Таламус (СИ)

Я улыбнулся и стал отвечать.
— У нас нет королевств. Есть унитарные и прочие государства, правление монархии устарело давным-давно. В основном везде республиканское правление, в парламентской форме, но есть и диктатура.
— Очень давно у древних была истинная республика схожего толка! Не то, что в Шатире, сейчас (старик раздраженно и очень тихо пробубнил последнее предложение, а затем как в ни в чем не бывало продолжил). Я читал про нее, там все разумные граждане были равны, и общество было интересно сбалансировано. Однако это все старые легенды о Эвошире.
Шуарий взялся за подбородок и посмотрел мне в глаза.
— Ты точно не рассказываешь мне сказки? Очень уж складно у тебя выходит.
И улыбнулся.
— Точно! — ответил я старику.
— А это что такое? — я показал пальцем на карту Мидла с ромбиком на местности огромной пустыни Имдафа.
— Это места смещений! По крайней мере известные.
— А если поточнее, можно узнать? — спросил я Шуария.
— В этих местах наш и другие миры, проникая друг в друга, объединяются на некоторое время в определенном порядке. По крайней мере так нарисовано в Храме Шаар-Шу на Вечной стене и ее Серых скрижалях.
— И чем же места смещений отличаются от мест призыва?
— Первые — постоянны и появляются только по воле призвавшего, — он объяснял мне словно учитель школьнику. — А вторые — блуждающие и спонтанно возникают сами, как я уже говорил, лишь на некоторое время. Смотри не попади в такой! — и погрозил пальцем. — Раз зайдешь и от туда уже не выйдешь — никогда.
Так мы еще долго обсуждали карту Мидла и географию разных регионов континента Хурос. Я старался анализировать увиденное и заходил с разных сторон, попутно делая зарисовки. На что он с любопытством смотрел.
Из его слов я понял, что в этом мире есть один постоянный портальный проход, находящийся на западе континента Хурос. И его до сих пор охраняют — из предосторожности. А еще, как бы это по-идиотски ни звучало, тут есть Мертвый лес, который крайне опасен и полон самых злых тварей. Он находится севернее, как раз в «том» месте — Шуарий указал пальцем на карту, прямо в устье реки, где я появился.
— Не так уж и далеко отсюда, — с содроганием, пришлось переосмыслить свой маршрут.
— Да уж, семьдесят миль — мрачно сдавил он край карты. — Если бы не линия ГАНЗА у севера и воды Великой реки у востока, эта мерзость добралась бы и сюда, причем уже очень давно. И поверь мне, сынок, это крайне страшное дело!
— Шуарий, а что такое линия ГАНЗА? — Тут же спросил я и тыкнул на карту указав на границу чуть выше города Ароса. Старик глянул туда же, сморщился, свел брови и медленно выдал.
— Ну, я не маг, так что скажу, насколько я понял из старых книг. Там сказано, что линия ГАНЗА — это природный магический контур, некая граница, что защищает нас с севера и не пускает к нам сильную нежить. По крайней мере, в хрониках третей эпохи Ар написано именно так. Но как обстоят дела в истинном виде, я без понятия, парень. Об этом ведают только маги.
И Шуарий печально вздохнул.
— Ясно! А еще я видел здесь длинноухих людей с бледными лицами, — сменил тему, видя, что она ему (по крайней мере, пока) неприятна. — Кто они и откуда?
— Скорее всего, это северные эльфы. Они из Снежного Монта или Западного Леса, некоторые из них, а те, что чуть более темные — из долины Жизни, но этих мало в последнее время. А где ты, говоришь, появился?
Я показал пальцем место на карте в точку чуть ниже линии ГАНЗА. И он посмотрел на меня ошалело.
— Не лги! Не может быть!
— Да что не так-то?
— Ты хочешь сказать, что шел столько дней вдоль Мертвого леса и ко всему прочему появился ночью в час Силы и ничего не случилось? И при этом ты, как на прогулке, спокойно дошел сюда? До Ароса? Да тут почти пять дней перехода пешком! А эти твари за милю чувствуют живую душу и, поверь мне, след они берут просто отменно, а потом преследуют до конца.
— Ну, не без приключений дошел… это уж точно! — было нелегко, что говорить-то, и я рассказал ему о здоровых волках и грифоне, встреченном на пути.
 
— Тем более не может быть! Ты говоришь, что справился с нечестивым псом и без магии?
— Было очень сложно, но кое-как смог, уж не буду врать, не без ранений, — и показал руку, а потом достал нож.
— Если труп на месте, тебе хорошо заплатят, даже за разложившийся, — он приободрился, оглядывая меня по новой. — Похоже, Элиза не наврала, сказав, что ты очень ловкий парень, даже недооценила. — И старик снова продолжил: — Значит, ты воин в вашем мире? Что, честно говоря, уже неплохо! Но при этом знаком с письменностью, картографией и арифметикой, выходит, ты аристократ? Уж точно не писарь с таким ножом-то, да и на рыцаря не похож, так как они поголовно науки не учат, лишь единицы хоть на что-то способны кроме как резать и убивать.
— Нет, что ты, Шуарий! Просто приходилось служить в армии некоторое время, а сам люблю все новое, и, собственно, поэтому я у тебя, — я улыбнулся и подмигнул старику, поднимая бокал. — Твое здоровье, Шуарий!
И мы ударились в тосте стеклянными «тарами», слегка проливая вино на доски полы, после чего я продолжил.
— Хотя говорят, что мой род из побочной линии давно минувшего дворянства. Но теперь это неважно. Никогда сильно не изучал генеалогию. Лет на двести пятьдесят — не глубже. Да и то только по фамилии и старым землевладениям… Сложно сейчас найти что-то достоверное… (а дальше я домыслил уже про себя) даже с помощью интернет-технологий. И лишь только то, что есть на поверхности…
— Ты хоть понимаешь, как тебе повезло? Выходит, если ты появился на севере возле Великой реки у Мертвого леса, значит, твой Камень Души тебя хранит, и это Обсидиан, а ты — взаправду из Запретного мира, — как-то подозрительно мрачно восхитился Шуарий. — А мертвые, поверь мне, парень, видят магию очень чутко, и это проверено множество раз! Печальный опыт для многих. Но похоже… хм, тебя это и спасло.
Услышав об обсидиане, я начал расспрашивать о нем и других камнях, зацепившись за нечто новое и интересное мне. (Что за Камни Души* и с чем их едят?). Этот старик был действительно потрясающий, он рассказывал и рассказывал мне много разного, и о камнях в том числе.
А ведь геологией и камнями, в частности, я увлекался уже несколько лет и постоянно бывал у своего друга и геолога по совместительству, пропадая иногда с ним целыми днями в некоторых его самых коротких командировках. Правда, там мы больше охотились, но не суть…
В тот вечер я узнал просто невероятные вещи и, как оказалось впоследствии, действительно бесценные.
Этот старик лучше любого куратора объяснял, что и как устроено в этом мире под названием Мидл. Однозначно, Шуарий был самой настоящей находкой.
— Хех. Скорее даже справочник!
— Послушай внимательно, парень! — Старик словно решился на что-то, буд-то поверив в меня, после чего, изменился в лице не в лучшую сторону. — Коли ты попал на Мидл и умудрился выжить каким-то чудом, лучше тебе помалкивать о том, откуда ты и как сюда попал, и придумать хорошую легенду на всякий случай, для безопасности, так сказать. Это важно!
— Да я не сильный говорун или какой-то там сплетник.
— Вот и славно. — Шуарий нервно зажевал губу и дернул щекой, а потом, махом осушил вино и пробурчал. — А то не хватало мне разорения лавки, под сраку лет, тюрьмы, пыток за покрывательство, а может... и казни.
— Видишь ли, — Старик медленно поднял пристальный взгляд, — тех, кто попадает сюда из другого мира, ждет черная участь. В основном это либо смерть, либо рабство, а потом все равно смерть.
Я сильно разволновался. Перспективы вырисовывались печальные.
— А почему так, по какой причине? — Спустя минуту, подумав, я ожил. — Может, изучение и расчленение тела? Или берут в оборот как уникальный источник знаний? Да уж…
— Нет, ну ты посмотри, действительно очень смышлен для своих лет! — и он кивнул, задумчиво и аккуратно открывая новый бутыль алкоголя. — Но тут ты ошибаешься, ну, наполовину по меньшей мере.