Невеста мёртвого царя (СИ)

Баюн что-то тихо прошептал и в его руке возник мерцающий шар света, похожий на косматое голубое солнышко. Подойдя к окну, он распахнул ставни и выпустил его наружу. Мы огляделись.
- Кошмар… - увидев местные пейзажи, я вся покрылась мурашками от страха.
Гиблые земли и впрямь напоминали дурной сон: перед нами расстилалась безжизненная равнина, покрытая черным песком. Кое-где были растения и деревья, но все они казались карикатурными изображениями себя настоящих. На деревьях не было ни цветов, ни листьев – лишь голые, почерневшие стволы и ветви, из которых вытянули всю жизнь до капли. По земле стелился мерзкий зеленоватый туман, издававший неприятный запах, и я сразу подумала – не прячется ли в нем кто-нибудь злой и кровожадный… магического света едва хватало, чтобы оглядеться метров на десять вокруг. Вдаль уходила единственная тропинка из гладких черных камней, частично занесенных песком.
- Избушка, беги по тропе, да не сворачивай с нее ни на шаг! Не то сгинем тут, как пить дать…
Баюн подошел к стене, надел рубаху и взял меч. Заняв наблюдательный пост у окна, он всматривался в темноту, держа правую руку на рукояти клинка. Я села рядом, стараясь справиться со страхом и нервной дрожью. Улыбнувшись, Баюн погладил меня по щеке.
- Не бойся. Ладно все будет, я же с тобой.
Я улыбнулась, прижавшись к нему боком. Страх до конца не отпустил, но присутствие Баюна и впрямь успокаивало. Меня передернуло при мысли о том, каково бы мне было здесь одной. Мусий тихо пискнул, напоминая о себе. Я накрыла его рукой, чувствуя, что ивник тоже подрагивает от страха.
Мне казалось, что мы едем уже целую вечность, хотя прошло, наверное, не больше пары часов. Определить время здесь было невозможно – вокруг царила все та же тьма и мерзкий туман клубился у избушки под ногами. От его запаха меня уже начало мутить, но деваться было некуда. Я тоскливо глядела в темноту за пределами освещенного Баюном круга, как вдруг вдалеке послышался странный шум.
- Что это? – сжавшись, я схватила Баюна за руку.
- Не знаю… избушка, стой!
Наш чудесный транспорт послушно остановился, переминаясь с лапы на лапу. Баюн, строго наказав мне оставаться внутри, вышел наружу, но буквально через несколько секунд вернулся.
- Едем дальше. Все в порядке, это река. И как я сразу не понял… так же только вода шуметь может.
- Та самая река, о которой ты говорил?
- Да. Мертвая.
- Это как? – слово «мертвая» меня напугало до дрожи в коленях.
- Ну… не знаю. О ней и в сказках написано, может, читала? Мол, отправился ворон за живой и мертвой водой, чтобы царевича убитого воскресить.
Я кивнула.
- Да, помню что-то такое. Мертвая вода срастила тело, а живая вернула царевича к жизни. Она что, реально существует?
- Вода?
- Ага…
Баюн рассмеялся.
- Конечно существует. Коли ты не заметила, тут вообще есть все, что в сказках описано.
- Интересно. А живая вода где находится?
Баюн указал пальцем куда-то вверх.
- У Отца Небо, в вышних чертогах. Именно поэтому за ней ворон летал – туда только птицам вход открыт. Людям нельзя…
- Почему? – удивилась я.
- Ну, потому что живые живут на земле, а Боги – на небе. Исстари так повелось. Да и чего там живым делать? Нам и тут хорошо.
- Ну, прямо «тут» не очень. А так – да…
Я задумалась, пытаясь представить себе реки с живой и мертвой водой. Но вскоре и представлять ничего стало не нужно, потому что мы оказались на берегу, и я сморщила нос – так вот откуда брался этот мерзкий туман! Его создавала река.
Кроме тумана ничего в ней особенного не было – река как река, с темной, почти черной, водой. Течение было довольно бурным, вплавь не перебраться. Оставалось только в очередной раз искать мост. Но когда я сказала об этом Баюну, он отрицательно покачал головой.
- Яга говорила, что моста здесь не будет. Только брод. Мосты тут строить некому, да и незачем – в земли Лиха по доброй воле никто не суется. Вот только одного я не знаю… где именно тот брод искать надо.
- Может, попросим клубочек? Или опять не найдет?
  
Баюн, пожав плечами, достал клубок из мешка.
- Клубочек, а клубочек… отведи-ка нас к броду у Мертвой реки.
К счастью, в этот раз нам повезло. Клубок взмахнул краешком нитки и понесся куда-то влево. Избушка, не дожидаясь команды, рванула за ним. Кажется, ей тоже не очень-то нравилось в Гиблых землях. И почему-то, мне от этого стало еще тревожней…
Когда клубочек остановился, Баюн достал из мешка моток веревки, и найдя неподалеку мертвое дерево, привязал к нему один конец, а другой намотал на лапу избушки.
- А соваться в эту воду точно не опасно? – встав с ним рядом, я с подозрением косилась на волны, сочившиеся туманом.
- Не знаю. Только выбора нет, придется рискнуть. Вернись внутрь и наружу не суйся, пока не скажу.
Я послушно забралась обратно в избушку и высунулась из окна. В треклятом тумане Баюна почти не было видно. Вдруг мне показалось, что на границе света и тьмы что-то мелькнуло. Чуть не закричав от страха, я зажала рот ладонью и несколько секунд успокаивалась, пытаясь отключиться от глупых страхов. Баюн ушел к воде, видимо, намечал самое удобное место для перехода. Мусий забрался ко мне на плечо, сверкнул золотыми глазенками и громко пискнул, кивком головы указывая на реку. Я не выдержала.
- Может, попросить Мусия на тот берег перекинуться? Огня тут нет, а воды касаться не придется…
Баюн не ответил. Я окликнула его еще раз, но ответом снова была тишина. Чувствуя, что на лбу и спине выступил холодный пот, я прижала ивника к груди и вышла из избушки.
- Бааааюуууууун! – крикнула в голос, забыв, что он просил меня не орать.
Тишина. Только вода шумела и туман расползался во все стороны. Мне показалось, что он стал гуще, плотнее, и поднимался все выше. Стараясь не впасть в панику, я металась по берегу, пытаясь найти Баюна, и вдруг, запнувшись обо что-то, упала на четвереньки.
- Ай! – взвыла я, больно приложившись коленом.
Но тут же забыла про боль, потому что поняла, обо что споткнулась. Прямо передо мной на земле лежал Баюн.
Я кричала, звала его и пыталась привести в чувство, но это не помогало. Баюн то ли спал, то ли потерял сознание. Ивник, спрыгнув на песок, увеличился до размеров человека, поднял Баюна и потащил в избушку. Меня, уже совершенно очумевшую от страха, ивник вел за руку, как козу на поводке.Уложив Баюна на лавку, Мусий затолкал меня в избушку и закрыл дверь, оставшись снаружи.
- Мусий, вернись немедленно! – я пыталась открыть дверь, но она уже растаяла – видимо, избушка тоже не хотела, чтобы я выходила наружу.
Ивник отвязал веревку и перекинулся через реку. На этот раз он приобрел форму эдакого мостика, чтобы избушке было удобней бежать – видимо, запомнил с прошлого раза, что кто-то может упасть. Его помощь оказалась неоценимой – вскоре мы уже были на другом берегу Мертвой реки. Вернувшись обратно, Мусий довольно жмурился, ожидая похвалы.
- Маленький ты мой, как же я тебя люблю! – я буквально зацеловала бедолагу, так что Мусий аж расцвел. В прямом смысле слова – на его голове, среди уже привычных листиков, появились крохотные белые цветы.
- Избушка, милая, беги дальше по тропе, и никуда не сворачивай, хорошо?
Ответом мне было испуганное квохтанье, но избушка подчинилась и побежала вперед. А я наконец-то смогла вернуться к Баюну и снова попытаться его разбудить. Мусий даже побрызгал ему в лицо целебной водой, но ничего не помогало. Баюн спал богатырским сном.
- Он ведь просто спит, да? Скоро проснется? – я безумными глазами смотрела на Мусия, сидевшего рядом.
Ивник пискнул в ответ и утвердительно кивнул головой.
Избушка вдруг остановилась, громко кудахтнув.
- Да какого опять… - я выругалась в сердцах и выглянула в окно.
Тропинка, мощеная черным камнем, закончилась. Прямо перед нами было поле, покрытое алыми всходами. Между ними что-то смутно белело, но в тумане сложно было разобрать, что именно.