Пепел жизни

Хлоя не испытывала никаких эмоций уже очень давно – лишь саднящее в груди чувство зависти и непонимания, почему она не заслужила любви. Но сейчас, сидя среди тех, кто был дорог сердцу, она понимала – вот он, тот рай после смерти, о котором столько раз говорили сгубленные души, молящие о спасении.
Девушка молча поднялась с пола, кивнула отцу, который кинул на нее настороженный взгляд, и вышла из хижины в сторону леса. Дойдя до его окраины, она сделала пару шагов влево и резко повернула направо, выйдя на небольшой ручей, который сбегал вдаль, скрываясь от людского взора. Хлоя присела на колени, не боясь испачкать белоснежное платье. Удерживая ладонями волосы, что лезли в лицо, она всмотрелась в водную гладь и впервые улыбнулась – искренне, тепло. Порочные души, которые омрачали жизнь на континентах, канули в бездну, не заслужив право на спасение. Селестия и Михаэль стояли рядом с люлькой, не сводя восторженных взглядов с детей, не подозревая, что в их младенческих телах – души собственных родителей.
Ведас и Алкеста о чем-то спорили, пока сестра натягивала черную перчатку, блокирующую ее смертоносную сущность, способную одним взмахом кисти погубить все живое в радиусе нескольких километров.
Деревья, которые порождались от связи демона и феи, начинали пробуждение – хрупкие тела девушек созревали, подобно бутонам роз, ожидая часа возрождения. Существа, которых истребили сотни лет назад, начинали новый жизненный цикл, чтобы принести на землю магию, забытую людьми. Феи распахнули изумрудного цвета глаза, расправили багровые крылья и медленно опали на землю, припав губами к яблоку – единственному уцелевшему плоду, который рос на теперь уже иссохшем древе.
Мой взгляд зацепился за Мулцибера и Касандру, которые стояли поодаль и, обнявшись, смотрели друг другу в глаза. Они еще не знали, какой дар преподнесла им сирена.
Жизнь. Она отблагодарила фею, дав ей возможность родить дитя.
– Мама…
Ласково, почти что судорожно произнесла Хлоя и прижала ладонь к груди, где некогда билось сердце.
Удар, два, три…
Девушка всхлипнула, и слезы скатились по лицу.
Пройдет меньше месяца, прежде чем в чреве Касандры возродится Жизнь, некогда бывшая Смертью.
Каждый заслужил право на любовь и прощение, которые откроют новую страницу судьбы.
КОНЕЦ
  
Бестиарий
 
Мужчины-дриады – создания Селестии, правящей двумя континентами. Она породила их из собственной плоти при помощи магии природы, наделив их схожими силами. Мужчины выполняли те же функции, что и женщины – лечили деревья, взращивали новые культуры, но отличием было то, что не могли иметь потомство и вместо рук имели деревянные конечности.
Дройн – существо, внешне напоминающее человека, за исключением лица, схожего с птицей – раскосые глаза, нос по форме как орлиный клюв, перья покрывают часть лица и шеи. Лекарь всегда носил при себе магический молоток, которым излечивал недуги, если они не успели полностью охватить тело больного. Слабые потоки магии позволяли ему воздействовать на хворь, но затем необходима была подпитка – зачастую это была плоть небольшого магического существа или добровольно отданная кровь клиента.
Пахгор – ядовитый паук, который убил сестру Йенса. Достигал около десяти сантиметров в длину, тело по цвету напоминало кору, что делало существо почти что невидимым для путника. Его лапы усеяны маленькими иголочками, в которых хранился яд, смертельный для людей и чудовищ. После того как пахгор напитал жертву ядом, он погибал сам – сбрасывал шкуру, в которой были выведены яйца, а затем сжирал собственную плоть.
Русал – сородич сирен. В отличие от сестер не могли до конца принимать человеческий облик – чешуя украшала их тела, а голос звучал будто сквозь толщу воды. Дар – утапливать смертных и чудовищ собственной магией: морская жидкость, которая служила естественной средой обитания существ, подчинялась их зову и утаскивала врагов на дно, даже если хозяин находился далеко от водоема. Если поблизости не было воды, русалы использовали магию – воссоздавали купол, в котором жертва захлебывалась и превращалась в пену.
  
Тронхнек – существо, воссозданное из горных пород Аидом, охраняющее вход в подземное царство. Прислужник был нерасторопным, и вскоре бог разжаловал его до обычного лесного стража, который, как оказалось, не был создан для жестокости. Тронхнек помогал зверям, попавшим в беду, истреблял охотников, которые сеяли хаос, где обитало существо. Он не переносит одиночество, поэтому вскоре большинство представителей этой расы перешли в услужение во дворцы.
Спасибо, что прошли этот путь со мной.
Спасибо, что позволили героям поселиться в вашем сердце и прожить с ними маленькую жизнь.
В дополнительной главе идет маленькое повествование, как сложилась дальнейшая судьба правителей, их детей и друзей.
Возможно, история Ареты и Дамиониса увидит свет, но их любовь не будет похожа на те, о которых я когда-либо писала.
  
Судьба Мойроса – континента, с которого все началось и которым все закончится
 
Правители двух континентов после долгих переговоров решили объединить территории, чтобы проще было контролировать необъяснимые вспышки магии, которые могли проявиться на окраине. Мулцибер и Касандра решили оставить за собой северную часть, а Селестия и Михаэль – южную, чтобы огнедышащие драконы быстрее росли среди солнца и изнуряющей жары. Потомок бога использовал свою кожу, чтобы воссоздать редкие виды рептилий, которые могли не только извергать пламя, но и использовать его под водой. Перестали существовать Авантин, Пранта, Вреклинг. Мойрос. Так теперь называли владения правителей.
После рождения детей Селестия и Михаэль стали больше времени уделять безопасности на континентах – дриада делала специальные щиты из шипов, чтобы ни смертный, ни магическое существо не смогли проникнуть во дворец, чтобы нанести урон будущим правителям.
Через два года после того, как континенты объединили, у Мулцибера и Касандры родилась дочь – фея, унаследовавшая от отца и матери магию. Путь ее определится, когда девочке исполнится шестнадцать лет. Хлоя, так она привыкла себя называть, должна была стать правительницей северной территории, а насчет южной шли споры – дочь Михаэля не желала выходить замуж, а сын был слишком поглощен изучением магии и даже и думать об этом не хотел.
Души Бальтазара и Йенса превратились в прах. Им не дали шанса на перерождение, боясь, что на континенте вновь начнутся убийства.
У героев началась новая жизнь, а какой она будет, мы сейчас узнаем…
КЛЕРС
– Мулцибер! Мулцибер, чтоб тебя сатиры драли, где ты опять пропадаешь?!
Я перебирал копытами так быстро, как мог – легкие горели от быстрой ходьбы, с левого боку свисал клок шерсти, который мне любезно выдрала прекрасная маленькая фея.
«Клерс, посмотри сам, как он безобразен на твоей прекрасной шерсти!»
Я даже взвизгнуть не успел от боли, когда в ладони у Ареты, дочери Мулцибера и Касандры, оказался кусок меня. Девушка улыбнулась так искренне и радушно, что мне захотелось взвыть от досады. Я, конечно, нанимался в няньки, но договора, что меня будут щипать, как курицу, не было!
– Мулцибер!!! – вновь заверещал я. В коридоре показалась ламия, которая при виде меня развернулась и быстро заскользила в сторону кухни, лишь бы не сталкиваться со мной. Правильно, а то заставлю еще похлебку с плющом готовить. Целых полтора часа не ел, а для моего растущего организма это сродни смерти.