Паучья вдова (СИ)

— Что там? — взволнованно спрашивают его товарищи.
— Они мертвы! Все мертвы! И, кажется, с ночи! Они все в кроватях лежат с открытыми глазами! — испуганно отвечает первый, а я начинаю пятиться назад, вглубь пролеска.
Не знаю, правда это или нет, но мне всё это очень не нравится! Если кто-то играет со мной, то я бы предпочла выйти из игры прямо сейчас: не хочу участвовать в том, чего не понимаю.
— Там кто-то есть! Слышите шорох? — голос одного из мужчин вынуждает меня замереть на месте.
— Может, зверь? — предполагает второй.
— Или убийца… — протягивает третий.
— Но ты же сказал, что они умерли ещё ночью, — напряженно проговаривает второй первому, а я делаю ещё один осторожный шаг назад.
В такой ситуации, как эта, мне может навредить не столько неудачное стечение обстоятельств, сколько людское невежество.
— Надо звать управляющего, — протягивает первый не менее напряженно, — если это какое-то колдовство, то мы все в опасности.
— Колдовство? — нарочито медленно переспрашивает третий, — Думаешь, их убили? Но кому мог помешать пекарь с семьей?..
— Хороший вопрос. И не нам на него отвечать, — произносит самый главный среди них, а затем отдаёт команду, — осмотритесь здесь, а я посыльного отправлю. Нельзя допустить, чтобы убийца безнаказанным ушёл.
Ну, вот! Теперь я встряла! Понятия не имею, что происходит вокруг, и почему я оказалась втянута в какую-то странную средневековую историю, но факт остаётся фактом — я проснулась в центре пентаграммы. Значит, я была частью какого-то обряда. Вполне возможно, что этот обряд проводил какой-то опытный колдун… боже, о чём я?! Какой колдун?! Какой обряд?! Как мне прийти в себя?!?!
Разворачиваюсь и начинаю бежать вперёд. Не глядя. Не думая о том, как глупо это выглядит со стороны, если моё бездыханное тело смеха ради затащили на территорию ролевиков.
Мне страшно.
Потому что волосы за ночь не отрастают. И потому что тело моё кажется слишком худым. И потому что я не чувствую никакой боли — а ведь удар о капот был сильный…
Если я переродилась в каком-то другом мире, то, пожалуйста, дайте мне какой-нибудь знак! Хоть кто-нибудь! Я должна понимать, что это не бред, и что моя жизнь в данный момент на кону! Хотя — куда уж больше?.. Я и так это понимаю — вон, как бегу! Аж пятки сверкают! Учитель физкультуры в школе однозначно б оценил!
Но что-то мне совсем не смешно. Мне жутко. Сердце стучит, как ненормальное. Оно, как и я, не может поверить, что так бывает. Что люди могут проснуться в другой реальности и в чужом теле. Это только на страницах книг возможно; но мир лишен волшебства — так какого черта?!
Когда лес вокруг становится почти непроходимым, я останавливаюсь у самого высокого и могучего дерева и лезу наверх; не сразу, но понимаю, что вниз спуститься сил уже точно не хватит, но об этом я подумаю потом. А сейчас нужно осмотреться.
Так, позади у нас какое-то поселение — то ли деревня, то ли село, чтоб я ещё знала разницу…
Туда мне идти не надо. Там все сразу смекнут, что странная женщина с огромными испуганными глазами может быть причиной смерти доброго пекаря и его семьи… Нет, туда мне нельзя. Нужно найти какое-то другое место…
Проблема в том, что впереди был лишь лес. Я — городской житель, и ориентироваться умею только благодаря приложению на телефоне. Однако, вариантов у меня не много, а назад дороги нет. В конце концов, когда-то деревья должны будут закончиться — куда-нибудь, да выйду. Лишь бы понять, что теперь делать.
Даю себе время на отдых, отмечая дикое напряжение во всём теле. Когда дыхание выравнивается, плету из волос подобие косы и откидываю её назад; затем спускаюсь вниз и начинаю идти вперёд…
Понятия не имею, сколько времени проходит, но мои ноги уже гудят, а глаза отказываются четко видеть мир. Надо где-то отдохнуть. И что-нибудь съесть. Мой живот в узел от голода заворачивается.
В конце уже бреду вперёд на автомате; готова выть от усталости, но держусь… впереди вижу просвет. Это край леса?.. Медленно подхожу к толстому дереву и осторожно выглядываю из-за ствола. Впереди какое-то подобие дома. Из трубы валит дым. Выходит, там есть люди.
 
Есть хочу до смерти…
Но идти вперёд боюсь. Тоже — до смерти.
Так… нужно мыслить логически. Если я сейчас не добуду еды, о дальнейшем забеге можно забыть. Да и куда бежать? Мне бы узнать, кто я, и где моё место в этом мире?
Сжимаю кулаки… и выхожу из-за деревьев. Прохожу мимо деревянного ведра, полного воды. Не удерживаюсь и черпаю оттуда ладонью. Жадно глотаю.
Утолив первую потребность, прислушиваюсь и иду к дому. Кажется, внутри никого. Но печь работает… Боже, надеюсь, там есть хоть что-то съестное.
Захожу и первым делом иду к столу: тут овощи! И хлеб!
Простите меня, хозяева, но сдерживаться я не буду — иначе загнусь.
Отправляю в рот всё, что нахожу, тщательно пережёвывая и запивая чем-то, отдалённо напоминающим квас. Кажется, это алкоголь…
Плевать: если не буду пить — подавлюсь. Смерть от не проглоченного куска пугает не меньше, чем смерть на костре по обвинению в колдовстве. Не знаю, кто я здесь, но жить мне хочется. Это нормальное такое желание.
— Ого! А у нас в доме завелся грызун!
Голос принадлежал мужчине, смешки — ещё нескольким представителям сильного пола. Что здесь вообще с женщинами? Почему я их почти не вижу? Мертвая девчонка в доме пекаря не в счёт.
Думаю, самое время проверить, как у меня здесь с речью: вдруг никто не поймет ни слова?..
— Добрый день, — выдавливаю из себя и изумленно застываю, услышав голос.
Не свой голос.
По коже бегут мурашки.
Это не мой голос!
— Ты чего так испугалась? Думаешь, мы тебя обидим? — усмехается высокий и крепкий детина, глядя на меня сверху вниз.
— Я прошу прощения… меня мучил голод… — аккуратно подбираю слова, следя за вторым детиной, обходившим меня по кругу.
— Так ты у нас еду украла? Нехорошо, — качает головой тот, что заговорил первым.
Почему я вижу на его лице недобрую улыбку?..
— Я потерялась в лесу… не знаю, где я… — взволнованно слежу за перемещениями хозяев дома, понятия не имея, чего ожидать.
— А как ты в лес-то попала? Сбежала из дому, что ли? — склоняет голову детина.
— Не знаю. Я ничего не помню… — мягко отвечаю, машинально обнимая себя за плечи. Словно пытаясь закрыться от их взглядов.
— Что — ни имени, ни рода? — удивляется первый, переглядываясь со вторым.
— Ничего не помню, — отступаю на шаг.
Те двое, что стояли у входа и молчали, начинают двигаться в мою сторону.
— Если ты ничего не помнишь о себе, значит, у тебя проблемы с памятью, — логично предполагает самый разговорчивый, — либо, что ты притворяешься… и бежишь от кого-то.
— Я ни от кого не бегу… — выдавливаю, загоняя себя в угол.
— Хорошо, но ты же куда-то идешь? И откуда-то… — приближается ко мне мужчина.
— Я не помню, откуда я иду, — произношу, напряженно глядя на него.
— Прям-таки не помнишь? — усмехается тот.
— Нет, — качаю головой.
Никто не должен ассоциировать меня с тем сараем и с тем домом, полным трупов.
— Ни того, куда идешь, ни того, кто ты… — продолжает рассуждать он.
— Нет, — ещё тише произношу.
— Бедняжка, — произносит кто-то за моей спиной, а в следующую секунду на моей талии появляются руки.
Пытаюсь закричать, но рот тут же закрывают широкой ладонью!
— Давно у меня девки не было! — радостно произносит один из четвёрки, уже не знаю — какой! На моих глазах слезы от ужаса: меня насиловать собрались?! И кто?! Какие-то непонятные мужики, лиц которых я не в состоянии запомнить?!?!
 
— Рви её платье! — слышу команду.
И отключаюсь, ощутив, как резко похолодело тело.
  
Глава 2
 
Когда открываю глаза, солнце всё так же светит в окна. Выходит, я потеряла сознание буквально на полчаса… может, на час. Медленно поднимаюсь на ноги, попутно отмечая пульсирующие места на теле — от рук насильников, — и замечая разорванный подол у платья… Вот только самое страшное не произошло. Я не чувствую этого.