Сквозь тьму (СИ)
И все же они бросились за ним в погоню. Виерин долгое время слышал их голоса и топот ног за спиной. Потом шум стал становиться все тише, преследователи явно отстали, не зная, куда Виерин повернул. Но и тогда он не остановился. Испытанный ужас гнал его все вперед и вперед. В темноту… в незнакомую часть лабиринта.
Когда Виерин понял, что пропустил все известные ему повороты, было уже слишком поздно. Он совершенно не представлял, где находится, далеко ли от некогда обжитых им мест. Он повернул назад, но не был уверен, что идет правильно: слишком много на его пути встречалось разветвлений.
Да еще эта абсолютная, кромешная темнота давила на плечи, замедляла шаг. Никогда прежде Виерин не ходил по катакомбам без светильника и не чувствовал себя здесь настолько чужим.
То и дело ему слышались какие-то шорохи. Казалось, будто за ним кто-то следит. Перестук капель складывался то в невнятное бормотание, то в цокот копыт. Слишком отчетливо вспоминались некогда любимые сказки. Истории про бродивших по катакомбам немертвых лошадок, про каменных червей, про прямоходящих разумных чудовищ… Виерин давным-давно перестал в них верить. Еще в детстве он понял, что никого в катакомбах нет. Нижние ярусы же замуровали из-за ядовитого газа: прав был отец. Но сейчас старые сказки вдруг стали казаться не такими уж неправдоподобными. Здесь, глубоко под землей, в темноте и тишине, был как будто бы совершенно другой мир. Враждебный, пугающий… ничего общего не имеющий с «его» катакомбами.
Виерин облизнул пересохшие губы и понял, как сильно ему хочется пить. В горле пересохло, язык словно бы увеличился в объеме. Да… это проблема. Если в ближайшее время он не найдет воды, то потеряет последние шансы выбраться отсюда живым.
Он вновь прислушался к звуку падающих капель. Где-то здесь была вода. Но как найти ее? Как набрать достаточное количество, чтобы напиться? Он попытался на слух определить, с какой стороны капает, но не смог. Словно издеваясь над ним, звук раздавался отовсюду, но стены и пол, когда он дотрагивался до них, оказывались сухими. Потратив драгоценное время на доскональное прощупывание пространства вокруг себя, но так ничего и не найдя, Виерин заставил себя пойти дальше. Нужно двигаться. Нельзя оставаться на месте.
Он шел и шел, все вперед и вперед. Медленно, из последних сил. Жажда становилась все более невыносимой. Ноги уже не ныли — горели огнем. Все чаще он стал спотыкаться. Теперь он постоянно опирался на стену, вдоль которой шел, и руки тоже покрылись царапинами. Мысли ворочались вяло, голова будто наполнилась чем-то вязким и мутным.
Вновь упав, Виерин не смог уже больше подняться. Им завладело отчаяние, понимание, что вот она — смерть. Враги победили. Он не вернется. Не отомстит за семью, не защитит свои земли от наглых захватчиков.
Скрипнув зубами, Виерин заставил себя поползти. Пусть он уже почти умер, но он не сдастся. Будет бороться до самого конца!
Ему казалось, что он продвигается вперед по несколько сантиметров в минуту. Что все бесполезно… но он полз и полз с невероятным упорством.
Вдруг его рука коснулась чего-то мягкого. Виерин застыл, пораженный этим странным для катакомб ощущением. Но нет, все верно. Перед ним было нечто мягкое, теплое и большое. Только тут он понял, как сильно замерз. Сил на размышления уже не оставалось. Не задумываясь о том, что это может быть, и что оно делает в глубине заброшенных каменоломен, Виерин подполз к нему, привалился всем телом и сам не заметил, как заснул.
========== Часть 2 ==========
Проснувшись, Виерин не сразу вспомнил, где находится и почему. Он лежал на чем-то мягком, ему было тепло, уютно и хорошо. Он зевнул, лениво потянулся и сел. Вокруг была кромешная темнота, и он пошарил возле себя рукой в поисках светильника. Но не нащупал ничего, кроме мягкого… меха? Он нахмурился, соображая, где бы это мог быть. Ложе было куда удобнее, чем в школе или в его родном замке. Может, он у Догуна в гостях?..
Стоило мысленно произнести имя жениха, как Виерин тут же все вспомнил. Подслушанный разговор, погоню, блуждание в темноте по катакомбам. Он вспомнил, как, мучимый жаждой и усталостью, упал, не смог встать, как на одном лишь упрямстве пополз вперед.
Так, может, он уже умер и попал в загробный мир? И эта прекрасная постель — его посмертная награда? Виерин прислушался к собственным ощущениям, потрогал разбитые перед сном коленки и ладони. Он чувствовал себя на удивление бодро. Пить не хотелось да и есть, пожалуй, тоже. Он пошевелил языком во рту: былой сухости не наблюдалось. И ссадины, хотя и не зажили полностью, практически не болели.
Он сходит с ума? Виерин слышал, что долгое пребывание в темноте и тишине доводит людей до галлюцинаций. Он с силой ущипнул себя за бок и поморщился от боли. По крайней мере, он точно не спит. И если предположить, что все происходящее реально, то… прежде всего, нужно понять, на чем он лежит. Что это, меховое и теплое, может быть в катакомбах? Кто-то вроде него, любящий тишину и покой, притащил сюда шкуры и одеяла? Значит, где-то поблизости должен быть выход: от меха пахло чем-то приятным, затхлость и сырость его пока не коснулись.
Виерин провел ладонью по пушистой поверхности. Что-то тут было не так. Да, точно! Мех был теплым, казалось, будто гладишь кого-то живого. Например, кошку, только очень и очень большую. Сердце испуганно замерло. Так, может, это — спящее чудовище?! Вот проснется оно и сожрет Виерина!
Он невольно попятился назад, проехался задницей по гладкому меху.
Нет, стоп! Если бы это было живое чудовище, оно бы дышало, верно? А шкура под его руками не шевелилась. Значит, это все же подстилка. Но насколько большая? И чья?
Виерин встал на четвереньки и принялся тщательно ощупывать меховую поверхность. Неожиданно для себя он обнаружил, что она находится не только под ним, но и по бокам, и сверху. Лишь с одной из сторон имелся узкий пролаз — выход из мягкого чрева.
Странно… Виерин не помнил, чтобы забирался внутрь. Наоборот: перед сном у него хватило сил лишь на то, чтобы подползти к чему-то мягкому и теплому да привалиться к нему боком. Но лежал-то он тогда на камнях! И куда делась его жажда?! Не мог же кто-то напоить его, пока он спал? И перенести его в теплое убежище…
Впрочем, более логичного объяснения своему состоянию Виерин придумать не смог. Ну не верить же, в самом деле, старым няниным сказкам! И в то, что в заброшенных каменоломнях до сих пор обитают странные существа. Интересно, кстати, насколько странные? Про пушистые гостеприимные гнезда Виерин ничего не слышал.
Но если его напоил и положил в меховой шатер человек, то где же он?! Почему ушел, не оставив никакого послания? И вернется ли он? Или считает свою миссию по спасению Виерина законченной? Но нет. Раз у него тут такое комфортабельное убежище, то, конечно же, он вернется. Вопрос только — когда? И как далеко отсюда находится выход.
Виерин еще раз тщательно ощупал меховое гнездо: пол, стены и потолок в поисках хоть какого-то знака от своего неведомого спасителя. Может, тут есть что-то наподобие полок-карманов? А в них — светильник, фляжка с водой или еда…Но ничего не обнаружилось.
Тогда Виерин выполз из гнезда и принялся изучать его снаружи. Оно было невысокое, ему всего лишь по грудь, округлое, без каких-либо углов или стыков. Даже швов на нем не прощупывалось, что было странно: как-то же его сшили! И кстати… а как оно, вообще, стоит? Жесткого каркаса, вроде бы, не было.
Довольно долгое время Виерин ходил и ползал вокруг гнезда, пытаясь понять его устройство. И вдруг подумал: а зачем ему это нужно? Он ведь не собирается здесь оставаться, ему нужно как можно скорее найти выход! А он, вместо того, чтобы искать путь к спасению, занимается ерундой.
Он поднялся с коленей, ласково погладил гнездо и прошептал: «спасибо». Все-таки, что бы здесь ни произошло за то время, пока он спал, кто-то спас его. И раз уж никого разумного поблизости не наблюдалось, всю свою благодарность Виерин перенес на гнездо.