Доминика из Долины оборотней (СИ)

Мы добежали до посёлка и, затормозив, пошли обычным, «человеческим» шагом. Мне показалось, что мои уши зашевелились, пытаясь вслушаться сразу в десяток разговоров, плюс включённые телевизоры. Это было похоже на чувство, словно я попала на очередное семейное сборище, когда несколько десятков человек собрались вокруг меня и заговорили все одновременно. Но, в отличие от моего пробуждения в клинике, эти разговоры вовсе не били по голове, словно кувалдой, ничего такого, чего я опасалась. Громко, шумно, довольно раздражающе, но вполне терпимо. Моё сознание словно бы скользило в этой мешанине из голосов, выхватывая отдельные фразы:
«Бетти, тебе с малиновым джемом или сливовым?»
«Ты должен назначить совет директоров на...»
«Морган, придурок, отдай пульт!»
«Кто-о-о проживает на дне океана?..»
«Мне три котлетки, нет, пожалуй, четыре, а ещё…»
«На всей территории штата Мичиган пасмурная...»
«О, боже, Ричард, оно прекрасно!»
«Джеффри, может, уже хватит этих переливаний, а? У меня уже не болит, честно-честно!»
«Как странно мне, что он такой. Он был противный, очень грубый, просто злой…»
Услышав песенку из любимого мультфильма, я замурлыкала в унисон:
– Сейчас он мил, не лезет спор. Где ж это всё таилось в нём до этих пор?
И вдруг услышала голос Фрэнка.
– Руки своей не отняла. И от меня в испуге глаз не отвела. Быть может, я в сужденьях скор, но глаз таких я не встречал до этих пор.
«Он так смущён, я тоже. А глаза, как ласковы они...» – продолжала петь Белль о своём Чудовище уже в одиночестве, потому что я с отвалившейся челюстью уставилась на Фрэнка, застыв на месте. Поняв, что я остановилась, он тоже притормозил и вопросительно посмотрел на меня.
– Что случилось?
– Фрэнк... – беспомощно выдохнула я. – Твой голос!.. Он такой...
– Какой? – Фрэнк явно не понимал, о чём я.
– Краси-ивый!..
– Ну, что ты, Солнышко, он самый обыкновенный, – Фрэнк чуть смущённо покачал головой. – У нас вся семья музыкальная, я как все.
– Фрэнк, если бы ты участвовал в шоу «Голос», то занял бы первое место сразу же, ещё на этапе отбора.
Я ни капельки в этом не сомневалась. Если даже простая песенка из мультика в его устах звучала так прекрасно, то что будет, если он попробует спеть что-то профессионально? Он уже пел мне раньше колыбельную, но тогда почти шептал, да и я была не в том состоянии, чтобы оценить красоту его голоса, но теперь могла сказать однозначно – за все свои прожитые полвека ничего похожего я не слышала.
– Мне нельзя на «Голос», ты же понимаешь, Солнышко, – печально улыбнулся мне Фрэнк.
– Понимаю, – вздохнула я.
Действительно, как я могла забыть, что нам противопоказаны все эти телешоу. Фрэнк протянул мне руку, и мы пошли дальше, слыша вокруг:
«Привет, Ники, привет, Фрэнк».
«Ники, Фрэнк, доброе утро!»
«О, чудо-девушка почтила своим присутствием наш скромный посёлок!»
– Стивен, кончай прикалываться, – огрызнулась я, прекрасно понимая, что он тоже меня услышит, хотя я находилась от него где-то в полумиле. – Привет, Клер, привет, Морган, привет, Алана, всем привет!
– С возвращением, – на крыльцо клиники вышел Джеффри. – Как самочувствие, Ники? Осваиваешься в новом теле?
– Потихоньку осваиваюсь, – я скромно потупила глазки.
– Семимильными шагами она осваивается! – расхохотался Фрэнк, а потом гордо известил всех: – Сегодня Ники приготовила нам завтрак.
– Ничего себе! – присвистнул появившийся откуда-то с соседней улицы Питер. – Я, помню, ложку едва смог удержать где-то через неделю, до этого ломал. А ты – завтрак!
– Да я только бутербродов кривых настрогала и яйца сварила, ничего особенного.
– Яйца? Я к сырым яйцам месяц прикоснуться не могла – давила, – из соседнего дома вышла Клер.
– Так и я раздавила, – с улыбкой закивала я. – Половину.
– Ты действительно приспосабливаешься с невероятной скоростью, – покачала головой Клер. – Может, потому, что обратилась совсем ребёнком?
– Я не ребёнок! Уже нет! – возмущённо воскликнула я, с опаской поглядывая на Фрэнка, не решит ли он, чего доброго, согласиться с Клер.
 
В этот момент из дверей клиники вышел Томас.
– Джеффри, ну, правда, я в порядке. Давай не будем сегодня переливание делать. Или отложим на вечер, а?
– Нет, Томас, твоя нога ещё далеко не в порядке, – покачал головой доктор. – Извини, но прерывать лечение пока нельзя.
– Ну, хотя бы один разочек, – заскулил мальчик.
– Ты вроде бы нормально переносил переливания, – удивилась я. – С чего вдруг не хочешь именно сегодня?
– С того! – насупился мой маленький дядюшка. – Под капельницей больше часа лежать нужно. А ребята сейчас новый мотоцикл Кайла обкатывать будут, я посмотреть хотел. Я же пропущу всё!
– Так в чём проблема? – пожал плечами Фрэнк. – Выпей кровь, и не придётся лежать под капельницей.
– Его рвёт от крови, – напомнил Джеффри.
– А это уж зависит от того, насколько сильно он хочет взглянуть на новый мотоцикл Кайла, – Фрэнк широко улыбнулся Джеффри, тот понимающе кивнул в ответ.
– Я выпью! – мальчик нетерпеливо затанцевал на крыльце и потянул доктора за рукав халата. – Джеффри, я выпью! Пойдём!
Я проводила глазами исчезнувшую в дверях клиники парочку и обернулась к группе своих родственников, успевших собраться возле нас.
– У Кайла появился мотоцикл?
– Да, Пирс ему вчера купил, – пояснил Питер. – Просто привёз и вручил.
– Ну, а как же! – усмехнулся Морган. – У Кристиана есть, а у Кайла нет. Разве мог Пирс пережить подобное?
«У Пирса новый бзик, – послышалось с соседей улицы. – Теперь обижают и ущемляют не его самого, а его «сынишку». Вот и восстанавливает справедливость».
– Жениться ему нужно, – вздохнула Клер. – Он явно созрел для отцовства. Да только где он жену-то найдёт, из Долины не вылезает, разве что на пару дней.
«Моя жена ещё не родилась, – послышался голос Пирса. – Когда придёт время, я её встречу. А то, что я хочу немного побаловать парнишку – так что в этом плохого? Его и так жизнь обидела, пусть хоть чему-то порадуется»
– Он прав, – кивнула я. – Кайл заслужил немного заботы, он прошёл через ад, не забывайте.
В этот момент дверь клиники с грохотом распахнулась, и на крыльцо, вытирая губы, выбежал Томас.
– Я выпил! Я смог! И меня не вырвало! Всё, больше никаких капельниц.
– Я же говорил – всё дело в мотивации, – шепнул мне Фрэнк.
– Ники, Фрэнк, привет! – подбежал к нам мальчик. Я не решилась обнять его, просто протянула руку, по которой он хлопнул, после чего замахал отбитой ладошкой. – Ух! Ты и правда стала взрослой. Я всё поверить не мог. Слушай, раз ты теперь сильная и быстрая, как взрослые, подбрось меня к дому Гейба, а то я всё пропущу.
– Давай-ка лучше я, – Фрэнк подхватил парнишку на руки, кивнул мне, и мы побежали в сторону дома Гейба. Я, вообще-то, планировала сначала сходить домой, но не думаю, что это займёт много времени.
– Ну, и как тебе погружение в шум толпы, – поинтересовался Фрэнк.
В то же мгновение на меня обрушился гул и шум, мешанина разговоров, которые я в последние минуты как-то не замечала.
– Ох, ну, зачем ты напомнил? – простонала я. – Похоже, у меня получилось закрыться, я сама не заметила – как. А теперь всё вернулось.
– Ты закрылась? – Фрэнк смотрел на меня широко открытыми глазами. – Уже? И на что это было похоже?
Я поискала какое-нибудь подходящее сравнение.
– Словно бы передо мной табло аэропорта. Я его вижу целиком, но читаю только те строчки, которые мне нужны.
– Очень верное сравнение. Вот только чему-то подобному мы учимся постепенно, а сначала в голове просто мешанина из голосов.
– Да? У меня как-то само получилось. Я слышала только то, что имело отношение к нашему разговору, на остальные голоса внимания не обращала.
– А что с шумом?
– Фрэнк! Не напоминай! Он только исчез, и опять...
– Ты успела закрыться за то время, что мы обменялись парой фраз? Невероятно...