Предложение руки и перца (СИ)

Стоило мне открыть глаза, как я с ужасом увидела свой плевок на чужом лакированном сапоге.
Перчатка опустилась в карман, а на губах дрогнула едва заметная улыбка.
— Рот открой, — приказал голос, пока я не понимала, что он собирается делать? Так! А где мой чемодан? Кто это вообще? Куда я попала?
Перчатка с усилием заправила мне в рот кусочек чего-то сладкого, пока я стояла в шоке, отчетливо понимая, что мне только что дали сахарок.
— Она — хорошая девочка, — потрепали меня по голове, а потом повернулись к собаке. — А ты не заслужила. Плохо ловила мячик. А она поймала с первого раза.
Я со всем негодованием смотрела на мужика, которого хотелось задушить любовью и зарыть в лепестках роз, тщательно притаптывая место захоронения. И тут я как бы вспомнила, о чем писали в умных книжках для женщин, решив потренироваться на подвернувшемся под грязную руку экземпляре. «Чтобы не случилось, не теряйтесь!», — нашептывала тщательно проработанная книга.
— О, вы сегодня такой красивый, — с улыбкой произнесла я, сплевывая грязь. На меня смотрели с явным подозрением. Тишина затягивалась, но книги наперебой говорили, что «неловких пауз» быть не должно.
— Я вижу, что смутила вас, — произнесла я, пряча вонючие ладошки за спиной. — Вы даже …эм… покраснели.
— Вы ошибаетесь, — послышался спокойный голос. — Я просто багровею от гнева.
— Ой, простите, — тут же отошла на шаг я, растягивая клочья юбки в реверансе.
— Вы мне этот букетик несете, — насмешливо и спокойно произнес собеседник что-то показывая взглядом. Я недоверчиво опустила взгляд, видя сквозь лохмотья юбки свои испачканные ноги и трусы в веселый цветочек! Лучшего белья я у себя не нашла! И вообще, мне кажется, что пушистый шмель может заинтересоваться такой роскошной клумбой.
Вот мерзавец! Я тут же запахнула юбку, становясь красной, как помидорка. Ничего! Сам напросился!
— Простите мне мою неловкость, просто вы мне сразу понравились, — я осторожно приближалась к жертве, не переставая мило улыбаться. «Правильно! Мужчины любят комплименты!», — соглашались книги, пока я всеми силами изображала очарованную женщину. Так советовали эксперты по соблазнению. — Я давно наблюдаю за вами из кустов! Знаете, более мужественного и привлекательного мужчины еще не видела в своей жизни!
Эта мерзость поднял бровь, пока я уже приблизилась вплотную и схватила его одной грязной рукой за камзол, с наслаждением вытирая об него руки. А могла бы и ноги. «Чтобы вытереть ноги об мужчину, его нужно для начала уложить!», — соглашался консилиум умных книг, прочитанных мною почти полностью.
— Тссс! — прошептала я, глядя на него со всей страстью, на которую только была способна. — Не говорите ни слова! Слова тут явно лишние!
С этими словами я приложила грязный пальчик к приоткрывшимся губам жертвы. Глаза «сахарочка» расширились, и что-то стало настойчиво убеждать мои ноги разминаться перед долгой пробежкой.
Я видела, как он сплевывает, вытирая губы платком.
— А если я прикажу взять тебя? — произнес негромкий голос, а я обернулась, в надежде успеть к порталу. Все! Хватит с меня карьеры развратницы! Пусть завязывают на узелки!
— Ему? — мой взгляд спустился вниз по еще недавно чистому камзолу в сторону штанов. — А без приказа он уже никак? Вот так всегда бывает. Твой друг был весел и игрив, а сейчас вял и ленив…
Нет, ну как удачно я вспомнила рекламу «Волшебного корма для собачек», которую крутили иллюзией в каждом магазине!
— Мерзавка, — произнес незнакомец, а уголок его губ дрогнул. — Маленькая, дерзкая мерзавка.
— Сам не лучше! — принюхалась я, понимая, что дело набирает прескверный оборот. Я пятилась к кустам, в которых спрятался портал, но меня схватили за руку. — О, вижу с ним вы дружите, а голову в компанию не берете?
Я рывком выдернула руку и попыталась спастись бегством!
— А как же попросить прощения? — произнес незнакомец, поймав меня почти на самом подлете к колючкам, разделяющим меня и портал. Собака радостно лаяла, пытаясь ухватить меня за клумбу, пока я отчаянно брыкалась, награждая заслуженными пинками чужие штаны.
 
— Проси! — дерзко отозвалась я, пытаясь вывернуться. — Но только с чувством, толком и расстановкой…
Я прекрасно знала, что сейчас игра закончится, причем, в мою пользу. Ловко вывернувшись, я схватила его за шею и стала целовать.
«Ты забудешь обо всем, что только что было!» — внушала я, целуя его с явным наслаждением. Погодите! Сейчас-сейчас! Я ему устрою!
«Отведешь меня к принцу… или кто тут у вас! Дашь деньги на новое платье, разденешься и будешь бегать вокруг замка, прикрывая достоинство руками! А потом сделаешь целебную органическую маску на все лицо…», — разошлась я не на шутку, кусая его за губу. Дальше я пока не придумала, но мне казалось, что этого слишком мало!
«Ты будешь ползать по траве, как будто ты кот и у тебя глисты. Потом … эм… потом…», — импровизировала я, предвкушая предстоящую месть.
Меня пытались оттолкнуть, но я еще не все учла! Не злите человека, способного одним поцелуем сделать из вас идиота!
Фантазия исчерпалась, а я отпрянула, сплевывая на землю. Ну, приступай! В моих глазах горел злорадный огонек, и я уже потирала лапки от предвкушения. Нечего злить менталиста!
— Ты что натворила? — ужаснулся моя жертва. Так! А вот это плохо! Видимо, что-то не так сказала… Нужно повторить! Срочно!
Не нужно дразнить мою самооценку! Этот страшный зверь кусается! Ничего, сейчас снимем с него намордник!
Я целовала с упорством, чтобы уже наверняка, не давая жертве вырваться из моих цепких объятий. Меня сначала пытались оторвать, но пиявки аплодировали мне стоя, пока вампиры записывались на мастер-классы. Наконец-то я отлипла, повторив еще раз заклинание, на меня смотрели с таким ужасом, что подозрения стали на цыпочках закрадываться в мою душу.
— Хочешь никогда не работать? Хочешь, чтобы тебя кормили и одевали? — внезапно выдохнула жертва, приложив руку к губам. Кружевная маска упала на землю, но прядь волос еще прикрывала половину лица, которую разглядеть мне не удалось. — Хочешь стабильности?
— А кто ж ее не хочет? — негромко прошептала я, ужасаясь тому, что впервые в моей жизни убеждение не подействовало. Холодок ужаса пробежал по моей спине, когда стало понятно, что натворила! «Все в порядке!», — убеждали книжки. — «Как только он поймет, что вы ему нравитесь, он захочет познакомить вас с друзьями или кругом общения! Это нормально для мужчин. Они любят хвастаться девушкой!».
— Стража! — скомандовал незнакомец, снова прикасаясь рукой к своим губам и глядя на меня с какой-то затаенной ненавистью. Через мгновенье он опомнился и приложил руку к лицу, прикрывая его половину, пока собака услужливо подавала хозяину маску с травы.
Громыхая доспехами и оружием, на зов примчалась стража, а незнакомец выставил в их сторону руку. Ура! Нас знакомят со стражей!
— На три шага, — предупреждающе произнес незнакомец, и стража послушно отступила, сохраняя дистанцию. Что с ним такое? Я пыталась прорваться к порталу, но меня держали за кисть руки. — Три шага в сторону от меня! Это приказ!
— Простите, он новенький. Его только вчера назначили, — оправдывался один из стражников, утаскивая недоумевающего, как и я, юнца в сторону. — Никогда не приближайся к его величеству больше, чем на три шага!
Его величеству? «Если вы понравитесь мужчине, то он не захочет вас отпускать!», — книжечки по обольщению аплодировали страничками.
— Заприте ее пока в комнате, — отдал приказ незнакомец, надевая маску на лицо. Он снова прикоснулся к своим губам, бросив на меня взгляд, полный ненависти.
 
«Помните, поначалу мужчина будет в замешательстве. Ему нужно все обдумать, поэтому дайте ему время!», — обнадеживали книжки, пока я отбивалась от стражников.
— Мне нужно время, чтобы принять решение, — глухо произнес незнакомец, идя следом. Собака бежала рядом, словно защищая хозяина.
Стража вела меня по саду, а я упиралась так, что после меня можно было сеять. «Помните, женщина должна упираться до последнего, чтобы в разбудить в мужчине инстинкт охотника!», — предупреждали книжки, пока я с особым рвением выполняла их совет.