Леди из подворотни
Почему-то именно эта моя фраза произвела на него самое сильное впечатление. Он даже встал со своего удобного кресла, сжал пальцы правой руки в кулак, а в его глазах мелькнуло бешенство.
– Знаешь, что, девочка, держись-ка ты подальше от этого дела, – процедил он сквозь зубы.
– И не подумаю, – заявила, скрестив руки на груди. – Теперь уж точно костьми лягу, но найду того гада. А вы, судя по всему, не заинтересованы в наказании виновного. Может… я просто предполагаю, что, теоретически, вам кто-то подкинул за это деньжат?
– Хватит! – рявкнул капитан и глянул так, что я невольно отступила к двери. – К твоему сведению, у меня вообще забрали это дело! Запретили совать в него нос. Потому что им занимаются агенты тайной полиции. Но эта информация не для посторонних, поэтому, если от тебя хоть кто-то узнает, я буду очень недоволен.
– Ого! – вырвалось у меня.
– Вот именно, – чуть спокойнее проговорил капитан. – Там всё серьёзней, чем казалось. Думаю, нападение связано с прошлым твоего деда. Он же бывший военный. Так что, повторяю, не лезь. И не ходи одна ночами по улицам.
В тот день, вернувшись домой, я долго думала, анализировала всё, что знала о Хасиме и его службе. Да, он командовал гарнизоном, но ни разу не рассказывал о каких-либо боевых действиях или чём-то подобном. Но за столько лет службы с ним могло случиться всякое. И это всякое, видимо, теперь решило снова влезть в его жизнь. А может, на него напали вражеские шпионы, решившие выведать какую-то важную информацию?
Слова про тайную полицию с одной стороны заставили меня ещё сильнее насторожиться, но с другой ‒ успокоили. Если уж расследование ведётся на таком высоком уровне, значит, виновные в любом случае будут наказаны. По крайней мере, мне хотелось в это верить.
В больницу при церкви я теперь заходила каждый день. Доктор Ларит при мне связывался со столичным военным госпиталем, чтобы выяснить хоть что-то о здоровье деда. Но там ему отвечали одно и то же: состояние – стабильно-тяжёлое, изменений нет.
Конечно, я могла бы попросить Шайна узнать больше через знакомого, о котором он рассказывал. Но для этого пришлось бы самой подойти к Диварту, а я сильно сомневалась, что после моего последнего выверта он станет мне помогать. Потому этот вариант я оставила на самый крайний случай.
Правда, возможность поговорить с полуэльфом нашла меня сама. Точнее, обрушилась, как снег на голову.
***
В пятницу я выходила из академии с гудящей головой. Преподаватели, будто сговорившись, сегодня подготовили для меня самые сложные и запутанные задания. А на последнем практическом занятии мне и вовсе предложили создать схему портальной станции, способной к самозаряду накопителей. Я промучалась с расчётами два часа, но толком ничего не добилась, а профессор Элис Фейр, снисходительно усмехнувшись, призналась, что это не входит в программу даже столичной академии, где она раньше работала. Но добавила, что мне такая задачка точно по зубам.
Это было настоящим вызовом, принять который я посчитала делом чести. Впереди маячили два выходных, которые можно посвятить расчётам. Главное – не забывать хоть иногда прерываться на еду и сон. Раньше меня в этом контролировал Хасим, а без него я могла так увлечься, что в итоге просто отключалась без сил.
– Мари, – позвал кто-то, когда я миновала ворота академии.
Огляделась по сторонам и с удивлением увидела спешащего ко мне Шайна. Он был одет в шорты и лёгкую цветастую рубашку, а улыбался так, будто мы с ним давние лучшие друзья.
– Привет, – проговорил он с сияющим видом, – а я тебя тут жду.
– Зачем? – вырвался у меня вопрос. И только потом я вспомнила, что нужно поздороваться. – Привет.
– Ты же обещала мне прогулку по городу, – проговорил полуэльф. – Или забыла?
– Думала, ты забыл, – проговорила я. Хотя у меня то самое обещание давно вылетело из головы. – Диварт оставил тебя без своего внимания?
– Он постоянно занят, – отмахнулся парень. – Да и почти ничего тут не знает. Я гулял сам, расспрашивал местных жителей. Побывал в музее, на пляжах, в порту, на центральной площади. Но одному, честно говоря, скучно.
– Ясно, – вздохнула я. – Хотя, получается, ты уже всё посмотрел. В Харморе не так много интересных мест. Городок у нас тихий, маленький, скучный. Совершенно неинтересный.
– А я слышал, что сегодня на восточном пляже будут танцы. Может, сходишь туда со мной? Просто, как подруга. Боюсь, если приду один, то могу вляпаться в неприятности. Тут не особо любят неместных, а с острыми ушами вообще лучше в тёмное время суток нигде не появляться.
Увы, в этом он был прав, тут даже не поспоришь.
И как теперь ему отказать? Парень по первому зову бросил все дела в Хайсете, примчался на помощь моему деду. К тому же, я сама пообещала ему прогулку. Ох, видимо, придётся отложить расчёты по артефакту на другое время.
– Хорошо, – проговорила, кивнув. – Давай сходим на танцы, хоть я этого и не люблю. Но одному тебе там действительно будет опасно.
– Спасибо! – он едва не подпрыгнул на месте от радости. Видимо, уже успел тут основательно заскучать. – А можно я пока побуду у тебя? Не хочу возвращаться в особняк Диварта. У него, конечно, красиво, но мне там уже изрядно надоело. Купим по дороге еду. Я угощаю.
И столько в нём было открытости и юношеской непосредственности, что я просто не нашла слов для отказа. Ладно, ничего страшного. Проведу вечер с Шайном. Всё же по долгам надо платить.
– Идём, – проговорила, махнув ему рукой. – Только предупреждаю сразу, домик у нас с дедом маленький, и там, мягко говоря, не убрано.
Мы довольно быстрым шагом направились по дороге в сторону порта. Обычно я ходила закоулками и дворами, но их вид точно станет для столичного светлого шоком. Нет уж, лучше будем идти более долгим, но безопасным путём.
– Ничего, – улыбка Шайна стала ещё шире. – Хочешь, помогу с уборкой? Я и готовить умею. Говорят, даже хорошо.
– Мама научила? – поинтересовалась я.
– Нет, – он отрицательно мотнул головой. – Мои родители живут в Эсварте. Отец – чистокровный светлый, мама – человек без дара, к таким у эльфов относятся нейтрально. А вот полукровок, подобных мне, считают выродками. Потому я уже семь лет живу в Хайсете. У друга.
Семь лет? Это сколько ж ему было, когда пришлось бежать из родной страны? Стало даже жаль бедолагу. У нас в Лердонии раньше к эльфам тоже относились плохо, а наши страны и вовсе находились на грани войны. И совсем недавно король Гердер Первый начал налаживать с ними дипломатические отношения. Я слышала, что его средний сын даже женат на девушке с примесью эльфийской крови. Хотя на портрете она выглядит как обычный человек.
– Хороший у тебя друг, – сказала, повернувшись к парню.
– Отличный, – согласился тот. – Он мне как старший брат. Кстати, ты, наверное, слышала о нём. Года четыре назад его имя гремело в новостях по всему королевству. Тогда его величество подписал поправку к закону о тёмной магии, по которому люди, рождённые с тёмным даром и не использующие его во вред, признавались полноправными подданными королевства. А ведь раньше их всех считали преступниками.
– Что-то такое припоминаю, – проговорила, напрягая память. – На самом деле я не особо интересуюсь политикой. Новости мне обычно Хасим рассказывает. Вот он всегда внимательно следит за тем, что происходит в стране. Кстати, Шайн, ты не мог бы узнать у своего знакомого, как там мой дед?
По лицу парня пробежала тень. Он даже отвёл взгляд, приняв виноватый вид. А я пришла к выводу, что про друга, проходящего практику в военном госпитале, он соврал.
– Там всё странно, – вдруг заговорил полуэльф. – Миш, о котором я тебе говорил, попытался разузнать что-то о твоём дедушке, но информация засекречена. У палаты всегда дежурит полицейский, но зато лечат его едва ли не лучшие целители столицы. Туда даже медсестёр и санитарок пускают по особым пропускам. Представляешь?