Таламус (СИ)

— Верно. Главное, чтобы труха не посыпалась в пальцы при открытии книг! — проворчало мое подсознание.
Что же касается свода законов для среднего класса, то его я прикупил, а вот остальные книги взял напрокат под их полную стоимость, оставив расписку Лидийского банка, и для пущей гарантии взял с него роспись взамен. Сказал, что верну книги и больше не буду их брать, если все будет слишком заумно написано. А позже доходчиво объяснил, что же мне нужно из нашего списка в первую очередь: карты, законы, история и последние сводки (коли такие имеются, на всякий случай) военных конфликтов с границ.
Ну и пообещал старику чаевые, если все будет доступно написано, — десять процентов от общей суммы покупки и… все.
Я оставил задаток старику, и мы бодро продолжили свой культурный поход. И, на этот раз в списке мест посещений у нас был «Театр войны». Как ни странно, именно так они называли центральный бойцовский «манеж» данного города Арос.
Со слов Элизы, нам очень-очень повезло, так как эти состязания проходят только раз в квартал в присутствии местной аристократии, огромного количества публики, и мало того — сегодня еще и тот самый день X, который случается раз в год, в отличие от обычных квартальных событий.
Не став дальше тянуть, спорить и приготовившись к впечатлениям, мы (в основном она) не спеша побежали в логово бойни — прямо к театру.
— Военных действий, ага! Оглядись! — подметил удивленный и ошалевший внутренний голос.
— Один ноль в твою пользу! — согласился я, когда подошли к месту событий. — Осадная крепость-манеж!
Батальона три — не меньше! Тут стояла уйма легкобронированных пехотинцев и около двух отделений лучников, остальные служивые были разбросаны по нужным местам. Даже кавалерия кое-где гарцевала. Мать вашу! Кого же тут охраняют?
Серьезно?! Вы шутите? Да тут каждый зритель потенциальная цель для стрелы!
— Да. Не люблю быть на мушке.
Куда ни плюнь — везде глаз прострелят, снайперы средневековые: я нервно глянул вокруг, и шея втянулась сама по себе.
— М-да, не Колизей! Но схожесть большая, — вслух задумался я и прищурил взгляд на округу.
— За одним исключением. — Хмыкнул оценочно внутренний голос, на экстерьер местной арены, (скорее всего предназначенной для гладиаторских выступлений и смертоубийств).
Тут стояло шесть каменных пилонов, очень высоких, равномерно поставленных сверху, по всему внешнему периметру «Театра войны». Так же, здесь были установлены малые аналоги тех пилонов. Располагались они внизу, у самой арены, создавая собой рисунок шестиугольника.
— В целом пейзаж красивый. Даже монументальный.
Согласен! Словно попал в Древний Рим сто восьмидесятого года из фильма-реконструкции «Гладиатор».
— Почти! Не хватает рекламных щитов с продавцами мишуры, еды и напитков.
— Здорово ведь? Столько народу! — сказала Элиза, а глаза ее разбежались и заблестели.
— Тысячи две собралось бабуинов — не меньше! — калькулятор работал. — И билеты еще продают.
— Надо бы кошелек поберечь, а то хрен его знает, — крикнул я ей. И добавил: — Обчистят и даже не спросят! Народу — тьма! Все орут и шныряют туда-сюда.
Элиза серьезно кивнула.
А между тем «шоу» внизу уже шло по программе для зрителей 18+.
— Смотри, смотри! Знакомые твари! — орал голос разума в полную силу.
— Нечестивые псы! — закричала Элиза глядя вниз, на арену, а затем ткнула пальцем в огромных волчар размером с мощную лошадь.
И так вижу, что не котята ангорской породы! И уж тем более их оппоненты — девять людей в любезной компании четвероногих тварей. Ребята сейчас отчаянно бились.
Трое волчар, здоровых, свирепых и, видимо, крайне голодных, пытались порвать людей, сбившихся в кучу у самого края стены. А люди, скорее инстинктивно, стояли все вместе, тыча мечами и не давая тем подойти. В центре стрелял лучник, не очень успешно. А все зрители орали и взывали к немедленной бойне, кидаясь в участников всем подряд.
Только сейчас заметил, что между рядами возле зрителей кое-где бегают «мутные» дядьки.
 
О! «Спортлото»! — дошло до меня. Поправка: букмекеры!
— Опаньки! — завопил мой азартный хомяк. — Ну-ка, иди сюда, мой благодетель!
— Какие ставки? — заорал я.
С ушами у этого барыги был полный порядок, он тут же шмыгнул ко мне, потирая потные ручки. А Элиза уставилась на меня.
— Три к одному! — сказал он в ответ.
— На кого? — крикнул я сей подозрительной харе с хитрожопой ухмылкой. У-у-у, рожа… буржуйская!
— И алчная! Знаю похожего одного… — елейно запел голосок.
Молчи.
— Ясно дело — все против псов, — заорал он в ответ.
Я еще раз внимательно осмотрел весь «пейзаж». Волчары были с виду худые, но это не делало их милыми пушистыми покемонами, и бегали они очень разумно, пытаясь вырвать кусок халявного мяса, при этом получая лишь тычками по морде.
С другой стороны, только двое из девяти человечков смотрелись достойно и были способны махать мечом впереди. Остальные — так… для массовки стояли.
Этих бы лучше назад, чтобы из луков стреляли. А один вообще еле дышал — сильно раненный в ногу, по которой нещадно текла струйка крови.
— Да, этот уже не жилец. — оценил шансы раненного мужика внутренний голос.
Строй еле держался.
Недалеко, метров сорок, лежал порванный человек с разорванным горлом, грудью и ошметками правой ноги.
— Сколько? — заорал букмекер.
Волчары кидались слаженно. Один отвлекал, а двое бросались в другие места кровавого харча.
— Это точно слабоумные твари? Не, ну ты посмотри! — издевался внутренний голос.
— Сколько минимально?
— Двадцать меди.
— Тогда два серебра на этих псов. Нет, постой. Лучше четыре! Хотя… Нет, погоди. Восемь!
— Правильно! Да… так и надо! Все равно отработаешь бабки! С гармошкой в зубах! Погнали!!!
Да чтоб тебя, молчи, совесть! Что, праведным стал?
— Хренушки!
— Эх! Была не была!
Букмекер довольно кивнул, забрав мои деньги. Да, таких ставок я раньше не делал.
— Где тебя искать? — крикнул вдогонку этому рылу.
Он показал бронзовый жетон с изображением ромба и номером, и рукой с такой же татуировкой — в сторону парапета ворот, а затем дал мне бумагу:
— Римас.
Двенадцать крупными цифрами, а внизу мелкими — триста семь и Б. Л. — обратил я внимание и кивнул головой.
Только сейчас заметил с ним двоих секьюрити. Вангую, бычки-потрошители!
Глаза Элизы расширились от таких крупных ставок. И она тут же спросила:
— Почему на псов?
— А в чем проблема? Я что, гуманист? Филантроп?
— Реалист, — кусая спичку в зубах, запела моя кристально чистая «совесть».
Элиза насупилась:
— Ты проиграешь! Их все равно меньше, и они тощие, как бумага, со стрелами в заднице.
— Увидим…
Вот это да! Какие фразы-обороты у дивчины! А вроде такая скромная няшка с интеллигентным лицом!
— Ага! Все они такие — сперва! Гарная деваха, смотри не упусти! — внутренний рупор зажигал в полную силу.
— А ты — злой, глупый и недальновидный, — она на меня разозлилась. — Прости, но ставить на псов…
— Хочешь поспорить? — спросил я ее. Похоже, зря.
Она удивленно взглянула и с досадой сказала:
— У меня нету денег.
И вызывающе глянула глазами, полными праведной веры, даже без капли сомнений. Святая наивность! Откуда такие берутся?
— Давай разведем на натуру девчонку, — настойчиво шептал внутренний демон.
— Ну, хорошо! — примиряюще буркнул я, улыбнулся в глаза, а потом схватил ее за руку: — Как скажешь, пусть будет, по-твоему. Я тебе верю, Элиза. Но ставки уже сделаны, и деньги ушли.
— Я же говорила!
— Ты глупый! — внутренний жабо-хомяк угорал и стебался.
— Зря ты! — она тоже хихикнула.
Да вы что, сговорились?
А тем временем все быстро менялось. Одного пса подстрелили в задок, на что зал бурно взревел. Пошли восторги и гогот театра.