Золотая рыбка для высшего! (СИ)
Фелия сидела на стуле и блуждала по камере бездумным взглядом. Как докатилось до такого. Она ведь была совсем близка к своей мечте. Что пошло не так? Почему она здесь? А эта безродная девчонка сейчас там, на свободе и теперь Робин обнимает её. Нет! Должно быть она его тоже опоила.
— Фелия! — окликнул её холодный голос Робина.
— Робин! Ты! Любимый. Должно быть произошла какая-то ошибка. Прошу, отпусти меня. Эта девчонка, она скорей всего тебя опоила. У меня есть противоядие, я помогу… — но правитель стоял и смотрел на неё таким холодным и чужим взглядом. В нем не было ни сочувствия, ни жалости и уж тем более там не было места для нежности к этой женщине.
— Фелия, ты ещё не поняла? Последний раз твоё зелье не подействовало.
— Что? — женщина побледнела и стала хватать ртом воздух, словно задыхалась. — Но… как же тогда …
— Я знал, что там было приворотное зелье, потому просто подыгрывал тебе, как те, кто был в курсе.
— Нет, нет, не может быть. Ты ведь любил меня, мы должны пожениться… — она стала безумно шептать всякий бред, явно не принимая происходящую реальность.
— Алиса — моя единственная. Думаю, тебе не надо объяснять, что это значит?! Я каждую минуту думал о ней и ни о ком больше. Целуя тебя, я представлял, что на твоём месте она. Иначе просто быть не могло! А ты… Всё это время ты опаивала короля, подвергала опасности страну, жертвовала невинными, которые были просто не в угоду тебе. И после всех таких действий ты действительно надеялась стать королевой?!
— Нет! Это всё не правда! Она не твоя единственная. Она не будет королевой. Это Я! Я, слышишь! — женщина стала биться в истерике, отказываясь слушать.
— Фелия, я знаю о той старушке! Я знаю кто она на самом деле. А ты? Что ты знаешь о ней? — её взгляд прояснился и она внимательно посмотрела на Робина.
— Что? О чем ты?
— О той женщине, у которой ты брала всё это время зелья. Я знаю, что эти книги ты попросила для неё. Это был ваш уговор?
— Книги, книги, книги! Снова эти проклятые книги! Да пусть они горят! Ненавижу, ненавижу всех вас! — и та снова забилась в истерике.
— Робин! — в камере внезапно появилась Алиса.
***
— Робин! — позвала я высшего. Мне хотелось его попросить кой о чем и я уговорила Мэтиса проводить меня сюда. Сейчас, видя, как Фелия бьется в рыданиях, как обезумевшая, мне стало её ещё жальче. Весь её привычный мир рухнул в одно мгновение. Чем выше взлетишь, тем больнее падать. Вот что с ней и произошло. Только это всё потому, что она шла нечестным путем.
— Алиса, что ты тут забыла? — Робин вышел ко мне, а гратис встал не далеко от открытой двери, тем самым слыша нас и наблюдая за пленницей.
— Я попросила Мэтиса, чтобы он меня проводил. Хотела кое-что сказать. — высший недовольно посмотрел на друга, который быстро отвернулся и сделал вид, что не при делах. Дети.
— О чем ты хотела поговорить? Это срочное?
— Это касается Фелии. Что её ждет?
— Казнь. — от этого слова у меня внутри всё перевернулось.
— Робин, так нельзя. По моей просьбе Мэтис мне рассказал о ней и о её семье. Она ведь не виновата. Вернее, здесь не совсем её вина. Её так воспитали, вбили в голову всю эту дурь! Она ведь даже и не знала другой жизни!
— Алиса… ты жалеешь её? — посмотрел на меня Робин квадратными глазами. Гратис не поворачивался в нашу сторону, но я кожей ощущала, что он сейчас обалдел не меньше короля.
— Да мне её жаль. Вся её жизнь состоит из лжи и использования. Сначала использовали её, потом она сама. Что если ей … ну не знаю, стереть память, отправить куда-нибудь подальше. — Робин тяжело вздохнул и прижал меня к себе.
— Алиса, так нельзя. Я понимаю и принимаю твою точку зрения, но не всю. Ты говоришь о её жизни, но что на счет тех, кого она отправила на тот свет? У них тоже были семьи. Родные, а у кого-то жены, мужья, собственные дети. Их не вернуть и она должна за это понести наказание. Это будет честно, справедливо по отношению к погибшим от её руки, по её воле. Я понимаю, что я и сам виноват не меньше её, и мне тоже придется искупить свою вину перед их семьями… Но прошлого не вернуть, как бы грустно от этого не было. Ты сама это знаешь.
— Но … казнь…
— Мы должны обнародовать её преступления. — Робин смотрел на меня с сожалением, а потом протянул руку к щеке и смахнул слезу. Оказывается, я заплакала. Ведь, как женщина, я её отчасти понимала. И неизвестно как бы я себя повела, окажись на её месте.
— Если так, то тогда под суд в первую очередь должны отправиться её семейка, которая отравила её, исковеркала её сознание, сломала как куклу и выкинула на обочину дороги, как ненужную безделушку, ставшей им неугодной! Если речь и идет о казни, то тогда это их надо казнить! — я разозлилась не на шутку. Но искренне думала о том, что такие, как её родные не достойны свободно расхаживать по земле и дальше продолжать наслаждаться жизнью.
— Алиса… — Робин нежно обнял меня, и мы простояли так какое-то время, пока я немного не успокоилась. — Я тебя услышал и сделаю так, как должно быть. Здесь ты полностью права. Наказание не обойдет их стороной, я тебе это обещаю. И с Фелией… Я обещаю, что подумаю, как поступить лучше.
— Спасибо! — и это его называли монстром? Нет. Он не монстр и никогда им не был. Даже несмотря на то, что он был под воздействием зелья, он не снимает с себя ответственности за содеянное. Это достойно уважения, это достойно поведения истинного правителя, кем он и является.
Когда мы поднялись наверх, мне стало немного легче. Робин обещал, что придумает, как быть, значит он сделает это. Я ему доверяю полностью. Во всяком случае семья Фелии понесет наказание за содеянное, а это не может не радовать.
— Леди Алиса! — радостно воскликнула Тана, выбегая откуда-то из-за угла. Девушка набросилась на меня с объятьями. — Леди Алиса, это правда? Правда? Леди Фелию арестовали?
— Да. Это правда. Но, как много об этом знают?
— Практически уже все слуги говорят об этом.
— Это плохо! — пробормотал Мэитс. — Слух не должен выйти за пределы дворца.
— Об этом не переживайте. Старшая прислуга уже пригрозила особо болтливым увольнением, если они расскажут об этом кому-то ещё. Пока об этом не будет официально объявлено, нам запрещено говорить об этом. Всё-таки, мы дворцовые слуги. — с умным видом произнесла Тана, от чего я не смогла сдержать улыбки.
— Ты молодец. Вы все молодцы.
— Но Леди Алиса, а как же ваша помолвка с… — она неуверенно посмотрела на Мэтиса.
— Тшшшш…. Потерпите ещё немного, юная леди и скоро всем всё станет ясно. А сейчас, нам пора. — высший кивнул покрасневшей прислуге и повел меня в сторону кабинета Робина. — Мне кажется, или им не терпится обнулить нашу помолвку? — усмехнулся он.
— Да ладно. Тебе не помешало бы снова стать свободным, чтобы поскорее самому найти своё счастье.
— Думаешь?
— Вот только не вздумай так же сказать при Робене.
— А это хорошая идея. — довольно улыбнулся Мэтис, глядя на меня с хитрым прищуром.
В одиночестве мы просидели не долго. Скоро к нам присоединился Робин. Он явно был не в восторге от полученной информации, а если уж быть точной, то в её отсутствии. Ничего, кроме какого-то флакончика со странной жидкостью, которую они нашли у Фелии. Та в свою очередь ничего не сказала. У неё истерика и она абсолютно отказывается принимать реальность. А вот зелье довольно интересное. Это парализующий яд, который действует очень медленно.
— Он ведь предназначался не для тебя? — дрогнувшим голосом обратилась я к Робину.
— Скорее всего для меня. Но вот зачем и что эта старушка сказала Фелии?! Черт!
— А что… А что, если использовать мой дар? — предложила я.
— Не стоит. Вряд ли та женщина посвятила её в свои планы и рассказала всё как есть. Вполне возможно, что она просто обманула её, предоставив другую информацию. — отговорил меня Робин и Мэтис с ним согласился.
— Да и яд этот не убивает, а только парализует. Может для бракосочетания дали, чтобы Робин не сопротивлялся? — с сомнением в голосе выдвинул версию Мэтис. Бредовая конечно идея, но и она имеет место быть. В этом мире, и в этой ситуации я уже ничему не удивляюсь.