Паучья вдова (СИ)

— Кто ты? — задаю второй вопрос.
— Ваша слуга, моя госпожа, как и все здесь, — покорно отвечает она, и я чувствую — на этот вопрос она может ответить без запинки. В отличие от того, предыдущего.
— Как тебя зовут? — спрашиваю также ровно.
— Должно быть, вы меня уже не помните… моё имя — Мора, моя госпожа, — вновь покорно отвечает женщина.
— Я… очень нуждаюсь в твоей помощи, Мора, — произношу медленно и осторожно.
— Я сделаю всё, что смогу, моя госпожа! — с облегчением отзывается та.
— Скажи мне, кто я.
И вновь молчание.
— Госпожа…
— Моё имя, Мора. Я хочу услышать своё имя.
Не знаю, что повлияло на эту женщину: моё спокойствие или то, как я перефразировала свою просьбу? Но она, наконец, ответила:
— Госпожа Минока.
— Верно, я твоя госпожа Минока, — прислушиваясь к собственному имени здесь, в этом мире, произношу медленно; не скажу, что я безумно рада подобному положению вещей, но от осознания факта, что я — не безродная чернавка, мне становится чуть-чуть легче, — так объясни мне, Мора, как так получилось, что вы за мной не углядели?
Рука женщины дергается к лицу, а сама она делает шаг назад, испуганно глядя на меня.
— Госпожа, да кто ж знал, куда вы исчезли? Вас же всем миром искали! Все в графстве! Даже дети! Но то — когда было! Месяц прошёл, и ваш супруг объявил, что вы умерли! Всё по закону! Мы не виноваты! Мы не знали, что вы попали в беду! Прошу вас, поверьте, моя жизнь полностью принадлежит вам! — она падает на пол, а я стою посреди комнаты и активно думаю.
Эта особа — в теле которой я оказалась, — графиня. И она замужем. И она пропала месяц назад. А я вселилась в неё только сегодня утром, обнаружив себя в сарае, запертом изнутри, в центре странной пентаграммы.
А теперь, внимание, вопрос…
Что графиня делала в этом самом сарае, спустя месяц своего побега от супруга?..
— Ты будешь помилована.
Причитания мгновенно останавливаются, а заплаканное лицо отрывается от пола, встречаясь со мной глазами.
— Моя госпожа?.. — произносят мокрые от слёз губы.
Кажется, я выбрала верный тон. Надо продолжать в том же духе.
— Твоя служба мне только начинается, — проговариваю чётко, параллельно обдумывая план действий, — Я хочу, чтобы ты всегда была рядом. Подле меня. Ты поняла это?
— Да, госпожа, — растерянно отзывается Мора.
— Хочу, чтобы ты рассказывала мне обо всём, что знаешь.
— Да, госпожа, — уже чуть менее уверенным голосом произносит та.
— Мой муж считает меня мертвой? — задаю вопрос.
— Это так, моя госпожа, — склоняет голову Мора, — но мы вернём вас на ваше место. И пусть по закону он уже свободен от своих обязанностей, вы всё ещё графиня Паучьих Земель!
Застываю, услышав название своих владений.
— Паучьих… земель?.. — переспрашиваю аккуратно.
— Простите, что использовала это выражение, — отвечает Мора, позволив себе робкую улыбку, — но оно в ходу среди народа, сами знаете: ваш почивший супруг имел определённую известность.
Итак, барабанная дробь…
Минока уже дважды была замужем.
И первый её муж пользовался в народе странной славой. Полагаю, именно он был графом — раз эти земли названы в его честь. И, выходит, он не был молод, потому что в его смерти меня никто не обвиняет — напротив, меня хотят вернуть обратно, на законное место.
Значит, первый супруг умер сам.
От этого становится немножко легче…
— По поводу моего возвращения… — произношу, немного подумав, — мне нужно прийти в себя. И излечить раны.
— Конечно, у вас будет это время, — тут же заверяет меня Мора, — но, прошу, позвольте хотя бы объявить вас живой! Ваш народ обрадуется!
— Завтра, — чуть повышаю голос; моя вина — нервы не выдерживают, — решим этот вопрос завтра, — чуть спокойнее добавляю, — и ещё… я хочу, чтобы мне принесли портрет моего мужа. Я… соскучилась. Хочу увидеть его лицо.
Взгляд, направленный на меня Морой, мне не понравился.
— Вашего первого мужа, моя госпожа? — уточняет она почему-то.
— Обоих… моих мужей, — произношу аккуратно, — хочу взглянуть и на того, и на другого.
 
— Ваше право, госпожа, — всё также странно отзывается женщина, а в мою голову закрадываются нехорошие мысли.
Что не так с моим браком? К чему были эти переспрашивания?
— И ещё принеси карту моих земель, — добавляю, когда Мора уже открывает дверь.
— О, вы решили заняться теми странными убийствами?
Да нет, всего лишь пытаюсь понять, как мне не оплошать, когда за мной придут: должна же я знать, что у меня за владения! С остальным по ходу разберусь.
Но она сказала про убийства?..
— Что думаешь по этому поводу? — брякаю наобум, состряпав вполне себе серьёзное выражение на лице.
— Позвольте мне озвучить догадку — вы ведь из-за этого дела и пропали, верно? — продолжает снабжать меня такой необходимой информацией Мора.
— Верно, — произношу, отвернувшись от неё.
А что ещё я могу?!
— А карта…
— С описанием всех земель, именами всех управляющих на местах, указанием предназначения каждой конкретной зоны… — замолкаю, встретив взгляд своей помощницы, — я хочу владеть всей информацией.
— Ваши люди будут счастливы услышать это, — произносит Мора, и я вижу, как смягчается её лицо.
Так, выходит, Минока не торопилась окунуться в «семейный бизнес». Зато не гнушалась помощи потусторонних сил.
Или это был первый и последний раз?..
— Мора! — окликаю свою помощницу, когда та уже прикрывает за собой дверь, — Ещё мне нужен человек, способный перечислить все проблемы, скопившиеся за время моего отсутствия.
— У вас будет этот человек, — со спокойной уверенностью отвечает та, и на её губах появляется улыбка, полная гордости.
Ага… чую, графиня вообще ничем не занималась, ни разу в своей жизни — раз моя прислуга гордится самыми банальными просьбами правительницы местных земель…
Что ж, мы это исправим. А теперь — в кровать. И я очень надеюсь, что, проснувшись, обнаружу себя в больнице с каким-нибудь незначительным переломом, окруженная взволнованными родственниками и сочувствующими коллегами. Потому как принимать за данность этот набор новых обстоятельств я ещё не готова. В качестве разминки опухшего от анестезии мозга — пожалуйста! Но не в качестве реальности.
Тут я сделала всё, что смогла: вела себя разумно, насколько было возможно, действовала по обстоятельствам. Самое время этому кошмару закончиться… а мне — вернуться назад.
Понятия не имею, почему, когда проваливаюсь в сон, вижу того мужчину в высоких дорожных сапогах… И почему опять не могу запомнить его лицо — словно его черты ускользают от меня намеренно… Потом отчетливо чувствую, как к моей коже прикасаются: подбородок захватывают, разглядывая моё лицо, затем почти грубо отпускают, — и я получаю возможность открыть глаза в своём настоящем.
Потолок был тем же, что вчера. А помещение напоминало покои какой-нибудь беднеющей княгини, снимавшей квартиру в городском доме пару веков назад…
Я не вернулась. Я всё ещё здесь.
Кажется, меня кто-то проклял…
  
Глава 3
 
— Ваши ногти, моя госпожа, — причитает Мора, пока я поглощаю свой завтрак.
Перевожу взгляд на работницу, трудящуюся над моим маникюром а-ля средневековье, и безразлично игнорирую необходимость что-либо говорить.
Да, Минока явно не ставила себе целью следить за внешностью в последний месяц своей жизни. Кожа, ногти, волосы — всё пришло в такое состояние, что от «графини» остался только титул. Да и тот под вопросом — пока меня не окрестили живой.
Но я могу понять предыдущую хозяйку тела: я в этом мире всего один день, а мне уже хочется прыгнуть под колёса телеги. Или что у них здесь является самым опасным и смертоносным видом транспорта?..
 
— Сколько целебных ванных мне ещё предстоит принять, чтобы лицо вернулось в прежний вид? — уточняю, прожевав еду.
В данный момент из зеркала на меня смотрело изможденное умертвие. Хотелось бы побыстрей разобраться со всеми своими данными, раз уж я здесь застряла.