(не)послушная игрушка мажора (СИ)

«Звучит очень подозрительно».
Я собирался писать ответ, потом хмыкаю и нажимаю вызов. Марина не отвечает почти минуту, хотя я абсолютно уверен, что телефон у неё в руках.
– Я не представляю, как тебе хватает терпения писать сообщения на кнопках, – говорю, когда она всё же решается ответить. – Это же жуть как неудобно.
– Может, – голос у мятной уставший, хрипловатый.
Плакала что ли? При мне держалась молодцом, а дома сорвалась? Неудивительно. Не буду акцентировать внимание, чтобы не смущать её. Не те у нас отношения. Пока что.
– Я зову тебя на ужин, потому что сейчас ты не готова говорить…
В этот момент дверь кабинета открывается, и я сразу чувствую резковатый аромат духов Милы. Медленно поворачиваю кресло в её сторону, показывая, что говорю по телефону. Девушка зла, но складывает руки на груди, позволяя мне договорить.
– Даже не знаю, – мнётся в трубке Марина. – У меня сегодня дел много. Не уверена, что я смогу.
– Брось. То, что я хочу предложить, стоит того, чтобы послать к чёрту всё и бежать волосы назад.
Марина смеётся.
– Тогда почему ты не скажешь по телефону?
– Потому что люблю обсуждать подобное лично. Короче, сейчас отдыхай. Я заеду к семи. Успеешь?
– Не знаю… Наверно…
– Тогда к восьми. Всё, до связи. Наберу, – прощаюсь я и откладываю телефон, чтобы сосредоточиться на менее приятном разговоре.
– С кем ты говорил? – Милана стучит пальцем по локтю.
– Зачем пожаловала? – игнорирую её вопрос. – У тебя дело ко мне?
– Потрясно. Есть хочешь?
– Нет.
– Ладно. А кофе выпьешь? А, нет, погоди. Зелёный чай без сахара с жасмином.
Лицо девушки немного смягчается.
– Ты запомнил.
– Идём, посидим через дорогу, – встаю, накидывая на плечи куртку и пихая телефон в карман.
Милана не спорит и не возмущается. Отчасти поэтому мне и нравится проводить с ней время. Легко переключить внимание на другое и увернуться от надуманных проблем.
Выходим на улицу и сворачиваем в кафе практически напротив нашего входа. Радует, что полезной еды и тут хватает. Мила всё же соблазняется на салат, я заказываю полноценный обед. Не поспал нормально, так хоть сейчас наверстаю.
– Так кому ты звонил? – не унимается она, пока мы ждём заказ.
– Девушке. Собираюсь переспать с ней и зарыть в лесу.
Милана сперва моргает, а потом заливисто смеётся.
– Снова? Ну зачем ты?
– Что зачем? В лесу зарываю? Считаешь, надо так оставить?
– Артём, – закатывает она глаза. – Ну зачем тебе всё это? Уже взрослый, пора перестать дурачиться. Мне мама твоя звонила, – она отбрасывает волосы за спину и «как бы невзначай» спрашивает. – Хотела узнать, какие у нас с тобой планы. На будущее.
Я в этот момент переписываюсь с доставкой продуктов и слушаю её вполуха. Тонкие намёки на «где кольцо, Артём» уже начинают доставать.
– А ты уверена, что нам нужно это будущее? – прямо спрашиваю я. – Мила, ты неплохая девчонка, но я не уверен, что мы уживёмся вместе.
– Неправда! Мы же даже не попробовали! Не будь так холоден со мной.
Есть женщины, которые готовы сделать что угодно, чтобы добиться своего. Милана из таких. Приехала из посёлка городского типа, сейчас работает администратором в косметологической клинике, но явно подумывает о том, что можно жить намного проще, если выскочить замуж, а я в её списке кандидат номер один.
– Мила, я не вижу своего будущего с тобой, говорю как есть, потому что хочу быть с тобой честным.
– Но ты не можешь этого знать! Я докажу тебе!
Как мило, она даже ножкой топает. Та самая часть отношений, в которой мне становится до невозможности скучно.
– Давай поедем к тебе! Нет, сперва ко мне! Прямо сейчас соберу вещи и…
– Нет, Мила. Завтра я уеду и не появлюсь до следующей недели.
Она осекается на полуслове. Догадывается что это значит.
– Ты издеваешься?
– Вовсе нет.
Молчит и смотрит на меня со смесью злости и обиды. Нам приносят еду, но Мила игнорирует поставленную перед ней тарелку с салатом и зелёный чай, на блюдце даже цветочек положили. Когда официант уходит она цедит сквозь зубы.
 
– Зря тратишь время, Артём. Знаешь почему ты не видишь будущего? Ни со мной, ни с той стервой, которую собрался поиметь? У тебя нет этого будущего. Ищешь непонятно что и сам не знаешь, чего тебе надо. Нет нормальных друзей, ничего нет. Играешь с жизнями, подпускаешь к себе, а после ломаешь, будто всё, что связывало раньше, не стоит и яйца выеденного! – она поднимается. – Хороших выходных. Надеюсь, твоя следующая жертва окажется достаточно сильна, чтобы справиться с потрясением, когда ты и ей скажешь, что у вас нет совместного будущего!
Схватив свою сумочку, она разворачивается и уходит, звонко цокая каблучками. Я позволяю ей чувствовать себя сильной, выйти из кафе на своих условиях. Будет правильно уехать с мятной, когда меня не связывают другие отношения.
В одном Милана права. С людьми я и правда схожусь плохо.
Телефон вибрирует:
«Может хоть намекнёшь, о чём твоё предложение?»
Усмехаюсь. В этот раз всё как-то не так, как раньше. Впрочем, я всё время это думаю. Люди разные и это прекрасно.
«Вечером. В восемь. Спи»
  
Глава 14. Безысходность
 
Я не представляю, где мы будем ужинать, поэтому идей с тем, что надеть, нет никаких. В конце концов выбираю бирюзовое платье миди в мелкий горох. Белые кеды и сумка. Пыталась уложить волосы, но ничего толкового не вышло.
Макияж тоже не ахти – тушь и помада, которой я пользовалась только по особым случаям. Не было у нас лишних денег, чтобы я могла серьёзно раскрашиваться.
Часы добегают до половины восьмого, когда возвращается мама. Я лечу встречать, опасаясь услышать новости.
Почему-то я была уверена, что Женька жив. Мама бы уже предупредила, случись самое страшное. Но меня пугало то, во сколько нам всё это обойдётся теперь, поэтому спрашивать я не решаюсь. Просто забираю сумку, помогаю снять куртку и несу зонтик сушиться на балкон. Дождь немного стих, но всё ещё моросит.
– Ну что? – не выдерживаю я. – Насколько всё плохо?
– Жить будет. Сотрясение тяжёлое. Показания там же в больнице принимали.
– Он в себя пришёл?
– Ну конечно, – мама присаживается на скамейку и качает головой. Столько швов… Когда же выкарабкается? Может кредит взять? Женечку нужно поставить на ноги. Он работает ради нас.
Я поджимаю губы и пытаюсь говорить спокойно, без нервного дребезжания в голосе:
– Мам, ну какой кредит? На тебя долг такой повесили, что и нашим с Женькой детям поди выплачивать придётся. Не дадут кредит. А микрозаймы, сама знаешь. К нам будут наведываться не одни бандиты, а двое.
– Ты можешь сходить. Паспорт есть, тебе дадут.
– Ну а выплачивать я чем буду? Натурой?
Я всё же не сдерживаюсь, и голос звучит выше, чем следовало.
– Марин, ну а что ты предлагаешь? Твоего брата обследовать нужно. Голова – это же не палец, а он в бессознанке провалялся невесть сколько. Мало ли какие повреждения внутри мозга могли возникнуть? Чем раньше обследуем, тем лучше. Сходи возьми денег, а?
Я злюсь, но пытаюсь это скрыть.
– Нет, мам. Я не буду делать наше положение ещё более плачевным. Пока.
– Ну а что сделаешь? На работе аванс выпросишь? Разве дадут столько? Нам ещё за этот месяц нужно заплатить!
Угу. А также купить новую микроволновку и миллион других дел. Повод согласиться на предложение Артёма становится всё весомее.
– Разберёмся, мам. Мне хотят работу предложить. Поеду, послушаю.
– Тебе? Какую ещё? – мама будто только сейчас обращает внимание на то, как я выгляжу. – Ты куда это вырядилась так?
– Никуда. Джинсы после дождя мокрые, – пожимаю плечами. – Не в старых же идти.