Мечты о полете (ЛП)

— Не убивай, не убивай, не убивай! — скандирует толпа.
Король поднимает руку, и толпа замирает. Некоторые из мужчин в строю суетятся, обеспокоенные этим проявлением власти.
— Сегодня мы стали свидетелями того, чего раньше никогда не видели, — ревёт он.
Толпа ревёт в ответ. Он даёт ей мгновение, прежде чем снова поднимает руку.
— А раз так, я сделаю то, чего раньше никогда не делал.
Грех резко вдыхает рядом со мной. Пожалуйста, отпусти их. Глаза Джована встречаются с моими.
— Эти мужчины, — он делает паузу, когда толпа снова скандирует моё имя, — и женщины.
Он уступает.
Я фыркаю и быстро задерживаю дыхание, когда он останавливается и снова встаёт перед строем. Я понимаю, что он работает с толпой так же, как и мы. Иронично.
— Будут прощены! — выкрикивает он в толпу.
Купол сотрясается от реакции людей.
И впервые сегодня они не скандируют моё имя, они скандируют имя своего Короля.
Мы даже не успеваем отпраздновать наше спасение от смерти, как нам приказывают идти к воротам. Я оглядываюсь, желая убедиться, что Кристал в безопасности. Она с Осколком. Лавина едва сдерживает Вьюгу, пока двое стражников тащат тело нашего друга прочь. Лёд смотрит, пока мы не окажемся в туннелях под стадионом и Шквал не скроется из виду.
Мы проходим по освещенным факелами проходам под Куполом и проходим парадом перед ассамблеей. Джован отделяется от первой шеренги и возвращается к своему трону, не обращая на меня внимания. Я чувствую его ярость. Это понятно, учитывая ситуацию, в которую я его только что поставила. Мы выставили на посмешище его стражу и его Купол. К тому же есть ещё и всё остальное, через что я заставила его пройти, сбежав.
Мы покидаем Купол и продолжаем шествие. Я понятия не имею, куда мы идём. Я не могу поверить, что мы живы. Почти все мы, и даже больше, чем я смела надеяться. У меня сжимается горло, когда я думаю о Шквале. Я бы хотела, чтобы это был кто-то другой. Один из людей Греха. Это ужасная мысль, но, тем не менее, это правда. Небо начинает темнеть, и мои раны начинают пульсировать. У меня их несколько. Я вижу, как кровь капает с пальцев Лавины.
В конце шеренги раздаются шепотки. Я выглядываю из-за фигуры Греха и задыхаюсь, когда вижу, где мы находимся. Зачем Джован привёл нас сюда? К сожалению, я знаю, что это моя заслуга. Несколько других мужчин тоже знают. Я вижу их мечущиеся взгляды. Я вспоминаю конкретные слова Короля. Он сказал, что нас пощадят, а не отпустят.
Ощущения при входе в этот замок практически идентичны тем, что я испытала в первый раз, прибыв в Третий Сектор. Ворота поднимаются, а затем опускаются за нами. Нас проводят вверх по огромной лестнице и через внушительный вход. На этот раз меня не ведут через арку на королевский суд и не ведут по лестнице в мою старую изолированную комнату.
Этот замок немного отличается по своему дизайну. Он более удобный, и в нём больше декора. Должно быть, это заслуга матери Джована. Либо она, либо Арла. Мне не очень нравится мысль о том, что это сделала Арла. Я сомневалась, что остальным женщинам ассамблеи тоже это нравилось.
— Ты. Женщина.
Я смотрю на Дозорного, гаркнувшего на меня, и вскидываю брови. Четверо мужчин окружают меня, и подталкивают Кристал ко мне. С паникой в глазах она поднимает взгляд, и я понимаю, что все остальные будут в ужасе, не имея никакого опыта пребывания в замке. Мне бы хотелось успокоить её, но я беспокоюсь по своим собственным причинам.
Я машу рукой Осколку, когда мужчин ведут в другом направлении.
— Сюда, — говорит стражник и снова толкает Кристал.
Я хватаю её руку и держу железной хваткой.
— Мы идём за вами. Не нужно толкаться, — говорю я и смотрю на него, пока он не делает шаг назад.
Как и обещано, мы движемся за ними без сопротивления. Они останавливаются перед дверью и открывают её.
Проблемы начинаются, когда я пытаюсь войти в комнату следом за Кристал.
— Не ты, — говорит ведущий Дозорный.
Я скрещиваю руки на груди.
— Почему нет?
Мужчины обмениваются взглядами. Один из них пожимает плечами и выглядит озадаченным. Я сдерживаю улыбку. В Осолисе наши стражники отбираются по их боевому мастерству, а также по их инициативности и способности решать проблемы. Эти навыки явно не являются обязательным условием для работы в Дозоре.
 
— Приказ Короля, — один из них, наконец, ворчит из-под шлема.
В ответ на его слова я поджимаю ноги. Надо чтобы кто-то побыл с Кристал. Четверо Дозорных шаркают ногами. Они только что видели, как я сражаюсь. Они знают, на что именно я способна.
— Мороз. Всё нормально. Я буду в порядке, — говорит Кристал. — Пожалуйста… Я устала от борьбы.
Я смотрю на неё, и она едва сдерживает слёзы. Я киваю и шагаю вперёд, чтобы обнять её.
— Ты не должна оставаться одна после того, что случилось, а затем ещё и Шквал. Ты уверена, что с тобой всё будет в порядке? — спрашиваю я.
Она кивает мне в плечо.
— Большое тебе спасибо. За всё.
Меня провожают на второй этаж. Я гадаю, спят ли Арла и Майси в тех же комнатах в этом замке. Вместе со своим сопровождающим я дохожу до конца коридора, а затем поднимаюсь по нескольким лестницам в короткий проход. В этом коридоре всего две комнаты. Я остаюсь в ближайшей комнате.
Она более милая, чем моя предыдущая комната. Разноцветные шторы смягчают колонны вокруг кровати. В одном углу находится ниша, заваленная яркими подушками. Справа от меня находится ещё одна дверь, но когда я дёргаю за ручку, то обнаруживаю, что она заперта. За ширмой стоит ванна. Она похожа на ванну Фионы, только под ней находятся шарики пиопа для подогрева. Я медленно вращаюсь по кругу, рассматривая гобелены, богато украшенную деревянную мебель, затейливую каменную кладку. После моей обувной коробки в казармах, это просто мечта. Мне нравится. Это комната для гостей? Я никогда не думала, что комната, которую я занимала в Третьем Секторе, была темницей, но по сравнению с этим великолепием она казалась таковой. Отвлечься на комнату удаётся ненадолго. Я опускаюсь на полированное сидение в подножии, болят мышцы — в том числе сердце.
Шквала больше нет.
Новые слёзы стекают по моим щекам. Возбуждение от боя проходит. Мои плечи опускаются, когда я вспоминаю каждый удар и пинок, приведший к его смерти. Кто именно нанёс смертельный удар? Если бы я ударила кого-то посильнее, был бы жив Шквал?
Ну, хотя бы я спасла жизнь Малиру. И избавила мир от двух бездушных мужланов. Я знаю, что потерять только одного человека, это везение, но ощущается иначе.
Раздается стук в дверь, заставляя меня судорожно вытирать лицо. Я хмуро смотрю на вход, когда дверь сразу не открывается. Следующий, более настойчивый стук эхом разносится по комнате.
Я встаю и иду к двери, гадая, не уловка ли это. Я пробую защёлку. К моему изумлению, она открывается. Я даже не потрудилась проверить, уверенная, что дверь заперта. Очевидно, я не пленница. Так же ли обстоит дело с другими бойцами? Или поэтому меня разлучили с ними?
Я стою с открытым ртом, когда входит процессия женщин. Одежда раскладывается на кровати. Ванна наполняется, и под ней зажигаются бусины. Открывается ширма. Я взвизгиваю, когда входит Садра, и застываю в шоке, пока она обрабатывает мою левую руку, где Убийца пробрался под мою защиту. Я жду, что она узнает меня, что она сравнит рост Татумы с ростом Мороз. Что она сопоставит исчезновение Татумы с появлением Мороз. Но она этого не делает. Я думаю, что моё молчание отталкивает её. Но Олина, конечно, успокоила бы её. Мороз было бы всё равно.
Руки Садры трясутся так сильно, что я удивляюсь, почему она помогает мне. Заикаясь, она благодарит за спасение жизни Малира, отвечая на мой вопрос. Я понимаю, что мои друзья-делегаты будут здесь. От волнения это совсем вылетело у меня из головы. Фиона, Жаклин, Роман и другие. Смогут ли они понять, что это я? Мой невысокий рост в Гласиуме сам по себе редкость. Мне повезло, что Кристал здесь и такого же роста. Это может предотвратить их подозрения.