Доминика из Долины оборотней (СИ)

– Я вижу, Синклер, – мама утешающе погладила руку отца. Потом взглянула на нас. – И когда же произойдёт это радостное событие?
Мы растерянно переглянулись.
– Не знаю, мы с Фрэнком это ещё как-то не обсуждали. Просто скоро... Дату не назначали…
– Всё, действительно, происходит слишком быстро и слишком насыщено событиями. Я даже кольцо ещё Ники не подарил – не было возможности его приобрести. Думаю, когда вернёмся с острова, займёмся этим вплотную. А пока нужно разобраться с ближайшей проблемой. – Фрэнк взглянул на старинные ходики, висящие на стене. – Вылет через три часа. Наверное, нужно собрать вещи.
– Одежда для вас уже собрана, – сообщила мама. – Остались всякие мелочи, которые вы захотите взять.
– Мой телефон! Он остался в палатке!
– Солнышко, не волнуйся, заберём его, это для нас теперь дело пары минут.
– Да, действительно. Никак не привыкну. – Тут мне в голову пришла ещё одна мысль, и я пригорюнилась. – Моя машинка осталась в Литл-Роке… Жалко будет с ней расставаться.
– Если ты любишь свою машину – мы заберём её к себе, – тут же успокоил меня Фрэнк. – Конечно, сейчас она тебе вряд ли понадобится, но наступит время, когда мы будем жить среди людей – вот она тебе и пригодится. А я свой Хаммер оставлю Тайлеру, я приобрёл его буквально за день до нашей встречи и не успел проникнуться к нему какими-либо сентиментальными чувствами. Хотя кое-что из вещей и мебели, которые хранятся в моём прежнем доме, мне дороги как память, и мы обязательно заберём их, когда у нас появится свой дом. Так же, как и те вещи, которые захочешь взять ты.
– Это славно, что моя Ауди останется со мной. Пусть она уже старенькая, но это моя первая машина, и мы с ней подружились. К тому же, вся начинка у неё совсем новая, она ещё послужит нам верой и правдой.
– Тайлер – это кто? – полюбопытствовал отец.
– Брат Эрика, – ответила я.
– Младший из старших, – уточнил Фрэнк.
– Я с ним познакомилась в самолёте, они нас провожали, Эрик, его родители и Тайлер. Привезли нам одежду, а то мы выглядели… Странно мы выглядели, если честно.
– Он уже перерождённый? – уточнил отец. Фрэнк кивнул. – Странно. Когда искали того, кто сможет вытащить тебя, Ники, из того места, где тебя держали, Дэн сказал, что в Литл-Роке кроме отца Эрика находится только его сын Франциско. А про Тайлера не упомянул. Просто я это хорошо запомнил – с того момента, как Эндрю сказал Гейбу: «Доминику похитили» – я вслушивался в каждое слово. Такое пропустить я просто не мог.
– «Фильтр» в действие. Знакомо, – пробормотала я.
– Дело в том, что в то время Тайлера как раз в Литл-Роке и не было, – объяснил Фрэнк. – Он приехал уже после того, как я отправился за Ники. Дело в том, что это я его вызвал, чтобы он стал следующим «нянькой» Эрика, поскольку я уже не мог исполнять эти обязанности.
– Почему? – поинтересовалась мама.
– Я встретил Ники, – Фрэнк пожал плечами. – И с этого момента именно она стала моим приоритетом. Я сразу же связался с Тайлером, но ему понадобилась пара дней, чтобы завершить свои дела, и он приехал как раз к тому времени, когда Настя и Джейми закончили покупку одежды для пленников. Удачно он появился, кстати, иначе они не смогли бы ждать нас прямо в самолёте, пришлось бы делать крюк и заезжать к ним домом за вещами.
– И не факт, что я смогла бы повидаться с Эриком, – задумчиво произнесла я.
– Не смогла бы, – кивнул Фрэнк. – Предполагалось, что наш автобус проедет по их улице, не останавливаясь, кто-нибудь из нас выскочит на ходу, заберёт вещи и запрыгнет обратно так, что никто посторонний этого не заметит и никак не свяжет этот автобус с семьёй Джейми. Но тут появился Тайлер, и планы изменились в лучшую сторону.
– Это хорошо, что он появился так вовремя. Я была рада повидать Эрика и познакомиться с его мамой. Надеюсь, они приедут на нашу свадьбу?
– Непременно. Они не упустят такую возможность. А пока, – Фрэнк встал из-за стола и подал мне руку. – Давай всё же сбегаем за твоим телефоном. Надеюсь, на острове есть мобильная связь. Но даже если и нет – вы всегда сможете связаться со мной через близнецов, а уж я всегда буду рядом с Ники, так что связь вы не потеряете.
 
– Постараемся не слишком вам докучать, – улыбнулась мама. – Но всё же звонить порой будем, уж извините. Раньше мы никогда не расставались с Ники так надолго.
– Со мной будет всё хорошо, мам! Со мной же будет Фрэнк! Да и Гейб тоже там будет. И ещё куча народа. Так что ничего подобного моему похищению не повториться, я обещаю.
– Я верю, доченька. Я знаю, что ты уже большая, что Фрэнк никому не позволит тебя обидеть – он уже доказал это, и не раз. Но всё же…
– Я понимаю, мам. Я буду звонить часто-часто, как только смогу. Ещё надоем.
– Иди уж за своим телефоном, «надоеда», – хмыкнул отец, потрепав меня по волосам. – А то не с чего надоедать будет.
– Думаю, лучше взять с собой хлеба, а то местная «банда» нас в палатку не пустит, – захихикал Фрэнк.
Решив, что мысль здравая, я взяла из хлебницы кусок булки, аккуратно открыв и закрыв её, а потом гордо посмотрела на родителей. Взгляд пропал втуне, потому что в это время мама мобилизовала отца на упаковку пирожков в корзину для пикника, нам в дорогу. Переведя взгляд на Фрэнка, я увидела ободряющую улыбку и большой палец – уж он-то не упустил мой крошечный, но всё же триумф.
– Мам, оставь часть пирожков для ребятишек Гейба и Рэнди, а то она переживает, как бы без неё они все не умерли голодной смертью, – попросила я.
– Конечно-конечно, пирожков много, хватит всем. Синклер, попроси у кого-нибудь ещё одну корзину. А лучше две.
Отец отправился добывать тару для пирожков, а мы с Фрэнком – в последний раз покормить Миссис Клювдию и её выводок. Стоя в палатке и осматривая наше первое совместное жилище, я испытала лёгкую грусть. Это было немного иррациональное чувство, ведь менялось только наше местоположение, но мы всё равно оставались вместе. Но мне всё равно было жалко нашу палатку.
– Я попрошу пока не убирать её, – Фрэнк подошёл сзади, приобнял меня, прижал к себе и опустил подбородок мне на макушку. – Мы сможем вернуться сюда, если захотим.
Я всегда чувствовала, что Фрэнк может читать мои мысли. Не напрямую, но он понимал меня без слов. И будет понимать всю жизнь.
– Наш первый дом, – вздохнула я, уже испытывая ностальгию.
– Но не последний, – Фрэнк прижался губами к моей макушке, потом чуть отстранился, его губы сползли на моё ушко, прошлись по шее и припали к плечу, с которого он сдвинул ткань футболки. Я откинула голову, чтобы ему было удобно, чувствуя, как учащается моё дыхание. Не знаю, во что это вылилось бы, но романтический момент был грубо прерван.
«Еда?» – внезапно ворвалось в моё уже слегка затуманившееся сознание.
Губы Фрэнка замерли, а потом он фыркнул, и я захихикала от щекотки.
«Еда!» – раздалось возле моих ног уже более настойчиво.
Опустив глаза, я увидела укоризненно глядящую на меня Миссис Клювдию. Её утята уже вовсю исследовали пространство палатки, несколько оставленных ими «мин» уже красовалось на полу.
– Иди, корми, – руки Фрэнка упали с моих плеч, предварительно слегка погладив. – А я пока наведу здесь порядок.
Я вышла из палатки, утиное семейство – следом. Раскрошив булку, я уселась на берег и стала смотреть на крутящееся колесо мельницы – это зрелище всегда меня успокаивало. Вскоре ко мне присоединился Фрэнк, сев рядом и прижав к себе одной рукой – во второй он держал несколько футболок, которые, видимо, решил взять с собой.
– Знаешь, о чём я подумал, когда утки вторглись к нам в самый неподходящий момент? Что нам ещё не раз предстоит в будущем нечто подобное.
– Правда? Думаешь, Миссис Клювдия и дальше будет нас преследовать?
– Нет, не она, – рассмеялся Фрэнк. – Но вообще-то дети имеют такую привычку – вторгаться к родителям в самое неподходящее время.
У меня перехватило дыхание и, кажется, на пару секунд перестало биться сердце. Застонав, я уткнулась лбом в колени.