Между вороном и ястребом (СИ)
- Лучано сделал еще один медленный глоток, позволив хозяину дома разглядеть шиповское кольцо, и небрежно поинтересовался:
- Что-то не так. дорогой маэстро? Вы. кажется, побледнели.
- О пустяки... - отозвался скульптор, не отрывая от его руки зачарованного взгляда. И все-таки не выдержал выдохнул с безнадежной горечью - Так вот зачем вы просили поменять свечи! Я хотя бы доужинать успею?
- Что7 - не понял Лучано. А потом понял и оскорбился: - Ну. знаете! В такой мелочности меня еще никто не подозревал! К тому же я на королевской службе и убиваю исключительно с позволения его величества Аластора. Которого вы пока ничем не разгневали, совсем наоборот.
- На службе... - медленно повторил Коррадо, разглядывая его с восхищенным ужасом. - Так вы не просто фаворит... Итлийский кот короля, прекрасная дама, старший мастер Шипов... Сколько же у вас лиц?!
- Гораздо больше, чем вы назвали, - улыбнулся Лучано уголками губ. - И я буду признателен, если вы не станете делиться этим открытием. Кстати, морские гады великолепны И умоляю, не сочтите причиной для беспокойства, что я не стану больше пить. Просто не люблю монтильи.
- Как... пожелаете. - отозвался скульптор. - Простите, я ведь ждал... Хотите арлезийского'' Или фраганского?
- Беллиссимо! - сдобрил Лучано. - Любое сухое на ваш вкус, маэстро.
- Коррадо встал, прихватив со стола недопитую бутылку, и пошел к шкаочику в углу Руки его не дрожали, спина была прямой, и уже за это скульптор заслуживал уважения Многие вояки, известные безрассудной отвагой, теряли ее при одном упоминании Шипов Претемных Садов А ведь Коррадо тоже итлиец. ему значение железного колечка известно с детства. Болтать скульптор не станет, не совсем же он идиотто, однако, неловко получилось
- Оернувшисв с дру-ой бутылкой, хозяин дома распечатал се и разлил вимо. Темпо-золотое фраганское красиво заискрилось в хрустале. Лучано отщипнул еще пару виноградин, покатал глоток вина во рту. оценивая вкус.
- Беллиссимо. - повторил он и признал - Вы умеете выбирать еду и напитки, маэстро.
- Похоже, лучше, чем сердечные склонности, - чуть смущенно усмехнулся Коррадо.
- Жалеете? - Лугано приподнял бровь. — О том. что получилось в первый раз, или о том. что не вышло во второй?
- О. нет! И да...
- Коррадо улыбнулся, и стало видно, что страх его совсем пропал, сменившись чем-то совсем иным. Восхищением, азартом, жаждой...
- Да вы наглец, маэстро. - усмехнулся Лучано. - Я еще за первый раз на вас обижен, а вы уже намекаете, что не прочь попробовать снова. Вы всегда так неосторожны?
- Жизнь коротка. - Скульптор пожал плечами и подлил в оба бокала еде вина - Если бы я не умел рисковать, не добился бы успеха в своем ремесле. Впрочем, Шипу ли об этом рассказывать... Но вы так молоды! Я бы никогда не подумал, что такое возможно...
- Вы создали первый шедевр в пятнадцать, - заметил Лучано. - «прекрасную Хлою над ручьем». Разве возраст был вам помехой?
- Вы ее видели? - просиял Коррадо. и его глаза блеснули торжеством - Да. мне было всего пятнадцать' И люди сказали, что это работа маэстро Сольци. моего наставника... Что он подправил модель, которую я создал1 - добавил скульптор с искренним возмущением. - Видит Великий Безликий, ничья рука не касалась Хлои, кроме моей:
- О. это я отлично понимаю. - снова усмехнулся Лучано. - Подпустить кого-то к своему шедевру? К работе своего сердца? Но ведь будущее показало, что они ошибались. Вы великий мастер. Коррадо! - И вздохнул с остатками обидь - Ну почему зь тогда просто не сказали, что я вам приглянулся? Зачем было обманызатъ?
- А вы посмотрите на это моими глазами! - развел руками Коррадо - Синьор Лучано, вы богаты, знатны, молоды и красивы, да еще прославились подвигами1 И я... Что я мог вам предложить? Самого себя? Сомнительная удача для того, кого люблт король! И, говорят, не только сердцем, но и телом...
- Врут. - брссил Лучано. - Король Аластор. да хранят его Семеэо. любит исключительно женщин. Остальное - слухи. Но вы и вправду могли предложить себя. Не думаю, что ваша слава меньше моей. И уж точно прочнее, потому что проживет века Зы могли просто сказать, что желаете меня - я бы никогда не отказал великому Коррадо!
- Великому Коррадо - возможно. - с неожиданной грустью улыСнулся скульптор. - А мне самому-' Скажите. Лучано. если бы кто-то ответил вам... - нет не взаимностью, а просто согласием! - не потому, что вы - это вы... А потому, что вы - старший мастер Шип, к примеру? Зам бы эш нинрмилииь?
- Но я никогда!.. - возмутился Лучано и осекся
- Да. вот чего он точно никогда не делал - это никого не принуждая к любви. Честно покупал - бывало, но и то не слишком часто. Разве что совсем в юности, когда не хватало собственных достоинств. Конечно, потом не скупился на подарки, но ему всегда хотелось думать, что его выбирают не за деньги. Если мужчина красив, любезен, весел и знает в любви толк, редкая женщина ему откажет А если откажет - всегда можно найти другую! Но пользоваться мрачной славой Шипа? Тем более угрожать?! Мерзость какая... Но... справедливости ради... наверняка бывает и по-другому. У тех, кто не слишком красив и вовсе не любезен, остается надежда только на деньги. Или на железное колечко, которое заставляет людей куда внимательнее слушать просьбы его обладателя.-
- Я вас понял. - буркнул он. чувствуя, что веселая злость пополам с обидой куда-то бесследно исчезли. И тут же мстительно добавил: - Но знаете, так получилось не лучше1 Все равно вышло, что я ответил согласием вашей славе, а не вам! А вот если бы вы пели такие канцоны мне И пригласили на такой ужин..
- Он обвел остстки пиршества выразительным взглядом, и Коррадс улыбнулся.
- «Вот как у него это получается? — поразился Лучано. — Я ведь был на него обижен! Не настолько, разумеется чтобы отравить, глупость какая. Но шел сюда точно не затем, чтобы помириться. И уж точно не для того, чтобы во второй раз наступать на тот же скользкий камень...»
- Он глотнул вина, чтобы удачнее сменить неловкую тему, и уже открыл рот. но понял, что взгляд скульптора изменился И его лицо - тоже! Положение рук. наклон головы Коррадо даже дышать начал иначе! Быстрее и глубже, словно за окном был не Дорвенант, а Вероккья'
- Я хочу сделать вашу статую. - сказал Коррадо совершенно серьезно, глядя на Лучано в упор. - Без глупостей и недомолвок, обещаю. Статую человека которого мало кто знает по- настоящему. Я ведь прав? Сколько вам, Лучано? Еще и тридцати нет Великий Безликий, если бы я мог изваять вас ле~ через сорок1 - В голосе скульптора прозвучала такая страстная и безнадежная мука, что Лучано замер, не веря своим ушам - Это была бы моя лучшая работа Юные тела и лица прекрасны, но с каждым прожитым годом в людях накапливается истинная глубина' Сорок лет мне точно не прохить. так что надо пробовать сейчас... Погодите, не двигайтесь1
- Он выскочил из-за стола, схватил этюдник, лежавший на подоконнике. А снова бросился в кресло, что-то лихорадочно черкая карандашом.
- И долго мне так? —удрученно спросил Лучано
- Не так! - бросил скульптор, не поднимая взгляда. - Раздевайтесь! - И рассеянно добавил: - Можете закрыть окно...
- Да вы издеваетесь! - взвыл Лучано.
- Приподнялся - и тут же замер.
- Сидеть._ - прошипел скульптор, пригвоздив его к креслу совершенно безумным, бешеным взглядом - Раздевайся я сказал. Быстро1 Закрой барготозо окно, а то замерзнешь ночью.
- Ночью? - уточнил Лучано. приходя в себя и обнаруживая, что зачем-то расстегивает уже второй манжет - То есть вы хотите сказать... Меня во дворце ждут
- Подождут. - сообщил Коррадо. снова утыкаясь в этюдник. - Я потом лично попрошу прощения у его величества. И вообще, зачем ты ему ночью, если не греешь постель? Мне нужнее. Положи руку на подлокотник. Мягче. Как будто ты в Итлии. и за окном настоящее лето, а не вот это вот.