Предложение руки и перца (СИ)

— Быстро, рисуй портал по этим координатам! — нервничала я, видя, как Бубончик полез рисовать мелом новый портал, тщательно выписывая координаты. — Я хочу посмотреть на свои земли!
Портал был готов через две минуты. Бубончик, утирая пот, сидел на диване, а в углу валялся молоток и гвозди.
— Я тебе все в доме починю! — произнес он, а мои ноги уже отрывались от пола, пока в глаза бил яркий свет. Ослепительная вспышка заставила меня зажмуриться, а меня шлепнуло оладушком вниз в какую-то чавкающую грязь. На унылом, ветхом столбе висела табличка «Говнегадские болота».
Сплевывая грязь, я осмотрелась, видя мрачноватый, скрюченный лес, чавкающую грязь под ногами и чахлую, почти заросшую тропинку, ведушую прямо. Я достала карту, глядя на вывеску и попыталась понят, куда меня занесло. Не может быть! Это какая-то ошибка! Следуя магической стрелочке на карте, я двигалась по тропинке, натянув на нос ворот от платья. Где-то что-то булькало, жужжали комары и скрипел сухими ветками корявый лес.
Мимо меня пролетел комар таких размеров, что я разглядела, что это — самец.
— Через десять шагов поверните на север! — прочитала я указания магической карты, а стрелочка показывала направление. Взобравшись на холм, я сделала еще несколько шагов и…
— Вы пришли! — прочитала я, осматривая местность. — Вы находитесь на своей земле!
Я сделала шаг в сторону, как вдруг карта противным голосом заявила: «Вы нарушили границы чужих владений!». Я сделала шаг в другую сторону, чтобы услышать примерно тоже самое. Где-то неподалеку утробно чавкала трясина
— Отличное место! Главное, природа! — икнула я, видя скрежещет мрачный лес. — Да здесь же можно охотиться!
Мимо меня пролетела стая комаров, размером с два кулака каждый.
— Нет, ну почему бы не сделать каминный зал с трофеями? А что? Приедут гости, а я им что-то вроде: вот этого комара я долго выслеживала! А этого победила в неравной борьбе, зарубив охотничьей палкой! Пошел вон, гнусь! У меня еще зала нет для трофеев! Ишь, какой шустрый! — мрачно усмехнулась я, стоя на одной ноге, как цапля. Если я сейчас опущу ногу, то нарушу границы чужих владений. Соседи на меня войной пойдут! Целое войско приведут! Бактерий! Как плюнут на меня, так мало не покажется!
Нога устала, и я опустила ее. В этот момент карта сообщила, что границы соседских земель были бесцеремонно нарушены!
— Зато природа здесь — живописная, — вздохнула я, отбиваясь рукой от голодного комара — кровососа. — Живо обписатся можно! А вот была бы у меня нога сорок пятого размера, то вряд ли я бы уместилась на собственных землях. Тьфу!
Я скатала план участка, насмешливо перечитывая описание чудесной природы, роскошных охотничьих угодий и собственного озера!
— Так, а где мое озеро? Я не поняла! — возмутилась я, глядя на план. — Или озеро делаю сами, когда видят участок на местности? Может, когда составляли план, здесь была лужа?
Ковыляя в сторону портала, я с усмешкой смотрела на карту, чувствуя глубокое разочарование. Совсем забыла! Мне сегодня к вампиру!
Со всех ног я бросилась бежать обратно, чувствуя, что на этот раз портал меня не подвел, и я очутилась в своей квартире.
— Ну как? — с любопытством спросил Бубончик.
— Примерно как! Размером с чей-то «как», — бросила я, ковыляя за бутербродом. Мне на глаза попалась книга «Девственница для кровожадного вампира. Том первый». Я схватила его, понимая, что нужно как следует подготовиться. Через час я сидела в окружении пяти томов, пробегая глазами историю любви клыкастого Арнольда фон Гроссеншатрн дель Педро де Лакруа и какой-то просто Марии. Если в первых трех томах кровь пил у нее он, склоняя на темную сторону силы. То в последующих двух его кровь пила она, став законной женой.
— Бррр! — скривилась я, читая про то, как одинокая девственница Мария решила поохотиться на древнего вампира. Хобби у нее, видимо, было такое! Если кратко пересказать первую половину книги, то она шла вбить кол в сердце этого фона как-то там… А в итоге он вбил кол в нее, но не в сердце, а туда, докуда смог дотянуться, задрав ее юбку. Сцена знакомства была расписана на сорок восемь страниц. Мне кажется, что нет такой могилы на кладбище, нет такого дерева, к которому не прислоняли бедную Марию. В итоге они решили познакомиться.
 
— Гадость! — поморщилась я, засовывая книги обратно в шкаф и набирая ванну. «Мойте шею с мылом, вампир заходит с тыла!», — пошутила я про себя, оттирая свои «земли» с ног щеткой. А то хожу тут и разбазариваю драгоценную клумбу!
За дверью послышалось, что все готово, и я, не сильно доверяя вампирам, закуталась в полотенце и поплелась в сторону кухни. Там, под столом, доживала свои дни старушка-табуретка. С легкостью оторвав ей ножки, я осмотрелась по сторонам, прикидывая, как на всякий случай сделать из них колья. Не доверяю я клыкастым!
И тут я вспомнила, что у меня есть мужик в доме, поэтому резвым шагом направилась к нему, неся будущее оружие для самообороны и кухонный нож.
— Когда я учился в Академии, все мечтали кем-то стать! — стругал на кухне Бубончик колья. Я примеряла на себя наряд и роль несчастной девственницы, готовой отлить сначала просто, а потом кровушки голодному вампиру. — В итоге что? Трое стали зомби. Мама говорит, что там особо мозгов не нужно! Двое стали вампирами! Мама сказала, что нужно было мыть руки с мылом!
Я стояла перед зеркалом, ловя себя на том самом противном чувстве, которое отгоняла от себя с тех пор, как меня вышвырнули из Академии. Она иногда посещала меня, причем, спонтанно, в самый неподходящий момент. Стоит мне увидеть влюбленную парочку или счастливую семью, это странное чувство начинает подкрадываться ко мне, заставляя отводить глаза. С обложки книг про вампиров на меня смотрела красивая пара, а я швырнула книгу подальше, стиснув зубы.
— У меня получается! — послышался гордый и гнусавый голос за дверью.
— Успокойся, — потребовала я от себя, умываясь ледяной водой. — То, что в твоей жизни никогда не будет любви — это еще не катастрофа! Просто не будет! Нет, конечно, любить я смогу, но … Но какой мужик согласиться на обмены любезностями? И чем больше я вижу мужчин, тем больше понимаю, что «Привет, как тебя зовут?» — это всего лишь прелюдия к постели.
Моя дрожащая рука вытерла слезы, потекшие по лицу, а потом случайно перевернула флакон с помадой.
Ненавижу такие моменты, когда на меня накатывает период «за что?». Это выглядит так, словно тебе запретили есть вилкой. Можешь есть ложкой, руками, но не вилкой! Ни в коем случае! И в этот момент ты понимаешь, что вилка — прекрасна. Вокруг вилки появляется какой-то божественный ореол недосягаемости.
— Что с тобой? — уныло спросила я себя, еще раз швыряя книгу с красивой обложкой, на которой мужик хоть куда обнимает красавицу. Он любит ее, она любит его. И у них есть то, чего никогда не будет у меня. Слово «никогда» пугало, заставляя слезы стекать в три ручья. Сколько раз я уже проклинала свой дар, сколько раз думала о том, а что бы было бы, если бы я родилась обычной девушкой? Я бы влюблялась, мечтала, встречалась, расставалась. Но…
Моя рука прикоснулась к моим дрожащим губам, словно пытаясь что-то с них оттереть. Я яростно терла губы, понимая, что это бесполезно! В моей жизни никогда не будет букетов цветов, красивых признаний, поцелуев просто так. Меня не будут нежно обнимать и прижимать к себе, целовать и …
Я сделала глубокий вдох, поправляя волосы и стирая слезы. С обложки на меня смотрел красавец брюнет, напоминающий мне кого-то вредного и противного. А девушка в лиловом платье, прижавшаяся к его груди чем-то напоминала меня. У нее были такие же волосы и похожие глаза.
 
— Так вот оно что, — усмехнулась я, прислушиваясь к себе. — Тебе ясно дали понять, что между нами ничего не будет! Он никогда не опустится до простолюдинки…
— Я сделал! Я многое знаю про вампиров! Они умирают от удара колом в сердце! — послышался радостный голос за дверью.