Доминика из Долины оборотней (СИ)

Спазмы внизу живота продолжались ещё какое-то время, продлевая моё удовольствие, волны которого потихоньку сходили на нет, оставляя меня обессилевшей и безумно счастливой. Прошло ещё несколько минут, прежде чем я стала осознавать окружающую реальность. Я почувствовала, что Фрэнк слегка покачивает, словно баюкает меня, губы его прижаты к моему лбу, а пальцы успокаивающе поглаживают всё ещё пульсирующее от пережитого наслаждения местечко между ног.
Поняв, что я уже вернулась в эту реальность, он убрал руку, напоследок мимоходом приласкав источник моего удовольствия, после чего аккуратно вернул на место мои приспущенные трусики и застегнул джинсы. Я продолжала нежиться в его объятиях, уже совершенно не стесняясь того, что лежу перед ним с голой грудью – после того, что сейчас произошло, смущаться было бы уже просто глупо.
– Что сейчас со мной было? – спросила я почти ровным голосом.
– Это то, что последнюю пару веков называют оргазмом, Солнышко, – улыбнулся он мне в ответ, всматриваясь в моё лицо всё ещё очень темными глазами. – Ну а если по-простому – ты кончила. Ты в порядке?
– Более чем! – расслабленно промурлыкала я, потом нахмурилась. – А вот ты – нет, не в порядке.
Теперь мне стало понятно, почему глаза Фрэнка остались такими темными – твёрдый бугор, упирающийся в мою поясницу, не оставлял сомнений в том, что «полегчало» только мне, а Фрэнк всё ещё напряжён и возбуждён. Непорядок.
Я встала с колен Фрэнка, точнее – сползла с них, усевшись на пол пещеры. Потом, набравшись храбрости, я положила ладонь на внушительную выпуклость.
– Я могла бы помочь.
– Нет, Солнышко, – Фрэнк перехватил моё запястье, он явно собирался отвести мою ладонь, но непроизвольно прижал её крепче. – Это пройдёт, нужно лишь подождать, потерпеть.
– Но зачем терпеть? – решимость во мне нарастала по экспоненте. – Ты сейчас доставил удовольствие мне, я сделаю то же самое для тебя.
– Солнышко, – Фрэнк явно колебался. – Ты ещё юная, невинная девушка, и нечто подобное – пока не для тебя. Я не могу тебя просить...
– А ты и не просишь, – понимая, что практически победила, я взялась за пуговицу на его брюках. – Я сама предлагаю. Не волнуйся, я сделаю всё в лучшем виде. – И откуда во мне вдруг взялась такая смелость и уверенность? – Знаешь, я перечитала кучу любовных романов, и в некоторых описано всё ну очень подробно. А ещё, – продолжила я, понизив голос и вновь слегка краснея, – я посмотрела парочку фильмов для взрослых.
– Парочку?.. – голос Фрэнка явно срывался, поскольку во время своего монолога я копошилась с застёжкой его брюк, и, похоже, что-то всё-таки порвала.
– Ну, может, три, – бормотала я, раскрывая ширинку и стягивая вниз серые боксеры без всяких мультяшек, выпуская на волю напряжённый член Фрэнка. – Ого... Похоже, у нас проблема.
– Про... блема? – голос Фрэнка срывался, он откинулся назад, опираясь на локти.
– Он не поместится, определённо не поместится, – наполовину испуганно, наполовину восхищённо бормотала я, пытаясь обхватить представшего передо мной красавца ладонью. Пальцы не сходились почти на дюйм.
Фрэнк то ли хохотнул, то ли хныкну, непонятно, а потом положил свою ладонь поверх моей.
– Он поместится, поверь. Мы идеально подходим друг другу.
Его рука стала двигаться вместе с моей, показывая мне, что делать. Скользя ладонью вверх и вниз, я поняла, что именно означала фраза в любовных романах: «Сталь в перчатке из бархата». Я продолжила уже сама, наблюдая, как Фрэнк откинулся на пол, его глаза зажмурились, руки, упавшие вдоль тела, сжимались и разжимались, зубы были стиснуты, изо рта вырывались стоны, а бёдра непроизвольно дёргались, вонзаясь мне в руку. Я вспомнила всё прочитанное и увиденное мною, и ускорила темп, подключив и вторую руку, то слегка сжимая тяжёлый мешочек, то обводя пальцем головку, которая была намного мягче, чем весь остальной ствол. Мне было и стыдно – вот так, сразу, ухватить мужчину, пусть даже и Фрэнка, за член, – и любопытно – ведь я впервые видела такое «вживую».
 
Не знаю, как долго это продолжалось, мне показалось, что не очень, но после обращения я плохо ориентировалась во времени, как вдруг Фрэнк буквально зарычал, напрягся струной, а его рука вновь оказалась на моей и резко прижала его член к животу. Не успела я удивиться, как из отверстия в головке вырвалась струя густой беловатой жидкости, залив ему весь живот, и я сообразила, что не сделай Фрэнк того, что сделал, всё это оказалось бы у меня на лице, поскольку я склонилась довольно низко, чтобы рассмотреть всё в подробностях.
Пульсирующий фонтан ещё несколько раз выплюнул очередную порцию семени и постепенно успокоился, так же как и сам Фрэнк расслабился, и теперь просто лежал на полу пещеры, а его дыхание и пульс постепенно приходили в норму.
Немного подумав, я взяла валяющуюся в углу футболку, смочила водой из бутылки, которую довольно спокойно открыла, и стёрла потеки спермы с груди и живота Фрэнка. Он смотрел на мои действия немного обалдевшими глазами, но не возражал, а я просто наслаждалась возможностью немного поухаживать за ним, помня, как он нянчился со мной, когда я была беспомощна. Интересно, ему это нравилось так же, как и мне сейчас?
Закончив «водные процедуры», я отбросила тряпку и прилегла рядом с Фрэнком, крепко к нему прижавшись и положив голову ему на грудь. Вот и ещё один из плюсов обращения – лежу на неровном каменном полу, а мне удобно, словно подо мной пусть не перина, но как минимум гимнастический мат. Руки Фрэнка завернули меня в объятия, губы прижались к моей макушке.
– Спасибо, – пробормотал он мне в волосы.
– Это тебе спасибо.
Я подняла лицо и легонько поцеловала его в подбородок – куда дотянулась, – а потом снова пристроила голову на медленно вздымающейся «подушке». Хотелось вот так лежать бесконечно и ничего не делать. Какое-то время мы так и лежали, я – водя пальцем по груди Фрэнка, он – легонько поглаживая мою спину. Мой взгляд бесцельно блуждал по его телу, пока не остановился на Фрэнке-младшем, который лежал, в данный момент спокойный и расслабленный, как и его хозяин.
– У тебя, действительно, ни волосинки ниже шеи, – тихонько захихикала я, прослеживая пальцем отсутствующую дорожку от пупка вниз. До меня потихоньку доходило, как именно мы лежим – я с обнажённой грудью, Фрэнк – с расстёгнутой ширинкой.
– Я же говорил, – ухмыльнулся он.
– Всё же хорошо, что мы сейчас в пещере, о которой никто не знает. Представляешь, лежим мы в таком виде в палатке, и тут появляются мои родители. «Мимо шли, решили вас навестить».
– Вот почему мы здесь, а не там.
– Но ведь ночью-то они точно не придут. Мне очень понравился сегодняшний урок, и мне кажется, стоит повторить его попозже, для лучшего усвоения материала.
– Дело ведь не только в том, застанут ли нас или нет, Солнышко, – вздохнул Фрэнк. – Принюхайся.
Да, действительно, запах был, сильный и весьма специфический. Теперь я понимала, что это запах нашего возбуждения, наших с Фрэнком интимных жидкостей. И теперь, поняв это, я уже ни с чем его не спутаю.
– Здесь и раньше пахло так же, – задумчиво пробормотала я. – Чуть слабее и немного иначе, но очень похоже.
– У каждого запах свой, индивидуальный, – пояснил Фрэнк. – Но запах секса невозможно спутать ни с чем. Гейб и Рэнди тут явно не в шахматы играют. И если так будет пахнуть в палатке...
– Всем сразу станет понятно, чем мы там занимались, – кивнула я. – Сомневаюсь, что папа обрадуется…
– Вот почему я хотел подождать до острова. Даже ласки оставляют достаточно специфический запах, а я не хотел, чтобы тебе пришлось краснеть перед отцом.
– Спасибо! – на этот раз я дотянулась и легонько чмокнула Фрэнка в губы. Я начала понимать, почему он в своё время решил «придержать коней». То есть, я и раньше вроде как понимала, но теперь я хотя бы так от этого не расстраивалась. Может, сыграло свою роль моё расслабленное и удовлетворённое состояние? Может, через какое-то время я захочу повторить? Но теперь, когда у нас есть эта пещера, это не станет большой проблемой.