Паучья вдова (СИ)

— С какой стати Ты — мой телохранитель? — удивляюсь искренне.
Я была уверена, что Геон выберет своего человека, который не будет вызывать у меня никакого интереса!
Я планировала вообще больше не пересекаться с этим парнем из конюшни, который пытается казаться простачком, утверждая, что он не воин и имея в сумке смертельное оружие. И который подозрительно часто оказывается перед моими глазами в самый подходящий момент…
— Потому что я среди них — самый лучший, — всё так же бесстрастно отзывается Ха Ру.
— Мне нужен другой, — четко заявляю, прекрасно понимая, что рядом с ним я просто не смогу остаться равнодушной и хладнокровной.
Чертов телохранитель меня волнует!
— Об этом разговаривайте с главой стражи, — безразлично бросает мне Ха Ру, и я уже готова мчаться к Геону и орать на него — но вовремя вспоминаю про предстоящую важную встречу…
— Не смотри на меня, не заговаривай со мной, не привлекай мое внимание, — взяв себя в руки, произношу напряженным голосом, — сделай так, чтобы я вообще тебя не замечала.
Сказав это, пересекаю коридор и спускаюсь на первый этаж.
Сменить телохранителя я всегда успею. А сейчас важно уверить господина культиватора в том, что я — это графиня Дайго. На этом и нужно сосредоточиться.
— И вот ещё… — останавливаюсь перед самыми дверями гостевой и разворачиваюсь к Ха Ру, — больше не заходи в мою спальню. И тем более — не трогай меня.
— Даже если вы спите?
— Особенно если я сплю.
— Даже если вы спите на полу?
— Тебя не должно касаться, где я сплю, — чуть нахмурив брови, произношу, а затем замечаю взгляд своего теперь уже настоящего телохранителя, — что с глазами?
— Они смотрят, — отвечает Ха Ру.
— Да, но как они смотрят! — подняв бровь, восклицаю, — Такого взгляда больше быть не должно. Следи за своим лицом.
— Предлагаете мне ходить с закрытыми глазами? — бросает мне юноша.
Теряю дар речи.
Он совсем ошалел от вседозволенности и собственной силы?!
Я действительно не знаю, что ответить!
— На встрече с культиватором говорите только правду, — отводя взгляд в сторону, ни с того ни с сего произносит Ха Ру равнодушным голосом.
— Пошёл вон, — от души посылаю и вхожу в гостевую.
Стараюсь не заводиться, заметив, что мой телохранитель даже не подумал отправиться в дальние дали — и спокойно вошел следом.
— Господин культиватор, — прохожу в дальнюю часть комнаты, где в кресле сидел невысокий и немолодой человек в дорожном костюме.
— Графиня, — мужчина с незапоминающимися чертами лица поднимается со своего места и склоняет голову, — рад видеть вас в полном здравии.
От моих глаз не скрывается то, как напряженно он меня рассматривает, словно дивится чему-то.
— В чём дело? Я изменилась с тех пор, как мы виделись в последний раз? — забрасываю удочку.
— Мы ни разу не виделись с вами, графиня. Я впервые в паучьих землях, — глядя на подвеску на моей шее, произносит культиватор.
— Тогда поясните мне значение вашего взгляда, — жестом предлагаю ему присесть, а сама усаживаюсь в кресло напротив.
Даже не думаю переживать по поводу своей оплошности — ну, мало ли, сколько людей я встречала за всю свою жизнь? Всех не упомнить.
— Ваш дар, — охотно поясняет мужчина в дорожном костюме, — я не слышал, что вы им обладаете.
— Мой дар? — поглаживая паука на груди, переспрашиваю медленно.
— Покойный граф был человеком скрытным, но я удивлен, что такой важный факт был утаён от общественности…
— Я сейчас удивлю вас ещё больше, — спокойно произношу, отрываясь, наконец, от своих медитативных поглаживаний гладкой фигурки, — я сама не в курсе, что у меня за сила.
Ведь, правда, не в курсе!
— Вот, как? — брови культиватора поднимаются на середину лба.
— Вы — первый культиватор, с которым я встретилась, — отвечаю честно и киваю служанке, зашедшей в гостевую с подносом в руках.
Слежу за тем, как по кружкам разливается душистый отвар, и продолжаю беседу, стоит двери за прислугой закрыться:
— Так что не обессудьте, если допущу какую-то ошибку в обращении к вам. И прошу, поправьте, если её обнаружите.
 
— Ваши манеры достойны похвалы, — склоняет голову мужчина, — а что касается вашего дара… возможно, он совсем мал, потому вы его и не замечали.
— Думаю, он настолько крохотный, что даже ни разу не проявлялся, — растягиваю вежливую улыбку на губах.
Культиватор тоже улыбается, слегка завороженный зрелищем.
— Что вы ощущаете в моём присутствии? — задает он вопрос.
Прислушиваюсь к себе.
— Лёгкое напряжение. Словно всё моё существо — это натянутая струна, вибрирующая после взятого звука, — отвечаю честно.
— Это и выдаёт в вас носительницу дара. Так культиваторы ощущают друг друга, — кивает мой собеседник.
Надо взять на заметку.
— Благодарю за информацию, — киваю в ответ, — теперь буду знать.
— Признаться, я удивлен, — после нескольких секунд молчания произносит мужчина, который так и не представился.
— Чем же я смогла вас удивить? — поднимаю бровь.
— Я был наслышан о том, какой скромный у вас нрав, и как вы осторожны в общении… если не нелюдимы… и вот вы сидите передо мной, абсолютно живая, вопреки заявлению вашего супруга, и полная желания общаться.
— Муж поспешил объявить о моей смерти, — киваю, настраиваясь на важный разговор и неожиданно почувствовав, как по коже начинает маршировать стайка мурашек.
Что это? Его сила?.. Я вообще должна это чувствовать?..
И как мне теперь быть — стоит ли рассказывать культиватору, что я ощущаю его действия?
Что бы он со мной ни делал…
— Расскажите подробно, как получилось, что вы пропали больше, чем на месяц? — внимательно глядя в мои глаза, спрашивает культиватор.
При этом на лице он изображает всё ту же очарованность мной, однако взгляд и напряженная поза выдают его.
— Хороший вопрос, — искренне хвалю, — должно быть, вы знаете о том несчастье, что постигло наши земли?..
— Вы говорите о черном колдуне, проводящем обряды на границе графства? — сосредоточенно уточняет культиватор.
— Именно. Мой муж даже нанял Охотника, чтобы он выследил того колдуна, — киваю, сообщая общеизвестный факт, — должно быть, когда я исчезла, Тай-Вэй решил, что я умерла от его руки.
Замечаю взгляд культиватора и склоняю голову:
— Что не так?
— Вы… вы называете мужа по имени, — сведя брови, замечает тот.
— Я должна была назвать его графом Дайго? — уточняю вежливо, ощутив внутри нечто сродни раздражению, — Простите, но в связи со всеми событиями моей жизни, память о прежнем графе не позволяет мне называть второго мужа этим титулом.
— Вы злитесь на графа? — всматриваясь в моё лицо, уточняет культиватор, а мою кожу буквально начинает покалывать.
— А вы бы не злились, если бы вместо того, чтобы искать вас, ваша жена объявила бы вас мертвым? — спрашиваю всерьёз.
— У меня нет жены, — замечает культиватор.
— А у меня есть муж, который пару дней назад получил от императора разрешение на новый брак, — отрезаю холодно.
Напряженно смотрю на мужчину, понимая только одно — я должна показать ему искренние эмоции. Искренние эмоции помешанные на кусочки правды. Только так я смогу избежать неудобных вопросов.
И только так я смогу избежать лжи.
— И всё же… куда вы пропали, графиня?
— Мне бы не хотелось, чтобы полученная вами информация выбралась за пределы этого замка, — произношу ровным голосом, глядя ему четко в глаза, — никто не должен знать, что графиня Дайго сбежала из того округа, куда её сослал супруг, надела простое платье и скрылась среди своего народа. О причинах такого поступка позвольте умолчать. Скажу лишь одно: женщине, сидящей перед вами, было невыносимо от того положения, в котором она оказалась, — невыносимо до смерти, — и она не видела другого выхода, как исчезнуть и попытаться решить, что делать дальше.
 
— Граф… обижал вас? — напряженно спрашивает культиватор.