Паучья вдова (СИ)

— Позволите ли вы задать вам дерзкий вопрос? — замечаю, что девочка сильно волнуется, поэтому позволяю.
— А… ваш телохранитель… у него есть жена?
Прикрываю глаза и улыбаюсь.
— Насколько мне известно — нет, — отвечаю с печальной улыбкой.
Запал он ей в душу.
— Он кажется мне очень хорошим, — продолжает делиться сокровенным Ли, а я разворачиваюсь к ней и кладу ладонь на её руку.
— Мне он тоже кажется хорошим. Немного странным, конечно, но точно не злым.
— Ему… ему может грозить беда…
Нахмурившись, смотрю на то, как мою маленькую Ли начинает буквально трясти.
— Что такое? Откуда? Откуда ты это знаешь? — спрашиваю озабоченным голосом.
Но Ли лишь опускает взгляд, обхватывает себя руками и качает головой.
— Ли! — чуть повышаю голос, но всё бесполезно: девочка полностью закрылась, погрузившись в темные мысли.
Что-то её напугало — но что?… Где, от кого и что именно она услышала?
Когда выхожу из покоев, внутри меня начинает буквально зудеть волнение.
Бросаю взгляд на Ха Ру; тот склоняет голову, увидев меня, и тут же встаёт за моей спиной.
Нет, он слишком хитер и изворотлив. Он не даст себя в обиду.
Не стоит мне об этом думать. По крайней мере — не сейчас, когда сама по канату над пропастью хожу…
— Ты серьёзно? Надела своё подвенечное платье? — Тай-Вэй не скрывает всей «палитры» чувств, когда видит меня, — Это что-то должно значить? Мне нужно пытаться разгадать намёк?..
— Это значит лишь то, что в моём гардеробе не так много нарядов для такого случая, — отвечаю спокойно, вставая рядом с ним.
Да, я в курсе, что это за платье. Графиня не стала прикидываться невинной девой, когда выходила замуж во второй раз, и обошлась нарядом для выхода в свет, — за что ей отдельное спасибо.
— Ты позоришь нашу семью, — цедит свёкор за спиной Тай-Вэя.
К слову, мы в этот момент стоим и ждём, когда объявят наши имена: главная зала уже заполнена знатью; шум стоит такой, что я едва слышу бормотание старика.
И всё же… слышу.
— Зачем было предлагать мне этот брак, если я вас так позорю? — оборачиваясь на него, уточняю спокойно.
Глаза свёкра вспыхивают бешенством, но Тай-Вэй смягчает обстановку:
— Не стоит ругаться, жена, отец, — он переводит взгляд с меня, на старикана за своей спиной, — сегодня прекрасный вечер и такой отличный повод для радости. Наше воссоединение, Минока.
— Моя душа поёт, — сухо отзываюсь и устремляю взор вперёд — как раз в тот момент, когда двери в главную залу отворяются.
— Граф и графиня Дайго!
Бог мой, а сколько радости-то в глазах! Да тут же каждому второму можно дать Оскар за самую дрянную игру в вежливых людей. А дамы-то! Дамы!
Кажется, Тай-Вэй слишком хорош для меня. Да, теперь я в этом убеждена — ровно, как и весь, собравшийся в моём замке, добрый люд.
Опускаю голову, не показывая эмоций и притворяясь скромной графиней-без-имени-и-прав.
Понятия не имею — кто это вокруг. Поэтому даже не пытаюсь ловить взгляды, чтобы ответить на приветствия.
— Если сам император дал добро на этот приём, значит, он позволяет ей вернуться в свет, — шепчутся за моей спиной.
— Но она никогда и не была допущена в свет: она же без роду, без имени!
— Да… странная это ситуация…
Вообще никак не реагирую на эти шепотки. Единственный важный для меня человек здесь — это доверенный императора. Я должна расположить его к себе и суметь воспользоваться своим козырем… желательно — сделать всё это до появления в замке Охотника.
— Графиня Дайго, граф Дайго, — немолодой и в меру упитанный мужчина с осанкой, которой могли бы позавидовать все балеруны моего мира, останавливается перед нами и протягивает руку в сторону освобожденного специально для бесед, кабинета.
Полагаю, это и есть тот самый доверенный? У кого бы спросить?..
— Быть может, мы разберемся со всеми делами чуть позже? Я хочу подарить своей жене первый в её жизни танец. Думаю, она это заслужила: ведь до этого дня она ни разу не посещала высшее общество, — мягко улыбаясь мне, произносит Тай-Вэй.
Его папаша позади презрительно усмехается.
 
Ага… они хотят, чтобы я опозорилась на глазах у всех честных людей, полагая, что это заставит господина доверенного императора пересмотреть своё решение относительно моей судьбы? Или тут всё дело исключительно в моём унижении? Что-то мне не верится, что графиня обучалась танцам за те пять лет, что провела в двух браках в этом замке.
А я, естественно, танцевать, как нужно, не умею.
Взгляд доверенного мне нравится: он не желает откладывать на потом то, что можно сделать сейчас.
— Уверена, ты хороший танцор, мой муж, — произношу негромко и также мягко, — но, как ты верно заметил, мы с тобой ни разу не были в паре, потому что я ни разу в жизни не танцевала. Ты хочешь, чтобы я чувствовала себя неловко?
Вокруг нас стихают какие бы то ни было разговоры.
Взгляд Тай Вэя становится ледяным.
А взгляд доверенного нравится мне ещё больше: в нём появляется искра понимания.
Да, уверена, мои слова дознаватель передал всем, кому нужно. И то, как Тай-Вэй обращался со своей женой, известно многим здесь — если не всем присутствующим.
— Я ни коим образом не хотел причинить тебе неудобства, — прикоснувшись губами к моей ладони, произносит Тай-Вэй, — напротив — хотел доставить удовольствие. В высшем обществе меня считают неплохим танцором.
Отвожу взгляд от приторной улыбки супруга, переводя его на обладателя идеальной осанки.
Забери меня, доверенный! Просто протяни опять свою руку в сторону кабинета и попроси следовать за тобой!
Это же так просто…
Но, кажется, теперь никто и никуда не торопится.
— Господин доверенный императора, — на свой страх и риск обращаюсь к мужчине и замечаю легкое удивление на его лице.
Чёрт! Это не он? Я перепутала?..
— Да, графиня Дайго? — уточняет мужчина в ответ.
О! Всё-таки он!
Удивлен, что я его имени-отчества не знаю? Так, я тут никого не знаю! — чего удивляться-то!
— Я бы хотела услышать решение императора по своему вопросу.
Ооооойёй, чую — переборщила. Слишком напористо, судя по лицам окружающих…
— У моей дочери дурное воспитание — простите ей этот порок. Мы постараемся сделать всё возможное, чтобы исправить её манеры, — подает голос свекор, а я разворачиваюсь к нему.
Всё возможное — это заморить меня голодом и холодом в собственном замке?
Вижу, что старикан прекрасно понимает, о чём я думаю. И презрительная усмешка, мелькнувшая на секунду на его лице, говорит о нём лучше всяких слов: чудовище.
Не человек, а зверь.
Шум в зале вынуждает меня оторваться от неприятного анализа личности отца моего второго супруга и посмотреть в толпу. Почему все так возбудились?
— Это он!
— Как давно он не появлялся в свете!..
— Небеса, этот человек действительно пугает!
Мне даже присматриваться не пришлось — я сразу Его увидела. Потому что он был выше всех присутствующих на голову. И потому что на нём не было подходящего для приёма наряда — лишь дорожный плащ до пола, почти скрывающий одежду и… — присматриваюсь к его обуви, ощущая какое-то тревожное чувство внутри… — высокие кожаные сапоги.
Поднимаю взгляд на его лицо.
Крупные, немного резкие черты, бронзовая от загара кожа, длинные черные волосы и тяжелый пристальный взгляд.
Я его уже видела!
В трактире… в который меня занесло после побега из Дома Четырёх Смертей… это именно он спускался по лестнице в том трактире!
Так это и есть…
Опускаю голову, стараясь не встречаться с ним глазами. Очень хочу, чтобы меня вообще не заметили, но это невозможно — мужчина идет прямо на нас, не останавливаясь на вежливые приветствия.
 
— Ну, вот, и господин Охотник пожаловал, — с улыбкой произносит Тай-Вэй, — теперь можно идти и обсуждать твою судьбу, моя дорогая жена.
Поднимаю на него взгляд и с изумлением смотрю в довольное лицо. Он рад? Он чего-то ждал от нашей с ним встречи?..