Бесподобным даши надо подумать (СИ)

— Опасность миновала, — произнес магистр, закончив это заклинание.
После этого он повернулся к императору, стоящему гордо, невозмутимо, но все еще загораживающего собой младшего брата.
— Ваше императорское Величие, — произнес магистр Юнь, отвесив приветственный уважительный поклон, — мое имя Юнь Гун Чжэнь. Я являюсь магистром школы Бай Шань. Прошу прощение за столь дерзкое появление и прошу выслушать.
Император молча дождался, когда магистр закончит свою речь, после чего строго взглянул на испуганных в зале людей.
— Пир окончен, — сказал он им, дав понять, что им пора выметаться.
После этого он ответил легким поклоном магистру, как того требовали приличия и прошел к своему трону. Окружение очистило зал за секунды, ведь даже знатные министры после увиденного желали лишь одного — покинуть это место как можно скорее.
— Прошу принца Зиана задержаться, Ваше Величество, — вежливо произнес Юнь Гун Чжэнь, после чего убрал свое оружие в пространственное кольцо, ведь постоянно носить его на виду было, с одной стороны, попросту не удобно, а с другой — оно нередко привлекало слишком много внимания.
Ученики последовали его примеру и так же сложили мечи. Император согласился с просьбой магистра и кивнул принцу, который собирался уходить.
— Итак, — предложил начать император, когда зал полностью опустели повисла тишина.
— Я передам суть коротко. Недавно в нашем путешествии мы повстречали Его Высочество, и тот обратился к нам за помощью. Будучи человеком, ученым когда-то в нашей школе, он смог заметить, что Его Величество подвержено действию проклятья и просил нас справится с этим. Просим прощения у его императорского величества, поскольку проклятье коварно, нам необходимо было действовать тайно. С моим учеником Шань Чжэн Нуо вы уже знакомы. В пути он пострадал, и я благодарен, что принц Зиан позаботился о моем ученике, — магистр улыбнулся, а вот у императора дернулась бровь, когда он осознал, почему его брат проявил такое внимание к мальчишке, — после мой ученик следовал моим указаниям и вызывал у Его Величества отрицательные эмоции, дабы получить больше информации, что помогло мне выяснить о сущности проклятья.
— Ваш ученик определенно талантлив, — хмыкнул император, — я было подумал, что он действительно настолько недалек умом.
— Вы бы не ошиблись, — ответил магистр Юнь, строго посмотрев на Чжэн Нуо, из-за чего тот был готов провалиться сквозь землю, осознавая, что для него еще все не закончилось.
— Так ты — даши, — сказал император, смотря на подростка тоже, и тому стало еще более страшно, — полагаю, наказание было для тебя пустым делом, и мне не за что извиняться перед твоим учителем?
— Сущие пустяки, — срывающимся из-за нервов голосом произнес подросток, готовый спрятаться за спину Ченмо и лишь чудом продолжая стоять на своем.
— Итак? Вы выяснили, что это за проклятье? — поинтересовался император.
— Как могло быть иначе? — ответил Юнь Гун Чжэн. — Поэтому я бы хотел поговорить с вами сугубо наедине.
  
Глава 12. Время продолжить путь
 
Как только все оставшиеся участники разговора вышли из зала, Юнь Гун Чжэн сделал несколько шагов ближе к трону и возвел магическую завесу, чтобы сохранить их разговор в секрете.
— Итак, — напомнил император, смотря сверху вниз на посла.
— Это проклятье зовется «Двумя ликами небес». Это проклятье появилось давно и является большой редкостью, потому что навести его сложно, но действие оно имеет внушительное и незаметное для глаз простых людей. Главным образом оно меняет личность человека в глазах остальных, пробуждая его самый сильный порок. Оно двулико, поскольку одна его часть впитывает энергию порока, другая выпускает его во сто крат в нужный момент. Вашим пороком оказался гнев.
Император ничего не ответил на это.
— Это вы могли сказать и при остальных, — точно подметил Шанг Пенг, и Юнь Гун Чжэнь продолжил.
— Это проклятие можно нанести, только когда человек спит. Тогда он достаточно открыт, чтобы проклятье проникло в самую душу и прицепилось к пороку.
 
— Каким образом? — немного подумав, задал вопрос император.
— Любым. Главное условие — чтобы человек спал, а зачастую этого добиться сложно. Заклинание может быть, как написано, так и прочитано вслух. Главное, чтобы в момент наложения проклятья, проклинающий так же находился в помещении.
Император призадумался снова. На самом деле, будь он обычным человеком, найти виновника было бы проще, но он был императором, во время сна к нему приходили слуги, которые менялись каждый день. Разумеется, он не боялся яда или убийцу, поскольку слуг все же подбирали тщательно для этой работы и проверяли, но если слуге достаточно прочесть проклятье… Ко всему прочему, он нередко засыпал на пару часов у своих наложниц, с которыми проводил ночь. Обычно это происходило, потому что он был слишком уставшим, ведь он не желал оставаться в их покоях на ночь. Но сколько еще слуг заходит к его наложницам? Сколько раз он выставлял тех из комнаты, чтобы отдохнуть в одиночестве после выполнения долга и опять же засыпал. Наложить проклятье было слишком легко.
— Как его снять?
— Об этом не беспокойтесь. Победив его физическое обличие, я вырвал основу, теперь проклятье с каждым днем будет угасать, пока не исчезнет. Однако, вам нужно избегать злости и ярости, чтобы не придать ему сил для сопротивления.
— Сколько по времени? — нахмурился император.
— Всю жизнь, — честно ответил Юнь Гун Чжэнь, — это не та рана, которая может затянуться, как у физического тела. Получив проклятье однажды, оно будет с вами всю жизнь, и ничто не сможет его излечить. Лишь перерождение, когда души проходят очищение.
Император отвел взгляд и понимающе кивнул.
— Надеюсь, у Вашего ученика больше нет здесь дел.
— Не беспокойтесь, мы сейчас же уйдем.
— Вы могли бы остаться на ночь.
— Не стоит. В городе еще остались другие ученики, — вежливо ответил Юнь Гун Чжэнь.
— Это не проблема. Мы повелим привести их сюда. Мы бы желали, чтобы бесподобный даши осмотрел дворец и его жителей.
— Мои ученики уже изучили этот вопрос, но, если Вы обеспокоены кем-то конкретным, я не посмею отказаться.
Император снова замолчал, словно собираясь с мыслями, после всего.
— Впрочем, есть кое-кто.
***
Достаточно быстро ученики магистра Юня оказались во дворце. На этот раз Чжэн Нуо переехал в гостевой дом вместе со своими братьями-учениками и сестрой-ученицей. С него наконец-то была снята «должность» наложницы, и он очень надеялся, что об этом никто не узнает.
— Ты правда был наложницей императора?! — воскликнул Шань Го Цзы, пораженно уставившись на своего товарища.
Ну, конечно же, Шань Ченмо был все еще зол на своего брата-ученика, за то, что он лишил его еды почти на сутки, и выдал его тайну. Впрочем, не такая уж и большая это была тайна. После этого известия все посмотрели на притихшего Гуан Жуна.
— Простите, — неловко сказал он, отведя взгляд.
— Но как так вышло? — удивилась Шань Мэй.
Шань Чжэн Нуо и рад был бы все им рассказать, но половину этой истории он провел без сознания, поэтому и сам не совсем понимал, как все так обернулось. Увидев это, Шань Ченмо сам вкратце пересказал эту интересную историю.
— О, но зачем он забрал тебя? — поинтересовался Го Цзы. — Это так нелогично.
— Может, он влюбился? — мечтательно сказала Шань Мэй.
— Или убирал конкурентов, — ответил Го Цзы.
— Нет, влюбился! — настаивала девушка.
— Одно другому не мешает, — ответил Гуан Жун, — но ты правда родился под золотой звездой, раз до сих пор жив.
— Так, вам не кажется, что вы забыли кое-что очень важное? — раздался голос магистра Юня, и подростки подпрыгнули на местах.
— Что? — поинтересовался Го Цзы, который был старостой группы и лично проверял все вещи, когда они уходили из гостиницы.
— Время медитации, — строго сказал магистр, — все на улицу.