Доминика из Долины оборотней (СИ)

Дэн представил нас друг другу, мужчины обменялись рукопожатиями, нас с Рэнди обняли и слегка покружили под недовольными взглядами наших мужчин, после чего мы расселись по диванам и креслам в ожидании остальных участников нашей экспедиции.
– Рад наконец-то познакомиться с лучшим другом Эрика, – сказал мне Майкл. – Помню, он переживал, что не может тебе открыться, рассказать правду о себе, а ты оказалась такой же, как и мы.
– Только с хвостом, – ухмыльнулся Саймон, присаживаясь на один с нами диван, так что я оказалась сидящей между двумя братьями.
– У каждого свои недостатки, – пожала я плечами.
– Я рад, что Фанни наконец-то нашёл свою половинку, – сказал мне Саймон.
– Фанни? – я недобро прищурилась, потом повернулась к Фрэнку. – Хочешь, я его стукну?
– Не нарывайся, Санни, – нахмурился Фрэнк, но мне почему-то показалось, что его недовольство наигранно. – Она ведь стукнет, а сдачи дать ты не сможешь.
– Санни? – переспросила я.
– Надо же было как-то отомстить младшенькому за прозвище, которое он мне дал.
– Ты вроде бы говорил, что после обращения братья так тебя уже не называют?
– Так то старшие. А вот у малыша время от времени вырывается. Пользуется тем, что я маленьких не бью. А вот ты можешь, разрешаю.
Я окинула взглядом мощную фигуру гаргульи, который ни на долю дюйма не уступал Фрэнку в росте, потом поинтересовалась:
– А на сколько вы младше Фрэнка?
– На три года. И на «ты», пожалуйста.
– На целых три? – я сделала большие глаза. – Нет, Фрэнк, ну что ты! Я не смогу ударить такого малыша. Пусть уж называет, с тебя не убудет, а ребёнку радость.
Саймон расхохотался, потом похлопал Фрэнка по плечу.
– Её точно стоило ждать так долго, братец. – А потом взял мою руку и поднёс к губам. – Добро пожаловать в семью, сестрёнка.
– Вертолёт подлетает, – сказал Майкл, который сидел возле Рэнди, о чём-то с ней беседуя.
– И трап едет, – добавил Гейб.
– Надо отойти от окон? – заволновалась я. – Нас увидят.
– Не увидят, – успокоил меня Гейб, и тут же добавил. – Но отойти нужно. Когда Дуглас включит в салоне свет, мы окажемся как на ладони.
До меня только что дошло, что мы сидим без света. Никак не привыкну к изменениям своего зрения. Раньше я прекрасно видела в темноте, но всё же саму темноту тоже видела. Теперь она для меня больше не существовала, для меня всегда было светло.
Мы с Фрэнком и Саймоном перебрались на другую сторону салона, остальные и так там были. Я уже слышала и гул вертолёта, и шум подъезжающего трапа. Первым опустился вертолёт. Сначала из него выпрыгнул Эндрю, обошёл кабину и помог спуститься Эбби. Конечно, Ричард мог бы легко выпрыгнуть с ней на руках, но демонстрировать свою силу при возможных свидетелях было нежелательно. Нагрузившись нашими сумками и корзинами с пирожками, мужчины двинулись к самолёту, Эбби шла рядом, её ношу составляла корзинка с печеньем. Поскольку эту корзинку не оставили в вертолёте, значит, кое-что в ней всё же осталось.
Трап подъехал к самолёту практически одновременно с ними, Дуглас и Винсент, снова в форме пилотов, первыми поднялись в самолёт, следом – пассажиры. Я ясно видела по лицу Ричарда, как ему хотелось подхватить Эбби на руки, чтобы ей не пришлось самой подниматься по трапу, но на глазах у водителя трапа это было невозможно, и Ричард страдал. При этом сама Эбби взбегала по трапу легко и с улыбкой, но Ричарду от этого было не легче.
Наконец все оказались в самолёте, Дуглас и Винсент, познакомившись с теми, кого не знали, и, поздоровавшись с остальными, прошли в кабину и стали готовить самолёт к взлёту. Трап отъехал, и мы смогли спокойно разместиться в салоне как кому удобно.
– А как же вертолёт? – поинтересовалась я, глядя на сиротливо стоящую неподалёку винтокрылую машинку.
– Работники аэропорта поместят его в ангар, где он будет дожидаться вашего возвращения, – услышала я голос Дугласа. До чего же удобно разговаривать через стены.
– Пристегните Эбби, взлетаем, – снова послышался голос пилота.
Ну, да, конечно, остальным-то пристёгиваться незачем. Кстати, никто Эбби пристёгивать не стал, Ричард просто усадил её к себе на колени и обнял – никакие ремни не обеспечат такую же безопасность, как объятия оборотня. Не успела я об этом подумать, как оказалась сидящей на коленях и в объятиях Фрэнка – он тоже решил сыграть роль ремней безопасности. И хотя физически я в подобном уже не нуждалась, но даже и не подумала возразить – ведь это было так приятно! Я повозилась, устраиваясь поудобнее, положила голову на плечо Фрэнка и практически замурлыкала, наблюдая в окно за бегущими мимо нас огнями взлётной полосы.
 
Наконец земля осталась где-то далеко внизу.
– Всё, мы летим, можно расслабиться, – вновь послышался голос Дугласа, и все зашевелились.
Вообще-то в этом самолёте существовали и загорающиеся табло со всякими надписями типа «пристегните ремни», и громкая связь, но сколько я помню, на наших самолётах ими никто никогда не пользовался. Если в салоне были смертные, которые не могли услышать пилота через стены, то он просто открывал дверь в кабину и говорил то, что нужно. Впрочем, дверь кабины закрывалась разве что при взлёте-посадке, в остальное время она была открыта. Вот и сейчас она отъехала в сторону, и в дверной проем выглянул Дуглас.
– Там, в корзинках, случаем не пирожки Элоиз? Этот запах я не перепутаю ни с чем.
– Да, мама напекла нам в дорогу, – я спрыгнула с колен Фрэнка и, подхватив обе корзины, отправилась угощать наших пилотов.
– Так там пирожки тёти Элоиз? – обрадовался Винсент. Будучи пока ещё необращённым, он не смог узнать это по запаху. – Тогда мне с мясом. Парочку. Нет, лучше три!
Обнаружив в корзинках ещё и одноразовые тарелки, я щедро наполнила их пирожками, оставила в кабине и пошла угощать всех остальных присутствующих. Мамины пирожки и печенюшки разошлись на ура. Во время этого импровизированного перекуса завязался общий разговор, перескакивающий с темы на тему. Я заметила на безымянном пальце Эбби изящное кольцо с изумрудом. Взглянув на руку Рэнди, я обнаружила и на её пальчике кольцо с сапфиром в виде сердечка. Усомниться в том, что оба эти кольца обручальные, было невозможно. Ну, про то, что Рэнди и Гейб обручились, я знала давно, но колечко на пальчике Эбби стало сюрпризом, впрочем, не удивило ни капли.
– Вас можно поздравить? – улыбнулась я ей.
– Да, – с сияющей улыбкой ответила она. – Ричард сделал мне предложение вчера утром.
– Какой смысл тянуть? – пожал плечами Ричард. – Я хочу, чтобы весь мир знал, что Эбби – моя и только моя.
Он нежно поцеловал её руку, каждый пальчик, а потом, уже не скрывая своей страсти, впился поцелуем в её губы. АААА! Я тоже так хочу! И в то же мгновение ощутила на своих губах губы Фрэнка и забыла обо всём на свете. И очнулась лишь спустя несколько минут от свиста и аплодисментов. Смущённо оглянувшись, я поняла, что «поцелуйный флэш-моб» поддержали не только мы, но и третья парочка. Не удивительно, невозможно же удержаться!
– Ну, а вы когда? – поинтересовался у нас Саймон.
– Как можно скорее, – ответил ему Фрэнк. – Сразу же, как вернёмся с острова, возьмёмся за организацию свадьбы.
– Но на пальчике твоей половинки что-то колечка не видно? – не унимался его брат.
– Видишь ли, Санни, – язвительно ответила я, мстительно назвав его нелюбимым прозвищем. – В отличие от остальных, Фрэнк был несколько занят, круглосуточно нянчась со мной, сначала после моего ранения, а потом – после перерождения. В таких обстоятельствах несколько сложновато отлучиться, чтобы приобрести кольцо, не находишь?
Саймон слегка потупился, явно пристыжённый. Потом взглянул на Фрэнка.
– Не упусти её, братишка, она за тебя горло любому перегрызёт.
– Ни за что не упущу! – слова Фрэнка прозвучали как клятва. – И если уж разговор зашёл о кольце... – Он вдруг опустился передо мной на колено и протянул на раскрытой ладони красную бархатную коробочку. – Солнышко, ты сделаешь меня самым счастливым на свете? Выйдешь за меня замуж? Клянусь любить тебя до конца наших дней, то есть вечно!