Моя фамилия Павлов (СИ)

-Хорошо, люк перенесём, а в остальном?
-Только не делайте его прямо под орудием, сдвиньте его вбок, а больше вроде ни каких нареканий я не нашёл. Разве что добавьте еще одну вещь, надо в обязательном порядке изнутри на всю броню наваривать миллиметровой толщины лист обычного железа.
-Зачем?
-Для защиты экипажа и оборудования от сколов собственной брони. При попадании снаряда, даже если нет пробития броневой плиты, вполне возможны сколы внутренней брони, вот этот тонкий лист обычного железа, который наварят изнутри и защитит экипаж и оборудование танка. Скажите, Михаил Ильич, вы не общались с танкистами?
-Нет.
-Зря, пообщавшись с ними вы смогли бы многое узнать. Знаете, когда я понял, что нам нужны новые танки с противоснарядной бронёй, дизельным двигателем и мощным орудием?
-Нет Дмитрий Григорьевич?
-После моей командировки в Испанию. Когда я там покомандовал, и увидел, как наши танки горят как спички. Именно тогда я понял, что они устарели и будущее за средними танками, именно они должны составить основу нашей бронетанковой мощи.
-А тяжёлые танки?
-Они тоже нужны, но в гораздо меньшем количестве.
-Не буду спорить. На внесение изменений мне потребуется максимум неделя и потом я готов приступить к производству опытных образцов.
-Это хорошо, сделайте пять экземпляров и ещё, чуть не забыл, что с орудием?
-Согласно нашему заказу, товарищ Грабин адаптировал свое орудие Ф-22 под танковую версию.
-Длина ствола?
-Пятьдесят калибров.
-Отлично, тогда жду вас через два месяца вместе с опытными экземплярами, и не забудьте сделать еще противотанковую самоходку, пока с этим орудием, но позже необходима пушка калибра 90-100 миллиметров.
-Хорошо Дмитрий Григорьевич, сделаю.
А спустя неделю отзвонился Гинзбург с сообщением, что он не только закончил с разработкой порученной ему техники, но даже произвёл её в двух экземплярах каждую. 
2 апреля 1938 года, Москва. 
-Здравствуйте товарищ Сталин, комкор Павлов беспокоит, товарищ Гинзбург из Ленинграда привёз на показ сделанные им самоходки, их вчера разгрузили с эшелона и перегнали в Кубинку.
-Здравствуйте товарищ Павлов, это хорошо. Как вы смотрите, если мы с вами туда сегодня съездим посмотреть их?
-Крайне положительно. Товарищ Гинзбург сейчас как раз ждёт меня, что бы лично всё показать и рассказать.
-Вот и хорошо, подъезжайте в Кремль, вместе и поедем.
-Выезжаю товарищ Сталин.
Положив трубку телефона, я вышел в приёмную, где в этот момент кроме Петра Николаевича, моего секретаря, сидел и Валера Левашов, мой ординарец.
-Валера, машину к подъезду, сейчас срочно едем в кремль, а там присоединяемся к товарищу Сталину и едем в Кубинку.
К тому моменту, как я спустился вниз, у подъезда уже стояла моя машина, причём не старая эмка, а уже новая БКМ, бронированная командирская машина. После того, как Грачёв привёз на показ свои машины, я пользуясь своим служебным положением, самым наглым образом отжал её в своё пользование. Её всё равно ведь испытывать надо, вот и испытаю, а внешне она очень сильно наш Тигр напоминала, правда мощность и начинка гораздо хуже, а что вы хотели, всё согласно нынешним технологиям. Сев на заднее сиденье, закрыл дверь, а в это время Валера заскочил на переднее, рядом с водителем и мы тронулись. Езды буквально пять минут, если просто на доклад к товарищу Сталину, то лучше было прогуляться пешком, но поскольку надо ехать в Кубинку, то тут без вариантов, только на своей машине.
К тому моменту, как я подъехал, из ворот выехал кортеж Сталина из трёх машин, его и две эмки охраны, надо кстати посоветовать Власику поменять эмки на БКМ, и охраны в них поместится больше, как ни как. А она на 7 человек рассчитана, двое спереди, трое сзади и еще двое человек охраны в заднем отсеке. Да и сами машины бронированы, в случае заварухи за машиной вполне спрятаться можно, она и от пулемёта защитит. Пока же я просто влился в кортеж, Власик видимо был предупреждён, так как замыкающая эмка приотстала, явно показывая, куда моей машине надо встать. Ехали часа полтора и около пяти вечера въехали на полигон, а тут нас уже встречают. В сопровождении начальства и охраны вышли на плац, где и стояла техника. 
 
Вот Гинзбург, вот ухарь! Этот прохвост абсолютно всю технику сделал под один стандарт. Я то думал, что танк он сделает по классической схеме, как я ему и набросал, а он абсолютно всю технику сделал с передним расположением моторного отсека. Танк Т-50 не походил на самого себя, вернее на тот танк, который я знал. Башня переехала в кормовую часть корпуса, а вместо стандартной пушки 20-К, стояла её модернизированная версия с длиной ствола в 65 калибров, но с учётом того, что башня значительно сдвинулась назад, то почти трёхметровый ствол лишь незначительно выступал впереди танка. Просматривая ТТХ танка, я лишь удовлетворённо кивал, вес вышел в 15,3 тонны и при толщине лобовой брони в 45 миллиметров и бортовой в 30, что для этого времени и этого класса танка было просто замечательно.
К примеру немецкий Т-3, ранних версий, до 1939 года, имел при толщине лобовой и бортовой брони в 15 миллиметров, вес в 15-16 тонн при 37 миллиметровом орудии. Модификации 40 года имели уже лобовую броню в 30 миллиметров и бортовую в 20 при орудии 50 миллиметров и весе примерно в 20 тонн. 
При этом переднее расположение моторного отсека давало экипажу танка дополнительную защиту. После того, как снаряд противника пробьет лобовую броню, перед ним будет двигатель, а за ним 10 миллиметровая внутренняя переборка моторного отсека. Танк что, железяка, их ещё наклепать можно будет, а вот обученный и опытный экипаж за пару месяцев не подготовишь. Кроме Т-50 стояла КШМ, она имела немного удлиненный по сравнению с танком корпус, и с двумя гибкими антеннами и одной телескопической, а кроме того, над корпусом торчали рога стереотрубы. Ещё одна полностью закрытая с красным крестом на бортах, такая же, но без них, это оказалась транспортно-заряжающая машина для подвоза боеприпасов и топлива и такаяже, но с небольшой пулемётной башней из спарки ДК и ДТ и десантным отсеком. Затем пошли машины с открытой рубкой, знаменитая самоходка поддержки пехоты СУ-76, та самая, которую в войсках прозвали — Голожопый Фердинанд. Затем были две с зенитными турелями, на одной стоял 20-ти миллиметровый ШВАК, а на другой, спарка 12,7 миллиметровых ШВАКов.
Это не опечатка, ШВАК — Шпитальный-Владимирова авиационный крупнокалиберный, сначала был спроектирован и запущен в производство 12,7 миллиметровый крупнокалиберный авиационный пулемёт ШВАК, а в 1936 году на его базе была создана 20-ти миллиметровая авиационная пушка. Всё различие состояло только в более крупном стволе. 
И завершала этот ряд ещё одна самоходка с открытой рубкой, в которой стоял 82 миллиметровый миномёт БМ 36, к сожалению 120 миллиметровый ПМ 38 еще не создан, хотя уже на подходе и впоследствии именно он и заменит БМ 36. Всего 9 машин, и если Т-50 имел бронирование в 45 миллиметров лоб и 30 борт, то остальные машины имели 25 миллиметров лобового бронирования и 15 бортового при весе примерно в 10 — 11 тонн. Сначала Гинзбург подробно рассказал нам про каждую машину, её ТТХ и для чего она нужна. Мы ещё и залазили в них, что бы рассмотреть их изнутри, а потом по команде в них забрались экипажи и они дружно рванули по полигону, показывая свою проходимость. Все машины с лёгкостью преодолели все препятствия, правда стрельб не было, но они сейчас были не нужны. Сталин остался очень доволен, армия должна была получить после того, как наладят их производство, большой спектр различной бронетехники. По крайней мере наша пехота, с учётом и колёсной техники, будет иметь разнообразные бронированные машины поддержки. С такой техникой планируемые мехкорпуса действительно будут мехкорпусами. 
-Спасибо товарищ Гинзбург, вы сделали большое дело для всей нашей страны и армии. Теперь осталось только запустить это всё в производство.