Там, за зорями
Злата с Лешей провели в этой школе целый день. Оказалось, дети здесь не только поют, а еще и рисовать пытаются, и ставят маленькие сценки, в которых сами же и играют. У них даже КВН свой есть и маленький садик во дворе школы, в котором дети с удовольствием проводят время.
Леша со Златой побывали везде, их даже покормили обедом в школьной столовой. Потом в актовом зале собрались артисты, и началась репетиция.
Лешкина мама, Анна Борисовна Блотская, до последнего верила, что сможет провести этот концерт. Она собиралась быть ведущей. Любя этих детей, она так хотела показать городу, что и среди них есть таланты… Но болезнь оказалась сильнее. Поэтому папку с немногочисленными словами ведущей передали Злате, а Лешка, который в общем-то сейчас был их худруком, еще и за звук отвечал. Да и сам участвовал в концерте, собираясь вместе с детьми исполнить несколько песен.
3лата вообще не очень-то любила выставлять себя на всеобщее обозрение, на передний план, так сказать. Но она не могла отказать ни Лешке, ни детям. На первой репетиции только она одна, не поднимая головы, читала все с листа, при этом так извиняюще пожимала плечами и мило улыбалась, ставя неправильно ударение в чьей-нибудь фамилии, что дети, конечно, простили ей все промахи и к концу репетиции были от нее в полном восторге. Злата Юрьевна, в свою очередь, пообещала к завтрашнему прогону все выучить наизусть и все фамилии запомнить.
Домой они возвращались ближе к вечеру. В Лешкин район приехали на его машине, оставили ее на автостоянке и решили немного прогуляться по улице. Вечер был на удивление теплым, солнце уже скрылось где-то за многоэтажками, но темно еще не было. Парочки прогуливались в обнимку, и молодежь веселыми компаниями сновала туда-сюда.
В киоске Блотский купил им по бутылке кока-колы и еще шоколадный батончик для Златы, которая любила сладкое. Они уселись на лавочку и, лениво потягивая газировку, поглядывали по сторонам.
— Дома у меня в холодильнике мышь повесилась, — сообщил Полянской парень. — Может, стоит зайти в магазин и пополнить припасы? Ужин будем готовить?
Девушка смешно сморщила носик, и Лешка улыбнулся.
— Понятно. А к завтраку я схожу в булочную за свежими круассанами с шоколадом. Они сами их там пекут с утра пораньше, ты просто пальчики оближешь, я тебе это гарантирую.
— Ага, и растолстею так на твоих вкуснейших круассанах за неделю… Ой, Лешка, как же это я… — девушка резко повернулась к Блотскому, и глаза ее сделались огромными, совсем как блюдца. — А что я надену? В чем я буду концерт вести? У меня ведь кроме того выпускного белого платья да атласных сапожек и нет ничего!
— Мы купим тебе шикарное платье! — с невозмутимым видом заявил парень и, скрестив руки на груди, покосился в ее сторону.
— А где мы денег возьмем? У меня нет…
— У меня есть.
— Леш, но ты вовсе не обязан… Слушай, у меня же здесь живут знакомые девчонки, я тебе уже говорила, мы вместе учились в университете. Может, я позвоню им завтра и…
— Нет уж. Мы завтра же с утра поедем в один классный магазин и купим тебе платье, в котором ты могла бы и концерт вести, и… Послушай, Злата, — парень резко обернулся и взял ее за руку. — А почему бы тебе не спеть?
— Что? «Ах, мамочка…»?
— Нет, но на самом деле у тебя эта песня очень здорово получалась, звонко и голосисто! Так, — парень встал и потянул девушку за руку, заставляя подняться с лавочки и последовать за ним. — Пойдем-ка домой, у меня есть множество профессиональных минусовок, что-нибудь мы обязательно подберем!
— Лешка, ты что? Да я опозорюсь и все вам испорчу! — пыталась протестовать девушка, следуя за ним. — Я не смогу…
— А мне кажется, у тебя здорово получится!
— Я не стану кривляться в бусах и трусах под фанеру из репертуара нашей эстрады! — со всей серьезностью заявила ему девушка.
— И в мыслях у меня не было подсовывать тебе такое и эпатировать публику! — засмеялся парень.
— С добрым утречком! — раздался утром следующего дня бодрый голос Леши Блотского в проеме ниши, где девушка спала.
Перед этим парень долго стучал, но Злата спала, как убитая. Лешины соседи вчера, наверное, сходили с ума. Девушка даже всерьез опасалась, как бы они милицию не вызвали, чтобы утихомирить буйных соседей! Во сколько, интересно, они все же угомонились? Точно уже за полночь… Что они вчера только здесь не вытворяли, особенно после того, как Лешка все же сходил за бутылкой шампанского в ночной супермаркет, что за углом! Чего они только не пели!
Что-то нечленораздельно промычав в ответ, девушка натянула одеяло на голову и отвернулась к стенке — она жутко хотела спать.
— Злата Юрьевна, кофе, между прочим, готов, и круассаны стынут. Ты какой будешь? С шоколадом или с клубникой?
В ответ снова тишина.
— Злата, — голос Блотского прозвучал уже рядом.
Присев перед ней на корточки, парень осторожно убрал со щеки девушки волосы и легонько подергал ее за ухо. Девушка открыла один глаз и сонно улыбнулась.
— Вот скажи мне, дорогой друг, отчего это ты, во сколько бы ни лег, поутру выглядишь бодрым и отдохнувшим, а я не могу оторвать головы от подушки? — охрипшим голосом медленно произнесла она.
Парень в ответ лишь улыбнулся и легко вскочил на ноги.
— Я иду накрывать на стол, а ты давай в душ и за стол. Прямо сейчас мы едем по магазинам, а потом снова в школу Я хочу сегодня вывезти детей в ДК Железнодорожников. Им нужно почувствовать сцену, привыкнуть к ней. Сегодня мы будем репетировать там. Кстати, Злата, — уже в дверях обернулся Лешка. — Так ты решила, какую песню будешь петь?
— Ох! — горестно вздохнула девушка и на секунду снова уткнулась лицом в подушку. Но только на секунду. — Я думаю, про соловушку, который в роще пел. Мне кажется, народные песни у меня неплохо получаются… К тому же… — девушка отбросила в сторону одеяло и села в постели, нисколько не стесняясь Блотского, потому что была в пижаме. Но Лешка все равно отвел глаза в сторону, лишь на мгновение скользнув взглядом по полным грудям Полянской, на которых натянулась тонкая атласная пижама, отделанная кружевом. — К тому же я кое-что придумала в дополнение к этой песне. Эта песня прям как история! И кому я там буду петь: «Ой, как ты мне нравишься!»? Ты просто обязан быть на сцене! И мне там одной не так страшно будет!
— Хорошо, — парень улыбнулся и вышел из комнаты.
Злата быстренько приняла душ, они позавтракали, собрались и на Лешкиной машине поехали по магазинам. Злата, будучи совершенно не капризной девушкой, не хотела особенно перебирать, выбирать и примерять. К тому же платье ей собирались покупать за Лешкины деньги, а она подозревала, что их у него не так уж и много. Она не спрашивала его ни о чем, но догадывалась, что на радиостанции он больше не работает и в данный момент вообще нигде.
Если бы она была одна, первое понравившееся платье было бы куплено. Но рядом был Блотский. И он, оказывается, знал толк в одежде. Пришлось Злате примерить с десяток нарядов, пока, наконец оба не согласились, что розовое платьице без рукавов лучше всего подходит ей на роль ведущей и артистки. К тому же это платье, украшенное посередине кружевом, в которое была втянута белая атласная лента, заменяющая пояс, идеально подходило под ее атласные сапожки, а две нижние юбки из полупрозрачного шифона делали его нарядным и вечерним.
В школу-интернат они приехали ближе к обеду и, снова погрузившись в особую атмосферу, царившую здесь, позабыли обо всем. Дети очень обрадовались Лешкиному предложению поехать в ДК, тем более что проблем с транспортом не возникло — в школе был собственный, специально оборудованный автобус. Уже после обеда они увлеченно репетировали на большой сцене.
Они вообще много репетировали все последующие дни. Концерт, билеты на который давно были распроданы, неумолимо приближался. Дети ждали его с нетерпением, а Злата с каждым днем боялась все больше. Леша тоже волновался, но он уже имел некоторый опыт, а Злата нет. Он очень хорошо понимал страх девушки, но зацикливаться на нем не позволял. После того, как репетиция заканчивалась, парень увозил Злату гулять по Минску. Они заходили в кафе, в кино, ездили в гости к Лешкиным друзьям и навещали его отца.