Сквозь тьму (СИ)

— Ну, здравствуй, Виерин, — заговорил граф. — Ты можешь мне не поверить, но я рад, что ты жив.
— А уж я-то как этому рад, — хмыкнул Виерин. Он смотрел на человека, которого столько лет считал своим другом, спасителем, будущим мужем. Человека, который оказался его злейшим врагом. Он был высок и статен: широкоплечий, узкобедрый атлет. Тонкие черты худого лица, густые темно-каштановые волосы. Да, он был красив, вот только взгляд… холодный, колючий, оценивающий. Виерину под этим взглядом сделалось неуютно. Он не понимал, как мог столько лет верить в доброту этого надменного, страшного человека. Ведь он видел его излишнюю властность, амбициозность… вот только не понимал, что к ним прилагается беспринципность и коварство. Что сам окажется его жертвой.
— Смеешься? Это хорошо. Тем интереснее. Никогда не любил скулящих и хнычущих дурачков.
— Что вам нужно? Зачем вы пришли? Ведь явно не для того, чтобы поинтересоваться моим настроением.
— Верно, — Догун оскалился в хищной улыбке. Шагнул вперед, сразу оказываясь на середине камеры. Виерин невольно попятился, уперся лопатками в стену. — Боишься меня?
— Дайте подумать… вы убили мою семью, собираетесь убить и меня. Разве мне есть, чего бояться? — Виерина явно несло. От испытываемого ужаса ему отказал инстинкт самосохранения, и теперь он хамил графу в лицо, получая от этого неожиданное болезненное удовольствие. И пусть на самом деле его поведение — признак не храбрости, а истерики, он был горд собой. Горд, что хоть так, на словах, дает ненавистному убийце отпор.
Граф неожиданно расхохотался. Громко, искренне, запрокинув голову.
— А ты не так прост. Надо к тебе приглядеться. Знаешь, может, я еще и женюсь на тебе. Мой волчонок…
Он сделал еще шаг вперед, оказавшись к Виерину так близко, что можно было почувствовать жар его тела, дыхание на щеке. Наклонился и сильно, болезненно, укусил в обнажившееся в вырезе ночной рубашки плечо.
— Ни за что, — прошипел Виерин. Ему близость графа показалась настолько же мерзкой, сколь приятны были объятия Врвофа.
— Кто ж тебя спросит, — вновь хохотнул граф. — Да, пожалуй… готовься к свадьбе, мой дорогой. К очень скорой свадьбе.
Тут он развернулся и вышел. Дверь закрылась. Лязгнул засов. Виерин снова остался один.
Силы покинули его. Ноги подкосились, и он вдоль стены сполз на пол. Нет! Нет-нет-нет! Он был готов умереть, но становиться бесправной игрушкой в руках графа… уж лучше смерть!
Ох, Врвоф… если бы только ты сейчас оказался рядом! Сел близко-близко, так, чтобы можно было прижаться к твоему мохнатому теплому боку, потеребить хвост… Виерин представил себе эту уютную картинку и вдруг расплакался. Громко, взахлеб. И почему он не остался в катакомбах?! Ведь предупреждал его Аргурррывгарр! Тут Виерин поднес к лицу перстень с частичкой игусийца и поцеловал его. Потом еще и еще. Он должен быть сильным! Раз Догун решил не убивать его сразу… значит, у него еще есть шанс! Только нужно выбрать, на что. Что для него важнее: месть и долг или личное счастье. Попытаться ли добраться в столицу, броситься в ноги королю или же уйти вниз, в далекие, неизвестные недра… Любовь или долг?
Так, размышляя, Виерин и не заметил, как заснул. И снилось ему нечто страшное. Кровь, крики, кровь…
Разбудил его жуткий грохот. Виерин резко вскочил и прислушался. Шум утих. Но что это было? Или ему показалось? Приснилось? Было ли это частью его кошмара? Или что-то происходит в его замке наяву?
Он нервно зашагал по камере от стены до стены. Ожидание выматывало хуже любой работы. Неопределенность давила, сводила с ума.
Тут снова раздался лязг и грохот, уже совсем рядом, в подземелье. То ли уронили что-то тяжелое, то ли вышибли дверь… Виерин ухватился за последнюю мысль, и в его душе появилась надежда. А что, если это Ириус со своими друзьями пришли, чтобы его спасти?
— Кто там? — закричал он, надеясь, что его услышат, что это свои.
Послышались шаги, лязганье шпор, и вот уже что-то тяжелое ударило в дверь его камеры. Виерин отошел в дальний угол. Вышло бы обидно и глупо, если б его зашибло выбитой дверью в шаге от спасения.
 
— Кто там? — вновь крикнул он. И именно тут дверь поддалась, упала.
Вот только на пороге стоял Догун.
— В-вы? — пискнул Виерин, и сам поморщился от того, как высоко прозвучал его голос. Если бы было куда, он бы попятился, но сзади находилась стена.
— Ты жив! Виерин, с тобой все в порядке? — с необъяснимой тревогой выдохнул Догун. На его лице отражалась несвойственная ему обеспокоенность и забота. Он подошел и нежно, чуть касаясь, погладил Виерина по плечу.
— Что вы делаете? Что происходит?!
— Виерин, прости, я… хм… съел их, — Догун сделал шаг назад и опустил руки. Выглядел он… странно, неправдоподобно, будто бы Виерин видел его в бреду. Опущенные плечи, поникшая голова, взгляд, как у побитой собаки… Виерин ущипнул себя, пытаясь понять, не спит ли. Но нет. Боль он чувствовал. Только что все это значит?!
— Съел что?! Хрнох, я ничего не понимаю…
— Не что, а кого. Твоего жениха и его банду. Аргурррывгарр показал мне их воспоминания, и я не удержался. Прости.
— Врвоф?! Это ты?!
— Я, — Врвоф шумно вздохнул. Теперь-то Виерин видел, что тот, кого он принял за Догуна — не граф. У него были совершенно другие интонации, другая мимика, другое все! Но Врвоф?!
— Как же… почему ты так выглядишь?
— Ну, я ж его съел.
— И? Вы ничего такого мне не рассказывали, — Виерин перестал бояться и подошел к Врвофу. Из-за того, в чьем теле тот находился, обнимать его все еще было страшно, так что Виерин просто успокаивающе погладил его по руке. Он все еще не понимал, что происходит, но Врвоф явно переживал, и его нужно было ободрить.
— Забыли, наверное, — смущенно потупился Врвоф.
— Ну конечно, — Виерин вдруг расхохотался. Слишком нелепо выглядела вся эта ситуация. Врвоф в человеческом теле, его слова о том, что он кого-то там съел, эта мимика нашкодившего кота у всегда надменно державшегося графа… — Так все же, что случилось? — отсмеявшись, спросил он. — И… ты теперь всегда будешь так выглядеть?
— А что? Тебе нравится?
— Честно говоря, не слишком. Я бы предпочел видеть тебя.
— Эх, — Врвоф огорчился еще сильнее. — Без помощи Аргурррывгарра я назад превратиться не смогу. Но мы можем сходить к нему. Я оставил его тут неподалеку.
— Идем. Может, хоть он объяснит мне, наконец, что к чему.
Аргурррывгарр обнаружился, действительно, рядом, тут же, в подвале. И выглядел он довольно забавно. Врвоф уже начал создавать ему новое тело, но пока оно было совсем небольшим, так что залезть в гнездо не получилось бы даже у Виерина. При этом оно стало еще более мохнатым, чем раньше, но не округлым, а волнисто-неровным.
— Посмейся тут мне! — прочитав его мысли, сказало гнездо. — Кстати, рад тебя видеть!
— И я! Я вам тоже так рад! — Виерин опустился на колени, чтобы погладить гнездо. То одобряюще заурчало. Виерин счастливо засмеялся, сделал приглашающий жест рукой, и Врвоф присоединился к ним. Пусть он сейчас выглядел, как Догун… а, нет. Незаметно для Виерина гнездо уже вернуло Врвофу его настоящую внешность. Не переставая чесать гнездо, Виерин обнял и Врвофа, потерся носом о его плечо. — Так все-таки, откуда вы здесь? И кого ты там съел?
Роль рассказчика, как обычно, взял на себя Аргурррывгарр. Он рассказал, что та частица него, что он дал Виерину с собой, обладала слухом и зрением. И что гнездо, хотя и не могло общаться с Виерином, видело и слышало все то же самое, что и он. А потому, когда Виерина схватили и привезли в замок, оно предупредило Врвофа. Вот только тот отреагировал излишне эмоционально. Вместо того, чтобы захватить недругов в плен и отвести их вниз, в недра, Врвоф их съел.
— Как это — съел? — решил уточнить Виерин. Постоянно употребляемый и Врвофом, и Аргурррывгарром глагол его всерьез беспокоил. — Вы же сами говорили, что эаситы не едят гомоцапенсов.
— Нууу… — потупился Врвоф. Хвостом он при этом обвил Виерина за ногу.