Тайны Реннвинда. Поцелуй ночи

Вдруг мои мысли прерывает рычание мотора.
Я оборачиваюсь и вижу, как к стоянке, прилегающей к школе, подъезжает блестящий черный внедорожник. Он делает резкий маневр и быстрее остальных вписывается в узкое пространство между другими автомобилями. Его шины визжат, и водители машин, которым повезло меньше, сигналят лихачу. Вряд ли, их гудки произведут хоть какое-то впечатление на обладателя грубой силы.
Вот он уже выходит из машины, лениво хлопая дверцей. Рослый блондин с длинными кудрявыми волосами, убранными в низкий хвостик. Голубые глаза, кажущиеся холодными и бездонными, впечатляющий рост, мощные плечи и легкая походка хозяина жизни – настоящее олицетворение силы. Красивый и бесстрашный, точно викинг.
Пока парень, закинув сумку на плечо, уверенно движется вдоль стоянки, я представляю, как красиво будут развеваться по ветру его волосы, если их распустить.
– Не пялься так. – Усмехается кто-то.
Я бросаю взгляд через плечо и вижу ту самую девчонку, что подсказала мне вчера дорогу. Сегодня на ней форма гимназии: сдержанная темно-синяя водолазка, жилет, юбка до колена и черные лоферы. И только полосатые гольфы и украшенные десятками заколок волосы выдают бунтарский дух.
Я спешу отвернуться и вижу, как от компании стройных девиц в коротких юбочках отделяется высокая блондинка с идеально прямыми волосами и стопкой учебников, зажатой подмышкой. Она влетает прямо в объятия викинга, и тот… впивается ей в губы поцелуем. Это не правильно, но в этот момент я думаю о том, каково это – целовать его? И размышляю, побегут ли мурашки по моей спине, если он обнимет меня вот так, по-хозяйски, за талию?
Они идут вместе по направлению к входу, и парень внезапно поворачивается ко мне. От его неприязненного взгляда мне вдруг становится не по себе.
«Не пялься так» – звенит в голове голос девчонки.
И, словно очнувшись ото сна, я резко втягиваю носом прохладный воздух, поднимаюсь по ступеням и спешно вхожу в здание вслед за ними.
Кабинет с надписью «Директор» в узких коридорах с высокими потолками мне удается найти без труда.
– Присядьте. – Подсказывает мне секретарь.
Я опускаюсь на скамейку и вижу напротив себя здоровяка.
Парню лет семнадцать-восемнадцать, его темные волосы коротко пострижены, черты лица заострены, и наглая ухмылка на их фоне лишь подчеркивает крутой нрав. Он сидит, ссутулившись и нарочито бесцеремонно вытянув ноги. Незнакомец будто спит, его глаза прикрыты, но я точно уверена, что сейчас он смотрит прямо на меня.
Я тоже не тушуюсь: открыто разглядываю его крепкую фигуру, белые кроссовки, мятые брюки и выглядывающую из выреза косухи светлую джерси с гербом школы.
Голубоглазый викинг держался точно элита этого заведения: грубоватый, знающий себе цену, но ухоженный, а этот – этот чистый бунтарь. Такому точно плевать, как на него посмотрят, и что подумают.
Я сканирую глазами его фигуру, сильные руки и затем вдруг вижу ухмылку на губах – значит, заметил мой интерес. Точно – смотрит мне прямо в лицо. Мне становится неловко, но вида не подаю: стойко выдерживаю его взгляд.
«Глаза у него карие, – отмечает мозг, – хитрые, но добрые»
– Микаэль Линдстрём, – слышится голос секретаря.
Брюнет поднимается со скамьи и подмигивает мне. Провожая его взглядом, я гадаю, отчего все парни в этой гимназии такие рослые и крепкие? Может, они из школьной команды по хоккею? Или у них здесь популярна гребля?
А когда он выходит из кабинета, мы снова встречаемся взглядами. Парень подходит к столу секретаря и протягивает ей какую-то бумагу. Та выглядывает из-за него и приглашает меня:
– Линнея Остлунд, можете войти.
– Спасибо, – киваю я.
И пока направляюсь в кабинет директора, остро чувствую на себе взгляд парня в косухе.
 
Глава 4
 
– Линнея. – Директор, женщина лет сорока, приветствует меня сдержанной улыбкой. – Меня зовут Клара, я – руководитель этого заведения. Присаживайся. – Она указывает на стул, а сама садится на свое кресло.
– Здравствуйте. – Киваю я, опускаясь на стул и сжимая пальцы на ремне сумки.
 
Стараюсь держать спину прямо и не нервничать.
– Так, значит, ты из Флодберга?
– Да.
– Большой город. – Женщина заправляет за ухо жесткую темную прядь.
Ее прическа – волосы до плеч, стоящие колом, будто их отутюжили и закрепили стойким лаком. Плечи директрисы расправлены, спина – точно гладильная доска, вся ее поза, каждое движение рук говорит о том, что она прямолинейна, тверда и любит конкретику в любых отношениях.
– Моя мама родом из Реннвинда. – Произношу я, разглядывая ее жакет.
На нем ни единой складочки, он так же идеально выглажен, как и ее прическа.
– Карин Остлунд? – Кивает она. – Да, я успела просмотреть твои бумаги. Кстати, ты принесла оригиналы?
– Да, конечно. – Я достаю из сумки и протягиваю ей документы.
– Мы с ней были знакомы. – Впиваясь взглядом в папку с бумагами, сообщает Клара.
– Правда?
– Не близко. У нас было всего несколько общих предметов в школе. – Она быстро листает бумаги, пробегается глазами по строчкам. – Кстати, где твой опекун, Линнея? Кажется… Ингрид? Ингрид Свенссон? Они с Карин, кажется, были подругами?
– Да, тетя Ингрид воспитывала меня с рождения.
– И когда она подойдет? – Директриса поднимает на меня взгляд и прищуривается. – Нужно, чтобы твой опекун подписал все нужные бумаги и составил заявление.
У меня пересыхает в горле.
– Она… Тетя сейчас занята переездом. Столько коробок, вещей… Сегодня Ингрид руководит разгрузкой мебели в доме.
– Вы заселились в дом Вильмы?
– Э… да.
– Хорошая была женщина. Соболезную.
– Спасибо. – Я опускаю глаза.
Странно принимать соболезнования в смерти того, кого ты никогда не знал.
– Так когда мне ждать твою тетю?
Её испытующий взгляд буквально вгрызается в мое лицо. Только бы не покраснеть.
– Я думаю, она подойдет на неделе… – бормочу я, вдавливая ногти в ладони.
– Отлично! – Губы Клары вытягиваются в тонкую ниточку.
И я впервые замечаю хоть что-то неидеальное на ее лице: когда женщина натянуто улыбается, ее лоб заполняется тонкими складочками морщин.
– Добро пожаловать в гимназию Хемлиг. – Директриса захлопывает папку с моим делом.
– Спасибо.
– Думаю, ты можешь приступить к учебе прямо сейчас. – Вдруг выдает она. – Секретарь выдаст тебе твое расписание, а насчет учебников и школьной формы подойдешь к менеджеру учебной части на цокольный этаж.
– Прямо сейчас?
К этому я не была готова.
– Конечно! А чего ждать?
– Х-хорошо. – Нехотя киваю я.
– Тогда ступай. – Клара склоняет голову набок, и ее прямые волосы отклоняются от шеи ровно под прямым углом.
– Спасибо. – Говорю, поднимаясь.
– И кстати. – Останавливает она меня.
– Да?
– Я видела в твоем деле отметку о предписании посещений психотерапевта. – Ее глаза с подозрением сужаются.
– Да… – Признаюсь я. Мой мозг отчаянно ищет решение, ведь те назначенные десять обязательных сеансов я так и не прошла: все закончилось еще на первом приеме, когда специалист стал подозревать у меня галлюцинации и искать признаки диссоциативного расстройства личности. – У меня было расстройство сна. – Объясняю я. – Большой стресс, сильная нагрузка по учебе и, как следствие, бессонница. Но все уже прошло.
Клара кивает и участливо улыбается.
– Школьники частенько перегружают себя, понимаю. – Она встает, чтобы проводить меня до двери. – Но тебе придется посетить школьного психолога, Линнея. Не переживай, это просто формальность, все новенькие проходят через это. Просто беседа по душам, и все.
 
– Я понимаю. – Соглашаюсь я, но не удерживаюсь от короткого вздоха.
– Микаэль! – Зовет она, открывая передо мной дверь.
Я делаю шаг и почти наталкиваюсь на коротко стриженного брюнета в косухе.
– Да? – Отзывается он.
На его губах появляется подобие добродушной улыбки. Или он только хочет казаться доброжелательным?