Доминика из Долины оборотней (СИ)

– Да. Книга очень интересная, я её за пару вечеров перевела, отослала, а потом закрутилась – близняшки появились, потом мои родители нашлись, потом…
– Моё похищение, потом перерождение, – подхватила я.
– В общем, замоталась я, и даже не проверила, получили ли мой перевод, всё ли в порядке? Не до почты как-то было. А сейчас ты, Гейб, про работу заговорил, я и вспомнила.
– Прошу! – Гейб прошёл в кабинет, включил компьютер и отошёл в сторонку, чтобы не мешать Рэнди. Мы с Фрэнком остались на кухне, решив пока пожевать ещё немного фруктов, дождаться её и вместе подняться в общую комнату. Я как раз пыталась очистить апельсин, не раздавив его, когда услышала возмущённый и расстроенный возглас Рэнди:
– Нет, ну так нечестно! Я же в отпуске, в конце концов! И вообще – у меня свадьба на носу, мне же некогда!
– Что случилось? – Гейб тут же подхватил Рэнди на руки и вынес из кабинета к нам, в кухню, словно там таилась для неё какая-то опасность.
– Они хотят, чтобы я всю серию перевела. Им понравилось, как я последнюю книгу сделала, пишут, что после меня даже редактировать не нужно, и литературная обработка идеальная. Короче – поют дифирамбы…
– А в чём тогда проблема? – Гейб уже понял, что никакая опасность Рэнди не грозит, и расслабился. Но всё равно старался понять, что же её расстроило.
– Я же говорю – они хотят, чтобы я всю серию перевела!
– А ты не хочешь?
– Хочу! Мне первая книга очень понравилась, я бы хотела перевести остальные.
– Тогда в чём проблема? – Гейб явно запутался.
– Они хотят, чтобы я сделала это по старому графику. Книгу в неделю. А я не могу так быстро. У меня близняшки, Томас, свадьба на носу. И вообще, я в отпуске!
– Так откажись.
– Тогда они отдадут эту серию кому-нибудь другому. Или вообще раскидают по разным переводчикам, потому что так быстро, как я, никто не переводит.
– А чего хочешь ты? – Гейб пытался докопаться до сути.
– Я хочу сама перевести эту серию. Просто не так быстро.
– Так… – Гейб потёр лоб, пытаясь найти решение. – Хочешь, я куплю для тебя это издательство?
– Ради одной книжной серии? – недоверчиво протянула Рэнди.
– Ради тебя, – поправил Гейб. – Чтобы ты не расстраивалась.
– Думаю, такие радикальные меры не понадобятся, – не выдержала я. – Откуда здесь можно позвонить?
Фрэнк тут же подал мне трубку радио-телефона. Опасаясь повредить одно из немногих имеющихся у нас средств связи, я продиктовала Фрэнку номер, услышав который Гейб удивлённо поднял брови. Я молча ткнула пальцем в экран компьютера, который был прекрасно виден сквозь две распахнутые двери, находящиеся друг напротив друга. Гейб присмотрелся, и вначале был явно ошеломлён увиденным, а потом заулыбался точно такой же хитрой улыбкой, что и я. А вот Фрэнк и Рэнди с удивлением переводили взгляд с меня на Гейба, потом на монитор, снова на меня, явно ничего не понимая. Ничего, сейчас поймут.
Вытерев руки полотенцем от апельсинового сока и даже не порвав его при этом, я осторожно взяла трубку, выслушала несколько длинных гудков, а потом сказала:
– Привет, пап!
– Ники! – обрадовался он. – Я так рад, что ты позвонила. Мы с мамой уже соскучились. Как у вас дела?
– А мама рядом?
– Нет, она занимается цветами на клумбе перед домом. От моей помощи решительно отказалась. Так что я пока засел за компьютер, надо с делами разгрестись. Мне отнести маме телефон?
– Не надо, не отвлекай её, я попозже ей перезвоню. Сейчас мне именно ты нужен.
– Что-то случилось?
– Нет, пап, всё в порядке, всё просто замечательно и идеально, не волнуйся. Просто мне нужна твоя… ммм… консультация в одном деле.
– Я слушаю, – голос отца звучал слегка напряжённо, похоже, я не смогла его успокоить. Ладно, сейчас он поймёт, что речь не обо мне.
– Вот представь, работает в издательстве переводчик. Великолепно работает, книгу в неделю переводит. И вот этот переводчик идёт в отпуск впервые за четыре года. Имеет ведь право отдохнуть, верно?
– Верно, – осторожно подтвердил отец. – Ты, случаем, не про Саманту Стоун говоришь?
 
Я вопросительно взглянула на Рэнди, которая прекрасно слышала наш разговор, как, впрочем, и мужчины, и она подтверждающе кивнула. Кажется, она начала обо всём догадываться и уже, чуть недоверчиво, улыбалась. Ещё бы, совпадение было совершенно невероятным.
– Про неё самую, – подтвердила я. – Пап, тебе не кажется нечестным прислать ей книгу для перевода, когда она в отпуске?
– Откуда ты знаешь Саманту Стоун, – отец был явно ошеломлён.
– Встретились при весьма необычных обстоятельствах, – туманно ответила я, любуясь тремя широкими улыбками на лицах слушающих наш разговор. – И представь, какая несправедливость – когда она, несмотря на отпуск, всё же перевела эту книгу, ей выдвигается ультиматум: либо она переводит всю серию в прежнем режиме, книгу в неделю, либо серию отдают другому переводчику. А она не может теперь работать по старому графику, но всё равно хотела бы сама перевести эту серию, просто не так быстро. Не может она теперь так же быстро.
– Ники, подожди, я что-то не понимаю, в чём проблема? Прежде она прекрасно справлялась с этим графиком, сама его предложила. Мы даже готовы подождать до окончания её отпуска, там осталось-то меньше недели. Она четыре года так работала, что изменилось?
– Что изменилось? Изменилось то, что прежде она была одинока, а теперь у неё есть семья. Очень большая семья. И если раньше времени у неё было с избытком, то теперь его просто в обрез. И у неё скоро свадьба – подготовка и всё такое. А впереди ещё медовый месяц. И нужно заботиться о будущем муже, о его младших братьях и сестрах, обо всей его беспокойной семейке, которую вечно нужно от чего-то или кого-то спасать, в том числе и племянницу жениха, которую то похитят, то переродится она раньше времени…
– РЭНДИ?! – до отца, наконец, дошло. Да, уж, разжевала я всё основательно, разве что вслух имя не назвала. – Ты говоришь про Рэнди? Саманта Стоун – это она?
– Сюрприиииз! – воскликнула я под смех присутствующих, которые уже не сдерживались.
– Поверить не могу… А ведь если вдуматься – ну кто сможет так быстро и качественно переводить, если не бессмертный? Мне бы задуматься, удивиться подобной работоспособности, но мне казалось, что под этим именем скрывается целый коллектив переводчиков. А это наша Рэнди…
– Как тесен мир, – покачал головой Гейб.
– Одна большая деревня, – согласился Фрэнк.
– Но как ты догадалась? – Рэнди всё ещё не до конца осознала происходящее. Я вновь ткнула пальцем в монитор, на котором было открыто письмо, так расстроившее Рэнди.
– Логотип папиного издательства я узнаю где угодно.
– Ники, дай Рэнди трубочку, пожалуйста, – напомнил отец о своём присутствии. Я выполнила его просьбу и услышала. – Рэнди, извини, я действительно был не в курсе. Ты наш лучший переводчик, очень не хотелось бы тебя терять, но если ты не сможешь…
– Я смогу! Я хочу перевести эту серию. Просто не знаю, как у меня будет со временем. Не хотела бы связывать себя жёстким графиком. В последние недели моя жизнь вообще никаким графикам и планам уже не подчиняется.
– Никакого графика. Серия твоя. Сделаешь, когда сможешь. Кстати, тебе действительно предъявили ультиматум, или Ники преувеличила?
– Действительно, – вздохнула Рэнди. – Отсылая прошлый перевод, я написала, что хочу перейти на новый график. А мне в ответ: «Или-или», без вариантов.
– Перешли мне это письмо, пожалуйста, на личную почту. Гейб и Ники знают адрес. Я должен это увидеть. И моего зама, похоже, ждёт серьёзный разговор по поводу того, как можно, а как нельзя вести переговоры с одним из лучших работников издательства. Он должен был хотя бы попытаться выяснить причину таких изменений, предложить тебе гибкий график, какой-то компромисс. В общем, я разберусь. А серию тебе пришлют, как только твой отпуск официально закончится, не раньше. И никакого графика. Наслаждайся отдыхом, ты его заслужила.