Купол над бедой (СИ)
Князь, вернувшись в Приозерск вместе с Дейвином, достал коньяк и бокалы, устало опустился в кресло, кивнул Дейвину на второе, напротив, глотнул коньяка и сказал:
- До чего же скользкий тип. Как лотай: пока из-под камней достанешь, все руки обдерешь, а сумев добыть, устанешь отмывать от слизи.
Дейвин, принимая бокал, согласился:
- Да, я такого еще не видел. Даже с ддайг проще договариваться.
- Дейвин, ты видел, как он одет? - заметил Димитри. - Как тебе кажется, это был какой-то жест, или они все так одеваются?
- Мой князь, мне кажется, все.
- Почему?
- Алиса за всю осень ни разу не попыталась расчесаться самостоятельно. Я все ждал, что она попросит гребень, - нет, этого не произошло. И своего у нее в вещах не нашли. А воспитывали и учили ее именно они.
- Мнда. Интересный народ. Просто с ними не будет. Но других соседей-магов у нас все равно нет. Придется работать с этими, тем более что все могло быть гораздо хуже. Этот их Исиан хотя бы не отказывался от своего человека, попавшего в плен.
- Да, - кивнул Дейвин. - Ддайг считают своих шпионов мертвецами заранее, им безразличны их жизнь и смерть. Исиану Алиса нужна живой.
Исиан тем временем известил глав других Домов о необходимости собрать совет Созвездия, получил ответы и даже успел условиться о времени.
Совет был сложным. Даже не потому, что с точки зрения Созвездия пока что речь шла о предварительном обсуждении проблемы, - предстояло сообщать о контакте с собратьями по Искусству и всех обстоятельствах этого события. Исиан, как инициатор срочной встречи, в первую очередь пригласил глав великих Домов. Он не ждал от них радости по этому поводу, однако не сомневался, что рассказ о контакте с собратьями по Искусству, пусть дикими и жестокими, заинтересует всех, получивших приглашение.
Принцу дома Утренней Звезды предстояло объяснить другим принцам и принцессам, что же произошло, и с ними вместе принять решение. Ведь как только чарр Алисы оказался в руках Димитри, это коснулось и их тоже. Вместе они смогут выработать общую позицию или предложить выбор из нескольких другим Домам, не таким значимым и крупным и потому куда менее интересующимся жизнью за пределами Саэхен, и Созвездие снова найдет общую дорогу к миру.
Собравшиеся сегодня в зале Советов в Драконьем Гнезде говорили от имени семисот тысяч сайхов. Миру, в котором всего жило чуть меньше пяти миллионов человек, это позволяло считать, что сообщество было представлено в полной мере. Великие Дома отличались от остальных тем, что могли собственными силами реализовать любое из принятых решений. Утренняя Звезда - Дом, возглавляемый Исианом, - был именно таким, как и дом Золотой Бабочки, в котором Алиса проходила практику.
Чем меньше был Дом, тем меньше Семей в него входило, тем уже была его специализация. Если бы по вопросу, предлагавшемуся к обсуждению в Созвездии, были признанные эксперты из числа совсем небольших Домов, разумеется, Исиан пригласил бы и главу такого Дома. Но таковых не существовало. О варварской империи знали только в доме Утренней Звезды.
Исиана ждала очень неприятная необходимость рассказывать об Алисе, письме собрата по Искусству и обвинениях, выдвинутых в ее адрес им и его родичами и соотечественниками. Принц не взялся предсказать реакцию Созвездия на такие новости. Это для Дома ситуация пока была очевидна: что бы ни произошло на Земле, Алиса не могла сделать все то, в чем ее обвинял чужак.
Однако, похоже, уверенность в опыте и умениях дома Утренней Звезды была достаточно велика, так что, допустив возможность, что Алиса виновна, главы Домов предположили, что у нее могла быть веская если не причина, то повод вести себя так, как это описывал чужак. И Исиана спросили об этой причине, не обвиняя, но сочувствуя. О мире, где Алиса училась быть наблюдателем, многие на совете слышали, и если уж там она смогла сдержать себя, не ввязываясь в безнадежную борьбу и не выбирая сторону, то, наверное, смогла бы сделать это и на своей родине. Ответа на вопрос сородичей у Исиана пока не было, он не смог найти его в отчетах Алисы, и первый из многих советов завершился сочувствием беде, постигшей дом Утренней Звезды, и общим пониманием, что прежде чем сообщать всем о контакте с собратьями по Искусству, надо узнать больше как о них, так и о коллизии, приведшей их на порог Созвездия с обвинениями и требованиями возместить ущерб.
Вернувшись с совета, Исиан отправился в сады Айхелл и был там, пока последние лучи солнца не погасли и не начали распускаться ночные цветы. А потом пошел писать письмо своему неожиданному корреспонденту.
Дорогой Димитри.
У меня накопились некоторые вопросы по делу, которое мы с тобой начали обсуждать при встрече. Похоже, нам было бы полезно встретиться снова и обсудить их, чтобы продвинуться в решении вопроса дальше. Место встречи можно не менять, просто давай условимся о времени.
С неизменным уважением,
Исиан Асани.
Второй раз Димитри с Исианом встречались ранним утром по времени Земли. Они обменялись приветствиями, и Исиан задал вопрос, принесенный с совета.
- Димитри, вот чего я не понимаю. Алиса была наблюдателем и до этого мира. В ее рабочем списке есть миры и посложнее Земли. Ее готовили к работе в самых разных условиях, учили сохранять голову ясной и излагать увиденное с позиции не участника событий, но свидетеля, невовлеченного и по возможности объективного. То, что ты перечислил в первом письме, для профессионального наблюдателя Созвездия можно определить только как "человек пошел вразнос". Я верю тебе и ничуть не сомневаюсь в том, что это действительно произошло. Но я хочу спросить, что тут было, что случилось перед тем, как мой человек пошел вразнос? Просто так люди с пути не срываются, Димитри, ты знаешь это не хуже меня. Кроме того, вразнос пошел не один человек, ей помогали многие, и помогали активно, с риском для жизни, ты сам это признавал в своем первом письме. Так что же вы им сделали?
Сааланец молчал, постукивая безымянным пальцем по столу. Его беловолосый спутник был неподвижен, как если бы его вырезали из дерева вместе с креслом и оставили в комнате для оживления интерьера. Исиан тоже молчал и спокойно ждал ответа.
Наконец Димитри произнес:
- Этак мы с тобой договоримся до того, что обстоятельствами и внешними условиями можно оправдать что угодно. Она сделала то, что сделала, давай обсуждать это.
- Я не оправдываю ее, - возразил Исиан. - Но я хочу знать, что ею двигало. В конце концов, она человек моего Дома, и я имею право знать ее обстоятельства. Кроме того, если она нашла себе такое количество помощников, как ты мне писал, чтобы сделать все, что ты перечислил, то и досадили вы не только ей. Я хочу понимать, чем именно. Что могло так ранить людей, чтобы они перестали быть людьми и видеть людей в вас? У тебя есть хотя бы предположения?
- Хм, - сказал сааланец. - Ну, вот я тебе это скажу. Разумеется, ты отнесешь это тем, с кем ты советовался между встречами со мной. И что с ней будет после этого?
- Это зависит, - медленно и четко ответил Исиан, - от того, что я сейчас услышу в ответ на свой вопрос.
Димитри давно не ощущал себя так надежно зажатым в угол. Сказав сейчас хотя бы половину того, что следовало сказать в ответ на этот вопрос, если быть честным, он опозорит Аль Ас Саалан в глазах этого чужака и оправдает все, что творила Алиса в крае. Скрыв истину, что само по себе позор и низость, он обрекает Алису на расправу, и кто знает, что еще может прийти им в голову после того, что они с ней уже сотворили. Отмолчаться не выйдет, Исиан не просто ждет ответа, он не позволяет уйти от вопроса. Еще одна попытка увернуться поставит самого князя в дурацкое положение в присутствии вассала. Если отказаться отвечать прямо, и каким-то чудом удастся после этого продолжить разговор... Димитри не был уверен, что Алиса - единственный наблюдатель от Саэхен на Земле и в крае. Не скажет он сам, так Исиан спросит других наблюдателей и пришлет ему их ответ в следующем письме или выложит на стол при следующей встрече. Будет только хуже.