Когда причиняют добро. Рассказы

Риелтор прямо на месте позвонила владельцу квартиры и договорилась с ним о встрече в субботу днём. Возможно, именно из-за столь стремительного развития событий Чин впервые посетило чувство, что всё это происходит на самом деле. Наш дом. Мой дом. Когда, сев в машину, они наконец остались вдвоём, Ювон сказал:
— Мне говорили, что такие покупки всегда происходят спонтанно.
— Кто говорил?
— А? Кто? Да кто-то… Слышал когда-то такое мнение.
Чин украдкой взглянула на мужа, сидящего за рулём машины. Его лицо ничего не выражало, как было всегда, когда он сосредотачивался на чём-то. На две трети он уже принял решение. Чин хорошо знала своего мужа.
* * *
У них и в мыслях не было покупать собственное жильё. По крайней мере так было ещё месяц назад. За шесть лет супружеской жизни они уже трижды переезжали. В Корее контракт на долгосрочную аренду подписывается обычно на два года, поэтому так сложилось, что они переезжали каждый раз, когда контракт подходил к концу. Вторая квартира, куда они переехали, была на шестнадцать с половиной квадратных метров просторнее и на одну комнату больше, чем их первый дом, куда они приехали сразу после свадьбы. Залог и кредит на залог также выросли. Третья квартира была на десять квадратных метров меньше. И хотя количество комнат осталось прежним, залог за квартиру снова вырос. Сумма, которую необходимо было внести в качестве залога для долгосрочной аренды, продолжала расти раз от раза. Размер семейного кредита немного увеличился, но на их жизни это особо не сказалось. Они оба работали, каждый месяц в фиксированный день получали фиксированную зарплату, а потому им удавалось сохранить привычный образ жизни, не слишком отличающийся от того, что было раньше. Все финансовые операции Ювон взял на себя. Он сам так захотел.
— Для тебя это только лишние хлопоты, — сказал он жене, словно дядюшка, берущий под своё крыло двенадцатилетнюю племянницу. И едва только они вернулись из свадебного путешествия, Ювон попросил Чин оформить доверенность на него. Его слова были не лишены смысла, поэтому Чин согласилась. За исключением небольшой суммы, которую Чин оставляла на личные траты, вся её зарплата объединялась с деньгами Ювона и уходила на их семейные нужды. Это были обычные расходы, такие же, как и в других семьях. Выплаты по кредиту на жильё, оплата счетов по кредитным картам, небольшие взносы на накопительные счета, оплата страховок, оплата яслей для ребёнка, оплата различных коммунальных услуг и аренды. И у всех этих статей расхода была одна общая черта — ими уже воспользовались в предыдущем месяце. Чин практически ни разу не видела, чтобы семьи сейчас жили как-то иначе, чем оплачивать в следующем месяце всё то, что они потратили в предыдущем. То, что она не видела иных примеров перед глазами, не значит, что она отвергала саму возможность жить иначе. Где-то есть люди, которые живут по-другому. Люди, у которых на счету лежит месячная, нет, двух-трёхмесячная зарплата, а то и больше; деньги, которые они запросто могут в любой момент снять и потратить или снять и не потратить.
Чин понимала, что время их аренды истекает. Так же, как и Ювон. Но тот тайно надеялся, что им просто автоматически продлят контракт.
— Ну, если у хозяина таких домов не один и не два, то значит, про нас просто забыли, раз он до сих пор не связался с нами. Давай подождём ещё пару недель. — Хотел он того или нет, но его слова звучали как грустная шутка.
Хозяин квартиры был на пять лет старше Ювона и Чин. В агентстве недвижимости, где они подписывали контракт, он объяснил, что является лидером местной общины, в собственности которой находится несколько подобных домов для сдачи квартир в аренду. Услышав допотопное выражение «лидер местной общины», Чин едва удержалась от смеха. Они видели хозяина только один раз во время подписания договора и передачи залога. Тогда он приехал на кроссовере редкого для этого города фиолетового цвета.
— Это «лендровер дискавери», — прошептал в тот момент Ювон в ухо Чин.
  
Мужчина извинился за опоздание и вежливо поклонился. Он без колебаний поставил печать в договоре, радушно пожелал новым жильцам лёгкого переезда и исключительно хороших событий в новом доме, после чего его как ветром сдуло.
— Видела его адрес? — спросил Ювон позже.
— Нет, — ответила Чин, хотя это была неправда.
— Живёт совсем в другом месте, хотя говорит, что у него здесь несколько десятков домов.
В агентстве мужчина совершенно точно сказал, что у него несколько домов, а не несколько десятков домов. Но Чин намеренно не стала поправлять Ювона, который то ли неправильно понял, то ли специально преувеличивал услышанное. Она не собиралась спорить с мужем, который считал, что им встретился хороший арендодатель. А тот подтвердил сложившееся мнение о себе прошлой зимой, когда в квартире сломался бойлер. Хозяин сразу компенсировал им стоимость ремонта. Он не пытался оспаривать счёт, выставленный ремонтной службой, и не просил снизить сумму.
Ювон и Чин думали о владельце квартиры как о добром богаче с широкой душой и плохой памятью. Им очень хотелось верить в это.
* * *
Сообщение от хозяина пришло ровно за три месяца до истечения срока контракта.
«Здравствуйте! Залоговая стоимость арендуемого вами жилья будет увеличена в соответствии с нынешней ситуацией на рынке недвижимости. Надеюсь на ваше понимание».
В тот момент Чин в автобусе возвращалась с работы. Её бросало из стороны в сторону, несмотря на то что она вцепилась в поручень. Она прочитала сообщение, написанное официальным тоном и без единой грамматической ошибки. Потом прочитала его ещё дважды.
Автобус поехал с разрешённой правилами скоростью. Скоро будет её остановка. За окном мелькали знакомые вывески. За прошедшие два года жизни в этой квартире Чин было не на что пожаловаться кроме того, что дом находился на вершине крутого холма довольно далеко от ближайшей станции метро; и того, что, по сравнению с другими квартирами того же метража в новых домах, здесь планировка была не слишком удачной и все помещения внутри квартиры были тесными. Это не значит, что Чин была довольна. Она была слишком занята день ото дня, чтобы разбираться, что доставляет ей удовольствие, а что нет.
Когда автобус остановился на светофоре, Чин стремительно набрала в поисковике телефона название жилого комплекса и площадь квартиры. Стоимость залога для длительной аренды выросла на двадцать процентов по сравнению с тем, что было два года назад. Конечно, Чин подозревала, что цены выросли, но не думала, что настолько. Выбор был невелик: доплачивать разницу или съезжать. Она переслала сообщение от собственника Ювону. Последнее время он постоянно задерживался на работе допоздна. Говорил, что это необходимо, чтобы получить какой-то важный проект.
— Если не выиграем в этот раз, он грозился нас всех убить.
— Кто?
— Наш начальник. Может, пожаловаться на него в отдел охраны труда?
Накануне вечером Ювон вернулся домой ближе к ночи, выжатый как лимон, и у него даже не было сил нахмуриться, пока он жаловался. Он лёг на диван, не помыв руки и не сменив носки, чем вызвал бессознательное отвращение у Чин. Последнее время он частенько спал в таком виде до самого утра. Чин сказала ему однажды, что если он собирается спать, то нужно нормально помыться и лечь в кровать, но Ювон услышал это по-своему. Нахмурившись, он поднялся с дивана.
— Ничего лучше ты не можешь сказать человеку, который отпахал весь день? — угрюмо спросил он.
Чин забеспокоилась, не разбудит ли эта перебранка Сиу. Она плотно закрыла дверь в маленькую комнату, где спала дочь. Ребёнок на удивление плохо спал по ночам, зато утром её было не добудиться. Приходилось поднимать с кровати практически спящего ребёнка и тащить в сад. Ювон никак не мог понять Чин, когда та жаловалась на эти трудности.
— Я завидую тебе. Сам прихожу только на ночь глядя, — обычно отвечал он на рассказы Чин о том, как она опрометью неслась с работы, чтобы забрать дочку из садика, а потом занималась готовкой да уборкой. — Я бы тоже хотел ровно в шесть уходить с работы, чтобы увидеть ребёнка, приготовить что-нибудь вкусненькое, а потом читать с ней в обнимку, лёжа в кровати, пока она не уснёт. Если тебе это так трудно, давай поменяемся работами.