Каста Неприкасаемых. 2 (СИ)

Подставляю миску и, не дожидаясь остальных, разворачиваюсь обратно. Вниз бежать полегче, но ничуть не быстрее. Держу равновесие, стараясь не болтать посудиной и не расплескивать воду. Опять же надо следить за тропой, не дай бог растянуться тут во весь рост, костей не соберешь! Про воду я уж и не говорю.
Ближе к подножью дорога ровнее, и я прибавляю хода. Надо бы успеть вовремя, бежать обратно жуть как не хочется. Вот уже вижу верхушки развалин! Еще с полсотни шагов в обход храма, и выскакиваю к центральным ступеням. Перевожу дух и обвожу взглядом залитую солнцем предхрамовую площадь. Потрескавшиеся от времени мраморные плиты, остатки когда-то величественных статуй, и наступающая со всех сторон зеленая стена джунглей. На дальнем краю площади наши убогие шалаши. Перед ними стоит старик со скрещенными на груди руками, а на пенечке рядом с ним песочные часы. Бегущая песочная струйка показывает, что мы успели. Довольный собой, уже спокойно подхожу к Сайко и молча протягиваю ему миску. Тот бросает на нее взгляд и недовольно заявляет:
— Что ты мне суешь?! Я вас за водой посылал!
Не понимая в чем дело, опускаю глаза и обнаруживаю, что посудина пуста.
«Что за происки демонов! — С трудом сдерживаю эмоции. — Куда вода делась?!»
Быстро пытаюсь вспомнить, когда я последний раз смотрел за уровнем: 
«Сначала все время следил, потом успокоился. Проливалось совсем чуть-чуть, и я всякий раз чувствовал это. Поэтому дальше стал контролировать реже, а к концу вообще перестал, но я бы точно не пропустил момент большого разлива. Тогда куда делась вода?!»
Резко оборачиваюсь и заглядываю в миску Таис, там тоже пусто. К парням можно и не соваться, у них на лицах все написано. Осматриваю посудину со всех сторон, может трещины или дырка, но нет, все цело.
Обескураженно начинаю осмотр по новой, а Сайко, осуждающе покачав головой, мол как же вы так опростоволосились, молча подошел к пеньку и перевернул часы.
— Время пошло! — Он перевел взгляд с песочной струйки на нас и недовольно прикрикнул. — Чего стоите! Я до вечера что ли буду воду ждать!
Делать нечего, разворачиваемся и бежим обратно. На ходу закидываю вопрос:
— Кто-нибудь понимает куда делась вода?
Позади лишь молчаливое сопение и никаких ответов. Бегу дальше по уже проторенной тропе и понимаю, что если до ручья не найдем решение проблемы, то смысла нести воду вниз нет никакого, ее все равно не будет.
— Может все-таки дырки в них есть?! — Подает голос Салах.
Не оборачиваясь, чувствую, как они все трое по новой осматривают свои миски. Я уже проверял, и уверен, что дело не в этом. И точно, через пару мгновений слышу разочарованны бас Дамира.
— Ни хрена нет! Гладкие как спелый манго!
Едва я это услышал, как меня кольнуло воспоминание. Когда я первый раз взял в руки эту миску, то точно помню ощущение шершавости, словно поверхность была вся в морщинах. Провожу рукой и убеждаюсь, что Дамир прав, гладкие как попка младенца.
«В чем дело?» — Мысленно спрашиваю себя, и понимаю, что в ответе на этот вопрос таится разгадка. По какому-то наитию, с силой сжимаю двумя пальцами край миски и чувствую выдавленную каплю воды.
— Великие Хранители! — Восклицаю, пораженный догадкой. — Да эти посудины впитали в себя всю воду!
— Что?! — Не расслышав, народ позади задергался. — Что ты сказал? Повтори!
На миг останавливаюсь и показательно выжимаю еще каплю.
— Видали?! Вся вода внутри!
Салах глубокомысленно чешет затылок.
— И что теперь делать?!
— Бежать дальше! — Кричу уже на ходу и наращиваю темп. — Бежать и думать! К ручью у нас должно быть решение.
До самого верха уже бежим молча и напряженно думаем. Слышу за спиной только топанье ног, сопение, да изредка вскрики и ругательства. Мне тоже, как назло, ничего в голову не приходит, к тому же бег по этой дьявольской тропе не дает сосредоточиться.
Заскакиваю на вершину и останавливаюсь у ручья. С надеждой смотрю на запыхавшихся товарищей.
— Ну…?
Парни пожимают плечами, а вот Таис спокойно заявляет:
— Это скорлупа ореха Кугу, я о таких слышала. Если его нагреть изнутри, то она затвердеет.
 
Поначалу обрадовавшись, тут же разочарованно отрезаю:
— У нас нет времени на костер, да и…
Таис обрывает меня на полуслове.
— Я могу сделать это быстро.
Один взгляд ей в глаза, и я понимаю, о чем она, но и парни понимают тоже. Дамир отрицательно машет головой.
— Нет, я к ее колдовству и пальцем не прикоснусь!
— Я тоже! — Набычась, Салах встает рядом с другом.
Бросаю на них злой взгляд.
— И что будете делать?! Время то утекает!
Протягиваю свою миску Таис.
— Давай, делай!
Девушка проводит раскрытыми ладонями над посудиной. Ее губы шепчут что-то невнятно, а голубые глаза загораются ледяным безжизненным пламенем. Завороженно смотрю на нее и чувствую, как нагревается скорлупа в моих руках.
— Все! — Таис поднимает взгляд, мгновенно превращаясь в прежнюю обычную девушку. — Можешь наливать! 
Киваю ей и смотрю на парней.
— Ну, что вы решили? Время не ждет!
Насупившись, они молча стоят, и видно, как их разум лихорадочно ищет решение. Не желая терять драгоценные мгновения, давлю на них.
— Ну…!
И тут, взгляд Салаха цепляется за коричневую полоску между камнями, и он радостно восклицает:
— Глина! — Короткий перегляд с Дамиром и разъяснение. — Намажем миски изнутри глиной. Хватит, чтобы донести донизу.
Вижу, как радостно загорелись глаза Дамира и решаю не спорить.
— Ладно, давайте быстрей, и догоняйте! — Поворачиваюсь к Таис. — Ты как, готова?!
Получив утвердительный кивок, зачерпываю воду, и устремляюсь к тропе. Бегу уже привычно держа равновесие. Аккуратно перескакиваю корни и обегаю попадающиеся валуны. С каждым шагом прислушиваюсь к тому, что творится за спиной, и уже перед самым храмом с радостью слышу догоняющие шаги еще четырех ног.
Выскакиваем на площадь все вместе, и с последней песчинкой протягиваем старику миски. Не сказать, чтобы они полные, но и пустыми их тоже не назовешь. Так колыхается водица на дне, но ведь никто не говорил сколько должно остаться.
Посмотрев, старик кивает, и словно через силу соглашается.
— Ладно, будем считать, что с первым зданием вы справились. — Прищурившись, он глянул на солнце. — Сейчас можете отдохнуть и поесть, — он демонстративно перевернул часы, определяя сколько на это дается времени, — а потом продолжим.
* * *
За отпущенное время успели набить брюхо тем, что осталось с завтрака, но лишь только вытянулись полежать после еды, как вновь появился Сайко. И не один.
Поднимаясь на ноги, с тревогой смотрю на здоровенную кобру в его руках. Раздутый капюшон, открытая шипящая пасть и два желтых ядовитых зуба.
— Интересно, что это хрыч задумал?! — Опережая меня, ворчит за спиной Дамир и косится на змею. — С детства не люблю этих тварей.
Мы выстраиваемся в линию, а старик кладет змеюку на землю. Прямо перед нами, в шагах трех всего, а возле нее ставит маленькое перепелиное яйцо.
— Достаньте мне его. — Говорит он, разгибаясь, и довольно так лыбится, глядя на нас. — Целым и невредимым. — Подойдя вплотную, он тыкает в Салаха пальцем. — Давай, ты первый!
Шипя, кобра сворачивается в кольцо. Голова с раздутым капюшоном вздымается над плитами на целых два локтя. Раздвоенный язык снует как челнок, а маленькие глазки нацелено следят за приближающимся Салахом. Тот же, не стушевавшись, обматывает своей рубахой правую руку и медленно подходит к змее.
Чуть присев, он осторожно тянется к яйцу.
Тук, тук, тук! Почти ощутимо стучит его сердце, и мы тоже замерли в ожидании, когда зубы рептилии вопьются в замотанную тряпкой руку. Мгновения тянутся непростительно долго, и вдруг кобра бросается, но совсем не туда, куда мы все ждем. Не разжимая полностью свою пружину, она лишь демонстрирует бросок, но не в руку, а в чуть выставленную вперед ногу.