Паханом.
Глава 7
Тео
Вчерашний разговор с Бьянкой оставил некоторые затянувшиеся мысли. Я был потрясен, когда она спросила меня о моих самых темных сексуальных фантазиях. Это вернуло меня в тот период моей жизни, до Бьянки, когда я предавался этим темным фантазиям. Это также заставило меня задуматься, действительно ли я удовлетворен тем, как обстояли дела с Бьянкой в спальне. С тех пор, как я начал серьезно встречаться с ней, я никогда не допускал даже мысли о том, чтобы развязаться с ней.
Она была такой тихой, замкнутой. Такой защищенной. Зная, какой тьмой была моя жизнь до нее, я хотел сохранить эту невинность любой ценой, поэтому наши занятия любовью всегда были нежными и сдержанными. Как сейчас могу вспомнить ту ночь, когда лишил ее девственности. Это произошло под одеялом и в темноте ночи. Она была робкой и неуверенной в своих исследованиях, и я постарался сделать так, чтобы ей было максимально комфортно. После этого я всегда был максимально осторожен с ней, не желая отпугнуть ее своими желаниями. Оглядываясь назад сейчас, я понимаю, что, относясь к ней осторожно, я отказывал и себе.
Внезапно в голову приходят мысли о другой женщине, к которой я относился прямо противоположно своей жене.
До Бьянки я не встречался, мои карьерные цели преобладали над романтикой. Все мои сексуальные похождения сводились к проституткам, да и то редко.
С этой проституткой я познакомился после того, как начал ходить с некоторыми старшими помощниками мэра в стриптиз-клуб под названием Palace. Я наблюдал за ней всю ночь, когда увидел ее в первый раз. Но именно она подошла ко мне первой.
— Знаешь правила, красавчик? — Я сидел на диване в VIP-секции, когда она подошла ко мне и спросила. Она была одета в фиолетовое облегающее мини-платье, которое подчеркивало ее изгибы. У нее были великолепные зеленые глаза, которые, казалось, искрились, когда она смотрела на меня.
— Смотри, но не трогай? — Я едва находил слова, настолько был заворожен наклоном ее груди и покачиванием бедер.
— Вот эту ты можешь потрогать. — Она опустилась передо мной на колени, ее руки медленно поползли вверх по моему бедру.
— А что еще? — спросил я, поглаживая правой рукой ее щеку, прежде чем мой большой палец скользнул за ее губы. Она пососала его, прежде чем сказать.
— Ты можешь делать со мной все, что захочешь. — Ее руки продолжали свои исследования, пока не добрались до растущей выпуклости в моих брюках. Томным движением она расстегнула мои брюки и взяла меня в руку. Все замерло, когда она опустила голову, чтобы облизать меня от основания до кончика, а затем глубоко вобрать в горло. Мои руки сами собой потянулись к ее волосам, и я трахал ее рот как сумасшедший. После того, как я взорвался в ее рту, она облизала губы и мурлыкнула. Не говоря ни слова, она встала, чтобы уйти, но я должен был узнать ее имя.
— Пинк, — сказала она и ушла.
Только когда она скрылась из виду, я понял, что она только что отсосала мне на глазах у всех. Это была моя первая проба Пинк, и я продолжал возвращаться за добавкой. Более двух лет она была моей единственной возможностью получить физическую разрядку. Потом я встретил Бьянку, и перестал возвращаться в «Palace».
Я не собираюсь лгать и говорить, что за последние годы мои мысли не возвращались к Пинк раз или два. Она была первой женщиной, которую я трахал больше одного раза и на регулярной основе. Она также была воплощением сексуальности, завернутой в восхитительную упаковку. Не многие женщины трахались так, как Пинк, с такой развратностью и непринужденностью.
  
Но при всем том блаженстве, которое я когда-то нашел внутри Пинк, я никогда не променяю то, что у меня есть сейчас с Бьянкой. Секс ради секса не сравнится с сексом с эмоциональной связью. Даже если нам не хватает остроты в наших занятиях любовью, это все равно умопомрачительно, потому что это с ней.
Но, похоже, теперь она готова попробовать больше. И я не могу дождаться.
— Рико сейчас преследует ее, — Марсель прислонился к стене и уткнулся носом в документ, когда он небрежно сообщает мне о Рико, прерывая меня от воспоминаний.
Я громко застонал при этом. Реальность обрушивается, когда я понял, что, хотя наша сексуальная жизнь, возможно, улучшается, моя жена также может изменять мне.
— Мне любопытно. — Марсель подходит ко мне, бросая документы на стол.
— Что?
— Что ты будешь делать, если у нее действительно роман? — Я секунду смотрю на него, обдумывая ответ.
— Ты разведешься с ней? — Он продолжает допытываться. Я морщусь от его вопроса, но не потому, что он не был бы естественным, если бы у супруга был роман, а потому, что Марсель задал личный вопрос. Снова.
— Я не знаю, — честно отвечаю я. Марсель кивает и садится в кресло, меняя тему.
— У меня есть кое-кто, кто готов дать нам информацию о Хименесе. Ты уверен, что хочешь продолжать? Ты видел, чем все закончилось с Мартинесом. Эти люди опасны.
— В моем положении я не могу позволить себе беспокоится об опасности. Не тогда, когда люди страдают под руководством Хименеса. Не тогда, когда я знаю, что у него есть необнаруженные секс-рабства прямо под носом полиции Нью-Йорка.
Марсель качает головой.
— Мы оба знаем, что дело не в твоих избирателях. Я уверен, что твои родители не хотели бы, чтобы ты пренебрегал своей безопасностью. — Марсель близок к тому, чтобы задеть за живое, поэтому я просто ворчу.
Мы редко говорили о моих родителях или о моей личной связи с Хименесом, и я хочу, чтобы так было и впредь. Эта тема относится к другой сфере моей жизни. Той, которую я давно оставил позади.
— Я пытаюсь сказать, что у них есть связи. Опасные связи. Я не говорю о людях, которые могут разрушить твою карьеру. Я говорю о людях, которые без колебаний пустят пулю в твой череп. Тебе и всем, кого ты любишь.
Я сухо улыбнулся ему.
— Это не очень-то вселяет надежду.
— Нет, но ты видел, как умер Мартинес. А в их мире это милосердие.
— Иногда, Марсель, у меня возникает неприятное чувство, что ты слишком много знаешь об их мире.
— Ты делаешь то, что должен, верно? — Он отводит взгляд.
— Верно… — но я все еще задаюсь вопросом… Он знает мои самые сокровенные тайны, но знаю ли я его?

Сейчас чуть больше семи, и я уже заканчиваю работу, собираясь идти домой, когда Марсель внезапно появляется в моем кабинете.
— Рико есть что сказать нам. — Говорит он, прежде чем набрать номер своего кузена на и поставить его на громкую связь.
— Йоу, кузен. — начинает Рико, и я вижу, как нервно дергается глаз Марселя. У него явно не пропала любовь к кузену.
— Я с Тео, расскажи, что ты нашел.
— Я получил ее обычный график, и здесь написано, что она работает в Фонде с девяти до шести с перерывом на обед в час.
— Да, это ее постоянный график. — Соглашаюсь я, почему-то надеясь, что его следующие слова подтвердят, что именно там она и была в эти часы.
— Ну… Она ушла с работы в двенадцать, потом отправилась в многоквартирный дом в Мидтауне, на 67-й улице. Она пробыла там где-то до пяти вечера, после чего ушла и направилась прямо к вашему дому.
Я потрясен.
Потерял дар речи.
Я смотрю на Марселя с ужасом в глазах, потому что именно он положил трубку, поблагодарив его за работу и велев ему продолжать следить за ней.
— Полагаю, ты ничего не знаешь об этой квартире?