Сохранить тебя (СИ)
«Это не могло быть последствием их отсутствия. Так ведь?» ─ Окане пару раз моргнула, но мир не стал чётче, однако низкий мужской голос рядом она стала слышать лучше.
─ Не бойся, всё будет хорошо. Ты выживешь. Я обещаю. У тебя даже шрама не останется, вот только не бойся, ─ он тараторил, срываясь так, словно вот-вот заплачет. Ей хотелось глубоко вздохнуть, но рёбра пронзила тупая боль. Что же произошло?…
Ученица находилась в мастерской, пытаясь создать новый артефакт. Не что-то масштабное ─ обыкновенное ожерелье с возможностью накопления энергии и передачи её владельцу. Требовалось всего два магических круга ─ что там, она порой накладывала и куда больше… Но в этот раз энергия в момент наложения вышла из-под контроля; нашла выход она только одним путём ─ через взрыв… Окане, находившаяся в эпицентре, уничтожила мастерскую, но сама оставалась ещё в сознании:
«А я точно выживу? Может, мне там уже конечности поотрывало, и только из-за шока я ничего не чувствую» ─ мысли её были безрадостны. С другой стороны, некоторое облегчение давал тот факт, что боли больше нет: она не ощущала ни её, ни энергии внутри, но лишь всепоглощающую слабость и желание уснуть…
─ Нет, нет, нет! Не закрывай глаза, Окане! ─ Мастер тряхнул её за плечо, и девушка слабо повернула голову. Ему тоже досталось: кожа покраснела то ли от ожога, то ли от крови, глаза на выкате… Хотя нет, он, с волосами взъерошенными и покрытыми пылью, просто был сильно испуган.
«Интересно, а дом не обвалился?» ─ мелькнула в голове её последняя мысль перед тем, как сознание утонуло в темноте.
Мужчина готов был заплакать, но держался. Всё потому, что времени на слёзы не было; он должен был предвидеть подобное, рассказать раньше, остановить её.
«Почему я вообще не спросил о том, что она делает?» ─ он винил себя за то, что посчитал свою подопечную достаточно взрослой. Казалось, что Окане никогда не попробует ничего запретного ─ ей просто не придёт это в голову… Но, в сухом остатке, она пострадала, и всё, что Мастер может делать ─ оказывать первую помощь. Он накладывал на обожжённые участки кожи тряпки, пропитанные зельем, что, по его скромной надежде, должно было помочь до того, как придёт Желейна… Всё произошло так быстро, что это невозможно было бы даже успеть осознать: долгое время комната освещалась как и обычно, но потом магические круги пошли рябью; либо ученица резко выдала из себя огромное количество энергии, либо что-то её столь же резко вытянуло. А вытянуть могло только создание чего-то запрещённого…
«Мне стоило поговорить об этом раньше» ─ сокрушался Мастер, поднимая хрупкую девушку на руки. Казалось, что она не выживет после полученных ран… Уложив её в комнате, мужчина тут же связался с Желейной. Той хватило и двух слов, чтобы помчаться как можно скорее; пока старушка была в пути, опекун сидел рядом с подопечной, сжимая её руку и считая вздохи. Она дышала ─ и это самое главное.
Раздался заветный стук в дверь. Он тут же побежал открывать, и, увидев старуху на пороге, смог сказать лишь:
─ Она ещё дышит.
─ Отлично, ─ бабушка смело прошла внутрь со своим чемоданом лекарств. Прикрыв дверь, он пошёл следом, с трясущимися руками рассказывая:
─ Я не знаю, что произошло. Просто взрыв ─ и она вся в ожогах. Я правда не знаю.
Желейна лишь укоризненно посмотрела на него, приказав перед тем, как скрыться в комнате:
─ Сядь и жди, а я сама разберусь.
Мастер рухнул на диван в гостиной, запустив руки в волосы. Перед глазами мелькали языки пламени, люди, поедаемые пламенем и кричащие в предсмертной агонии… Он снова не смог никого спасти. Не спас семью тогда, не уберёг Окане и сейчас. Она погибнет также, как они; языки пламени заберут дорогого человека. Огонь всегда забирает дорогих ему людей… Ответственный опекун должен был сохранить её жизнь, уберечь детство, но, в итоге, не смог ничего, лишь нанеся глубокие раны. Она пострадала по его вине. Быть может… Он старался откинуть эти мысли, но подозрения змеями вились в сердце… Быть может, это было предостережение от Барона, дабы он, носитель «великой миссии», не расслаблялся?
─ Мик, ─ мужчина поднял голову, встретившись взглядом с болотного цвета глазами. Погрузившись в размышления, он и не заметил её возвращения. ─ Тебя тоже надо подлечить.
─ Я в порядке. Как Окане? ─ он отмахнулся, и Желейна недовольно поджала губы, тем не менее, ответив на вопрос:
─ Жить будет. На восстановление с моими зельями да настойками уйдёт несколько месяцев. Останутся шрамы, но работать руками она сможет, да и зрение придёт в норму. У неё сильные ожоги, Мик, ─ голос старушки дрогнул. Она тяжело вздохнула, и было видно, с каким трудом даются эти слова. ─ Её будет мучать боль, и от этого даже я не спасу. Но боль пройдёт, а вот душевная травма… Я не знаю. Возможно, её душу мы излечить не сможем. Ладно, будет понятно, когда девочка придёт в себя. Схожу домой за вещами, потому что в ближайшее время побуду с вами, а пока давай, обработаю твои раны. Потом постелишь мне место для сна.
─ Хорошо.
Мастер задолжал и Желейне, и Окане. Что уж ─ он всем вокруг был должен. Если бы мужчина только мог уйти, то сделал бы это без промедления. Легко закрыл дверь и шёл, шёл и шёл, пока не закончились силы, а когда они кончились бы ─ лёг на холодную землю и лежал в ожидании смерти. Но умереть он не мог, ведь был должен юной душе, за которую нёс ответственность, хорошую жизнь, силу и обучение. И, если она только сможет вернуться к последнему, преподаватель сделает всё, чтобы такого не повторилось.
Очнулась девушка ближе к вечеру; ноющая боль, распространяющаяся по всему телу, не позволила ей долго путешествовать в царствии Морфея. Глаза теперь видели чётко, и в полумраке, нарушаемом светом ночных камней, она смогла разглядеть свою комнату; рядом с кроватью сидела бабушка Желейна, тихо перетирая травы в ступе. Прикованная к постели хотела было встать, но любое движение лишь добавляло боли. Старушка же, заметив её попытку, поспешила подойти:
─ Окане, малышка моя, ты проснулась! Потерпи немного, ─ она вернулась к столу и налила в чашку какую-то тёмную жидкость. Окане так хотела пить, что не стала сопротивляться, и пусть жидкость была горькой и холодной, она проглотила всё за один раз.
─ Молодец, ─ приободряюще произнесла бабушка, погладив ту по голове. ─ Делов ты, конечно, натворила, но ничего, милая, всё это поправимо.
Кончики волос Окане были страшно обожжены ─ удивительно, как вообще они смогли сохраниться при таких-то ожогах кожи.
─ Что случилось?
─ Ты применила запретную магию. Уж не представляю, откуда её знаешь, но из-за этого взбунтовалась энергия, и ты пострадала. Мастеру тоже досталось. Мастерская полностью разрушена, но сам дом цел, не переживай. Ты не виновата, ─ заверяла старушка.
Ей самой хотелось в это верить, но в душе девушка понимала, что виновата, ведь пострадал Мастер.
─ Хорошо, что вы оба остались живы. Пойду погрею бульон, ведь тебе надо кушать и набираться сил, ─ с этими словами Желейна оставила её одну, закрыв дверь в комнату. Окане лежала, не шевелясь; боль понемногу утихала, и она стала думала о произошедшем… Всё тело, даже лицо, было в бинтах. Страшно было подумать, какие ранения она получила, а, главное, какую запретную магию применила. Скорее всего, энергия взорвалась из-за того, что она не приняла гранулы. Правда, теперь за это можно было не переживать, ведь следующая встреча с Вей состоится очень не скоро. Главное ─ никому не говорить, а чем была эта тёмная магия ─ выяснится потом… Как минимум, когда Мастер её навестит. Девушка искренне надеялась, что тот пострадал в меньшей степени… Дверь тихо скрипнула, и в комнату вернулась бабушка с большой чашкой бульона.
─ Давай. По чуть-чуть, ─ она прислонила чашку к губам страдалицы.
Бульон был тёплым и сладким. Может, даже самым сладким, какой она только пробовала на вкус. То, верно, был вкус жизни, ведь только сейчас Окане поняла, что хочет жить. Хочет продолжать творить, несмотря на то, что неудача почти её убила. Она заплакала.