(не)послушная игрушка мажора (СИ)

— Я пришёл сюда поговорить с твоей матерью. Всё остальное может подождать.
— Она не будет с тобой говорить. Никто здесь не станет! Уходи сейчас же! Не можешь нормально общаться, не лезь вообще!
— Тебе лучше успокоиться и уйти в свою комнату, Марина, — угрожающе, опускает подбородок отец. — Мне тоже не слишком нравится необходимость быть здесь, но я пришёл исправить то, что натворила твоя мать, и не намерен задерживаться дольше. Вам явно нужна помощь, и я единственный, кто в состоянии оказать её.
— Ах, она натворила, — киваю я и толкаю его в грудь. — Убирайся, я сказала! Если ты припёрся только для того, чтобы заявить, что мы сами виноваты в своих бедах, то можешь катиться туда, откуда выполз! Ты чудовище, и мне очень стыдно за то, что именно ты оказался моим отцом!
Признаюсь честно, я несу весь этот бред лишь затем, чтобы его выбесить. Сделать больно. Хоть немного. Пусть бы почувствовал через эту мою истерику то, сколько страданий принёс нашей семье его поступок. Злость плавит нервы и отравляет кровь.
Отец сперва поднимает бровь, затем опускает подбородок и хмурится.
— Мелкая дрянь. Мне стоило остаться только для того, чтобы научить тебя разговаривать со старшими и уважать их. Это мать научила тебя так огрызаться? Похоже на неё. Там тоже ни ума, ни фантазии.
Я уже на грани того, чтобы броситься на него с кулаками. Не знаю, чем закончился бы этот бессмысленный спор, если бы в дверь настойчиво так ломятся. Мы с отцом поворачиваемся. По стечению обстоятельств он стоит ровно напротив неё и хмурится.
— Кого там принесло в такое время?
Идёт открывать, а я в который раз поражаюсь невозмутимости его действий. Я в этой ситуации действительно себя психопаткой чувствую. Ведёт себя так по-хозяйски, будто живёт здесь всё это время.
Повернув замок, он распахивает дверь и замирает. Я тоже смещаюсь немного в сторону, чтобы видеть, кто пришёл. Повисает очередная пауза, а я сглатываю.
Может я всё же сплю, и всё это часть кошмара? Почему, когда кажется, что хуже быть уж точно не может, жизнь спешит доказать обратное?
  
Глава 37. Кто будет платить?
 
На пороге стоит уже знакомая парочка коллекторов. Те, кого я видела в прошлый раз и которые виновны в том, что Женька пострадал. Снова припёрлись. Мало было?!
— Надо же, — присвистывает один. — А ты у нас кто такой?
— А вы? В свою очередь вскидывает бровь отец. — Марина, это твои друзья?
У меня вырывается нервный смешок. Друзья, ага.
— Нет, пап. Это люди, из-за которых твой сын попал в больницу. Чего вам надо?
Мой вопрос игнорируют, заинтересовавшись новым лицом в нашей квартире.
— То же что и всегда, сладкая. Мы пришли за деньгами, которые вы так и не удосужились выплатить. Ничего не хочешь нам сказать?
— Нет!
— Тогда, возможно, твой отец будет сговорчивее?
Коллекторы входят в квартиру, и меня возмущает то, как это происходит. Они не стесняются никого и ничего, будто так правильно и так и должно быть, хоть это и не так. Как к себе домой, ей-богу!
— Валите отсюда! — возмущаюсь я. — Вы ранили того, кто обеспечивал регулярные выплаты! Сейчас он в больнице и вообще может умереть! На кой чёрт было так делать?!
Решившись на этот выпад, я хотела проверить две вещи.
Во-первых, вызвать на эмоции отца. Его ребёнка чуть не убили! Вот эти самые уроды! Что он будет делать? Предпримет что-то или нет? Его не было с нами так долго, что я просто не понимаю, чего стоит от него делать, а что бессмысленная и пустая фантазия.
Во-вторых, я хочу прощупать границы непрошеных гостей. Как они отреагируют, если поймут, что денег в ближайшее время не будет. Оставят нас в покое хотя бы на время? Дадут отсрочку? В конце концов, это из-за них и мы, и они остались без денег. Зачем было так делать?
Реакция удивила.
— Ну, не так уж сильно ему досталось, — кривится один из коллекторов. — Ему оставили предупреждение, только и всего. Это не отмазка.
— Предупреждение?! — вспыхиваю я. — Да его увезли в областную сегодня! Потребовалась дорогущая операция, без которой он мог умереть! Проваливайте отсюда! Деньги, которые мы Собирались заплатить вам, пошли на его лечение!
 
— А разве это наши проблемы? — скалится второй. — Последствия случились из-за вашей задержки. Хотите ещё? Ну и раз у тебя, крошка, нашлись деньги на операцию для брата, найдётся и ещё немного для взноса, верно? Папочка помог?
Внимание переключается на отца. Я тоже поворачиваю голову, не понимая, почему он просто стоит и ничего не делает. Ничего не говорит. Будто то вообще никак его не касается.
Впору думать, что это и не мой отец вовсе. Столько безразличия… На самом деле, если воспринимать его как злого брата-близнеца, будет легче.
— Не я, — хмурится тот.
— А кто тогда? Если эта семейка и правда бедны как церковные мыши, им неоткуда было взять деньги на лечение щенка. А значит девчонка звездит, что у неё ничего нет. Как врала и до этого.
— Вы в своём уме? Сами слышите, что несёте?!
— А что? Скажешь нет? Ты нашла деньги на лечение брата. Значит, найдёшь ещё и на оплату долга.
Я всё смотрю на отца и не понимаю, почему он ничего не предпринимает. Окей, я поняла, что он обижен на маму за что-то, но мы с Женькой-то в чём провинились? Я прямо говорю, что мой брат при смерти, вот те, кто с ним это сделал. Почему папа и усом не ведёт?! Ему всё равно на собственных детей? Мы как не родные…
— Так что, цыпа, — мужик, что в прошлый раз предлагал мне снизить цену долга, пытается приобнять меня за талию, но я отскакиваю, не позволяя это сделать. — Как будем рассчитываться?
— Послушайте, у меня, правда, нет больше. С работой пока ничего не ясно. На старом месте уволили.
— Продавай квартиру, мне-то что?
— Но… как же, — теряюсь я.
— Детка, я знаю, что ты не пять тысяч за лечение брата отдала. Или плати или мы заберём силой. Нравится — не нравится, а обязательства выполнять надо. Тебя саму-то совесть не мучает?
Я буквально захлёбываюсь своей беспомощностью.
— Вы издеваетесь?! Откуда я их возьму?!
— Оттуда же, откуда и те, что взяла на брата. Видишь, ты умеешь справляться, когда мотивация серьёзная. Заняла? Займи ещё раз.
Я понимаю, что влипла. Эти люди не остановятся никогда. Из долгов просто не вырваться. Никогда. Они присосались и не отцепятся, пока не отнимут всё, включая жизнь. Чувствую себя загнанным в ловушку оленёнком, которого вот-вот разорвут.
— Что у них за долги? — неожиданно спрашивает отец. — Сколько они должны?
— Много. Четыре мульта на сегодняшний день.
Он вскидывает брови.
— Сколько?
— А что ты удивляешься? — Вырывается у меня. Или не представляешь, сколько денег увёз, оставив маму с огромным долгом? Было больше!
— Что? — морщится отец. — Никаких денег я у вас не брал.
— Да что ты говоришь? Они пропали, да? — у меня вырывается нервный смешок. — Нам всем показалось, что ты бросил нас, забрал деньги и исчез?!
— Так она вам сказала, да? — криво ухмыляется он. — Что ж, я ничего другого и не ждал.
— Так, мы в семейные разборки не полезем, — возражает один из коллекторов. — Потом поворкуете. Кто будет выплачивать деньги за этот месяц?
— Он, — я киваю на отца. — Все деньги, которые вам нужны, забрал он, обманув мою маму и превратив в ад жизнь собственных детей!
Может и неправильно было подставлять его, но всё уже сказано. Угрызений совести я не испытываю. Дико зла на него. На то, что сделал и, главное, на то, что угрызений совести отец, судя по всему, не испытывает. Совсем. Вот и я не стану. Сколько боли он нам принёс… никаких денег мира не хватит, чтобы её приглушить.
— Значит пойдём и пообщаемся, папаня, — один из коллекторов кладёт руку на плечо моего отца и уводит его на кухню.
Тот не сопротивляется, фигурой он ощутимо мельче. Невольно сравниваю отца с Женькой, брат даже кажется немного крупнее. Если завяжется драка, думаю, исход решится не в пользу моего отца. Эта мысль задевает, начинаю жалеть, что ляпнула о нём. Может нужно было представить его соседом, который уже уходит?